Кому без Уго туго: команданте оплакивают не только в Венесуэле

Венесуэла оплакивает президента Уго Чавеса, скончавшегося на 59-м году жизни. Скорбят не только в Латинской Америке: например, белорусский лидер Александр Лукашенко, отодвинув в сторону Международный женский день, даже объявил в своей стране трёхдневный траур... Так что же такого сделал Чавес и чем его смерть обернётся для России?

Умел «зажечь»

Потомок коренных индейцев, Уго Рафаэль Чавес Фриас родился в бедной семье с богатым революционным прошлым. Его прадед в 1914 г. поднял антиправительственное восстание. Молодой Уго закончил военное училище, организовал революционный кружок и, дослужившись в «десантуре» до подполковника, в 1992 г. тоже устроил попытку госпереворота. Было отчего: правившие в то время в стране мироеды погрязли в коррупции, «стелились» под своих и заграничных олигархов, раздавали в чужие руки богатства родины, а народ прозябал в нищете. Но переворот провалился, а сам Уго загремел в тюрьму. «Его там даже на расстрел водили, глаза уже завязали», - разводил руками один из наших чиновников, объясняя непредсказуемость и экстравагантность поступков венесуэльского лидера, с которыми он, бывало, ломал ход российско-венесуэльских переговоров и встреч.

Статья по теме

Как изменит смерть Чавеса отношения России и Венесуэлы

Военная выправка и невероятная латиноамериканская страсть помогли Чавесу после двухлетней отсидки создать партию, а в 1998 г. выиграть выборы, на которые он шёл под лозунгами социальной справедливости. Чавес мог часами «зажигать» публику на митингах, его еженедельная передача на радио «Алло, президент!» длилась иногда больше 6 часов.

Но своей страстью команданте готов был делиться не только с венесуэльцами. В своеобразный карнавал превращался и каждый его приезд в Россию: он как-то ездил по Москве на красной «Ладе Калине», по-военному салютовал мужчинам и всегда щедро раздавал дамам воздушные поцелуи. Был и такой случай: в очередной приезд в Россию в 2008 г. в оренбургском аэропорту команданте помешали эффектно попрощаться с публикой. Рядом с его президентским самолётом вдруг начали громко раскручивать винты вертолёты, которые должны были доставить специалистов президента Медведева на военные учения... Случайно или нет, но через несколько месяцев в Каракасе Чавес заставил Медведева сначала «поскучать» на палящем солнце, а потом потерпеть, пока его вертолёт заложил вираж прямо над российской делегацией.

Борец с «дьяволом»

Тем временем в 2002 г. команданте чуть не упустил власть из рук: в президентский дворец Мирафлорес в Каракасе ворвались военные мятежники свергать уже самого товарища Уго. Но большая часть армии осталась с лидером, да и на улицы высыпали сотни тысяч простых людей. Ведь Чавес не только пообещал, но и отобрал у транснациональных компаний главное богатство страны - нефтяные скважины. Впрочем, заодно под национализацию попали металлургические, цементные заводы и даже операторы сотовой связи. А ещё власти ввели фиксированные цены на 400 товаров первой необходимости и установили цену на бензин в 50 копеек на наши деньги. С бензином, правда, в нефтедобывающей Венесуэле после этого стали возникать перебои.

А ещё при Чавесе сделали бесплатными образование и здравоохранение, начали строить жильё для бедняков. Высоченные цены на нефть позволяли ему не только воплощать в жизнь свои предвыборные социальные лозунги, но и наращивать военную мощь. Под лозунгом «Родина, социализм или смерть!» страна ощерилась на супостата - США. От Дж. Буша-младшего, по мнению Чавеса, в здании ООН «пахло серой», что, впрочем, совершенно не мешало Венесуэле продавать свою нефть Вашингтону.

Не так проводили?

Режим Чавеса весь был сот­кан из противоречий. Посидев в родной венесуэльской тюрьме за путч, после прихода к власти команданте провозгласил курс на гуманизацию мест заключения. Но победить преступность оказалось сложнее. Законопослушным гражданам появляться на улице без оружия в стране небезопасно. Население и во­оружалось в меру сил.

Притом что в стране имеются крупнейшие в мире разведанные запасы нефти, за годы правления Чавеса её добыча падала - ушли не только монополии, но и специалисты. С другой стороны, стабильно падал в стране и уровень безработицы: почти вдвое за последние 8 лет. Да, скакала инфляция - от 15 до 30% в год, но и ВВП всё-таки рос - в 2012 г. на 5,7%. В России о таких показателях сейчас могут только мечтать. Вообще, при том, что у наших стран отчасти похожая «нефтяная» судьба, Венесуэла, очевидно, справедливее распоряжалась своим богатством. Народу от сырьевого пирога доставались не только крохи, да и кто может назвать хотя бы одного местного миллиардера? Неспроста на последних выборах в октябре прошлого года Чавес получил вполне приличные для своего 14-летнего президентского стажа 54%.

Будущее страны теперь выглядит туманным. Как и будущее её отношений с Москвой. Но вот что удивило: почему та же Белоруссия на похоронах команданте была представлена президентом Лукашенко, а Россия, вложившая в Венесуэлу миллиарды, отделалась уровнем спикера Совфеда? Конечно, вместе с В. Матвиенко приехали и «профильные товарищи» - Игорь Сечин по нефти и Сергей Чемезов по оружию. Но стоит вспомнить, что дипломатическую блокаду Южной Осетии и Абхазии в 2009 г. прорвал (следом за Никарагуа) именно Чавес. И хотя бы за это тогдашний президент, а ныне премьер Дмитрий Медведев, по идее, должен быть признателен ему лично. Да и о судьбе наших нефтяных и оружейных контрактов в Венесуэле стоило бы поговорить на более высоком уровне. Причём как с наследниками покойного, так и с оппозицией. Ведь на предыдущих выборах, при живом-то Чавесе, его конкурент набрал солидные 44% голосов. А что если новое голосование 14 апреля принесёт оппозиции (способной развернуть курс в сторону США) победу? Как бы нам не пришлось вновь, как в случае с Ливией или Сирией, где режим тоже висит на волоске, сказать: плакали наши денежки...