В Германии не могут определиться: то ли ограничения на дальнобойность поставляемого Украине оружия сняты (это утверждает канцлер Фридрих Мерц), то ли все осталось, как было (так говорит вице-канцлер и министр финансов Германии Ларс Клингбайль).
«Надеюсь, хоть эти двое не подрались, как Макроны», — иронизируют в Москве над спорами немцев.
Но что же происходит в Берлине? И зачем Мерц взвинтил воинственную риторику в адрес Москвы?
Спор произошел между разными партиями в правящей коалиции
Мерц представляет в правительстве альянс партий ХДС/ХСС. Ларс Клингбайль — член партии социал-демократов (из нее же предыдущий канцлер Олаф Шольц).
Мерц шел на выборы с более воинственной риторикой. В частности, он говорил о том, что начнет поставки Украине ракет Taurus. В свою очередь, бывший канцлер Шольц и его однопартийцы категорически исключали такой поворот событий.
Поскольку партии Мерца не удалось набрать достаточно голосов, чтобы победить на выборах, он вынужден был начать коалиционные переговоры. Социал-демократы вошли в его правительство. И теперь разные заявления Мерца и Клингбайля свидетельствуют о том, что в новой правящей коалиции есть разногласия по формату участия Берлина в украинском конфликте, заявил научный сотрудник Центра европейских исследований ИМИ МГИМО Артем Соколов.
«Я бы не стал переоценивать эпизод, который случился между Мерцем и Клингбайлем. Не стоит ожидать, что он сразу приведет к крупному внутреннему правительственному кризису. Однако случай все-таки очень показательный. Особенно в том смысле, что Клингбайля можно назвать условным „ястребом“. Среди других социал-демократов именно он выступал за пересмотр отношений с РФ в пользу большей конфронтационности. И поэтому его заявления выглядят в некоторой степени неожиданно», — отметил эксперт.
Стоит добавить, что однопартийцы вице-канцлера тоже не упустили случая покритиковать Мерца. Так, депутат Бундестага Ральф Штегнер заявил, что публичные заявления канцлера Фридриха Мерца о снятии лимитов на дальность ударов немецким оружием по России «не приносят пользы». «Я в целом считаю неправильным всё, что расширяет войну», — добавил он.
Мерц старается показать себя более жестким по отношению к РФ
Во время выборов он позиционировал себя как человек, который готов к жестким решениям не только по отношению к России, но и по другим болезненным вопросам немецкой политики. Однако пока все это больше на словах, отмечает Соколов.
«Заявления Мерца не всегда находят воплощение в конкретных шагах внутренней и внешней политики», — говорит эксперт.
Так, во время выборов Мерц говорил: если станет канцлером Германии, то выдвинет Путину «ультиматум» по Украине. И что в случае, если Москва этот ультиматум не примет, он начнет поставки ракет Taurus ВСУ. Однако после победы и создания коалиции с социал-демократами он больше этого вопроса не поднимает.
За свои слова о снятии ограничений на дальнобойность поставляемого Украине оружия ему тоже пришлось оправдываться. Мерц заявил, что, оказывается, имел в виду другое, «старое решение».
Германия продолжает милитаризироваться
Так, глава МИД Германии Йохан Вадефул на саммите глав ведомств стран НАТО в Турции заявил, что Берлин готов двигаться к 5 % ВВП на оборону. Шольц считал эту цифру нереалистичной — это свыше 200 миллиардов евро в год, почти половина федерального бюджета. Но Мерц, напротив, утверждает, что сама цифра не так важна, как цель: сделать Бундесвер самой сильной армией Европы.
На этом фоне растут акции главных игроков немецкого ВПК — Rheinmetall и франко-немецкого концерна KNDS (производитель САУ CEASAR и танков Leopard и Leclerc — прим. ред.) — растут. Например, цена бумаг Rheinmetall с начала 2025 года утроилась. Концерн выкупает площадки у автопроизводителей (например, завод Volkswagen в Оснабрюке), запускает линии по выпуску бронетехники и снарядов. KNDS тоже переоборудует мощности под выпуск бронетехники.
Строго говоря, курс на милитаризацию Германия взяла еще в 2022 году, когда было принято решение начать реформу вооруженных сил и ВПК, отмечает Артем Соколов. «Главный вопрос — это изменение роли немецкой армии в обществе и государстве, возвращение всеобщей воинской повинности. Этот вопрос пока обсуждается (здесь много точек зрения), надо ли это делать и как это лучше осуществить», — отмечает политолог.
Но интересно, что милитаризации ФРГ больше опасается не Россия, а соседние с Германией страны, в свое время ощутившие последствия такого процесса на себе. Например, та же Польша. Будет ли милитаризированная Германия угрозой для соседей по ЕС? Пока об этом говорить все-таки рано, учитывая, что жестких трений между Берлином и другими европейскими столицами нет, отмечает эксперт. Но кто знает, как все может обернуться.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
