«Сын Кирилл уже не маленький. Он всё понимает. И когда он спрашивает: «Мама, а почему ты на войне, почему не дома?» – я отвечаю: «Сынок, я там, чтобы война к нам не пришла», – говорит девушка-дроновод с позывным Юла.
У этой на первый взгляд хрупкой барышни за плечами не один десяток уничтоженных целей. На передовой быстро взрослеешь и быстро учишься. Кроме того, у Юлии с боевиками личные счёты.
Семья на фронте
В самом начале спецоперации на передовую ушли многие мужчины её большой и дружной кубанской семьи.
«Отчим, дядя, два младших брата, муж – все начали воевать с первых дней, – перечисляет Юлия. – Вскоре пришла весть, что дядя Степан, муж маминой родной сестры, погиб под Угледаром. И первая мысль, которая возникла: моё место тоже на фронте».
Какое-то время Юла плела маскировочные сети, собирала посылки для бойцов. Но мысли о том, чтобы приносить пользу не в тылу, а «за ленточкой», не покидали её. В 2024 году девушка, которая раньше работала воспитателем в детском саду, пошла учиться на курсы беспилотчиков в Ростове-на-Дону. Гибель прошлой весной младшего брата Ивана, который служил штурмовиком, стала последней каплей. В августе 2025 года девушка была уже на фронте.
Мне повезло застать Юлию не на боевой задаче, а на базе отряда дроноводов в Запорожской области. Здесь у операторов есть возможность перевести дух и восстановиться после тяжёлых боевых выходов.
Разговорились мы первым делом о Юлиной семье. «Сейчас здесь же, в Запорожской области, воюет мой отчим Николай, в спецназе ВДВ. А ещё двоюродный брат Олег, тоже беспилотчик, – говорит Юлия. – Конечно, сначала было трудно, да и просто-напросто страшно, врать не буду. Но меня очень здорово поддерживал мой нынешний супруг Вадим (с первым мужем я разошлась несколько лет назад). Он служит со мной в одном отряде. Его я встретила, когда занималась гуманитарной помощью, он-то и рассказал мне про отряд «БАРС-Сармат».
Дома, в Краснодарском крае, её ждёт 10-летний сын. Пока мать на фронте, за ним приглядывает бабушка. «У него есть мечта: хочет быть военным, как родители. И когда он у меня спрашивает: «Мама, а почему ты на войне, почему не дома?» – я отвечаю: «Сынок, я там, чтобы война к нам не пришла».
«Сталинград» против «Люфтваффе»
В отряде Юлу приняли хорошо. Во многом за отзывчивость и добрый характер.
«Наш командир Алабай воюет с 2014 года. То есть начинал ещё со службы в народом ополчении Донбасса. Получил во время СВО очень тяжёлое ранение. Восстановился и снова вернулся на передовую. Это очень ответственный и правильной офицер. Когда были налёты украинских БПЛА, он не прятался, а бегал вместе со всеми, помогал сбивать эту «нечисть», – рассказала Юля.
Науку воевать девушка схватывала на лету. Умения, полученные в школе беспилотчиков, подкреплялись реальным боевым опытом. Вот уже более полугода Юла летает самостоятельно. Многим хитростям итонкостям беспилотной войны пришлось учиться прямо во время боевых выходов.
Среди уничтоженных целей в основном вражеские укрепления и пехота. Не раз именно её «птички» приходили на помощь нашим штурмовикам, которых прижимал к земле вражеский пулемёт.
«Мы как-то перехватили переговоры украинские и услышали, как один из их беспилотных отрядов называется «Люфтваффе». То есть они уже и скрывать перестали, кто их идейные вдохновители, какие уних настоящие знамёна, – говорит девушка. – Мы тогда из принципа одну из наших групп назвали «Сталинград».
Служили два товарища
Битва за небо в зоне СВО продолжается прямо сейчас.
Юла и другие «птичники», как всегда, на острие атаки. Запорожская степь для БПЛА и их операторов – суровое испытание открытой местностью: из охотника здесь легко превратиться в добычу.
«Работать сложно, но у нас нет другого выбора. С помощью беспилотников получается основательно давить и уничтожать врага. Без ложной скромности скажу, что ребята у нас не только умелые, но и по-настоящему геройские. Просто приходилось сталкиваться с таким обывательским мнением: мол, да что эти операторы БПЛА, сидят за компьютером за десятки километром от фронта, на кнопочки нажимают… Реальность – она другая. Вот относительно недавно был случай в нашем отряде. Служили у нас два товарища-оператора – Арза и Всадник. Их отправили на позиции поддержать наступление штурмовиков – они запускали ударные дроны по врагу. В какой-то момент парней заметили украинские беспилотчики, и по их позиции прилетело сразу несколько вражеских дронов. Арза получил лёгкое ранение, но это не помешало ему на себе унести в укрытие другого оператора. Затем зацепило и Всадника. Но парни задачу выполнили до конца. Потом их вытащила эвакуационная группа. Всадник сейчас долечивается в госпитале и очень рвётся обратно, на передовую».
Самой Юле также не раз приходилось прятаться от вэсэушных обстрелов. «Конечно, «немцы» на нас охотятся. Мы им столько крови попили. Но должна заметить, что нам есть чем ответить. Мы разрабатываем новые тактики, находим нестандартные способы уничтожать врага. В общем, делаем всё, чтобы нас невозможно было просчитать и опередить. Есть у нас умельцы, которые модернизируют наших «птиц»: увеличивают дальность полёта, грузоподъёмность. А в бою, поверьте, каждый лишний метр или килограмм реально решают. И могут как спасти, так и погубить», – отметила девушка.
Юля и «Медведи»
Некоторое время Юле удалось поработать вместе с отрядом «птичников» из добровольческой бригады «Медведи». Соединение это легендарное. Его боевой путь начался в 2023 году. Когда что на Херсонском, что на Запорожском направлениях было во всех смыслах горячо. Поэтому учителя у Юли были с богатейшим опытом отражения контрнаступления ВСУ и обороны Днепровского Левобережья.
А вражеские беспилотники в небе над Запорожьем они выслеживали и сбивали с помощью настоящих самолётов.
«Это не новая идея, – говорит девушка. – Но вот именно в «Медведях» её получилось реализовать по максимуму. Взяли несколько различных легкомоторных аппаратов, которые раньше использовались в сельском хозяйстве или для любительских полётов, поставили туда пулемёты, оборудовали взлётную полосу – и вперёд. Тяжёлые «Бабки-ёжки», «крылья» различных модификаций прошивались из пулёметов и летели вниз, так и не успев выполнить задачу. Я же в этот момент работала на земле, в укрытии, настраивала оборудование, помогала находить украинские «птицы». Очень скоро стали получать, скажем так, отклики на свою работу. Была проверенная информация, что украинцы нас очень боятся».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
