«Война — жесточайшее из изобретений человечества», — считает военный эксперт, ветеран нескольких вооружённых конфликтов, участник СВО Ян Гагин.
Люди не способны
Когда наши подразделения брали Купянск, город был практически цел. Мы бьём по домам, если точно известно, что их используют ВСУ — как склады или располаги, говорят наши бойцы. В остальном же стараемся аккуратно, не разрушая застройку. Но когда противнику удалось отбить часть территории, он целенаправленно стал разрушать всё, и сейчас города практически нет.
На другом берегу Оскола столь же нещадно ВСУ разрушают деревни. Их солдат там практически не осталось, но БПЛА летают постоянно. К примеру, в Петропавловке давно нет никого — ни жителей, ни наших бойцов, которые понимают, что построенный блиндаж гораздо безопаснее, чем подвал в деревне. Однако украинские дроны целенаправленно бьют по пустым домам, стирая Петропавловку с лица земли.
Солдаты 58-й отдельной мотопехотной бригады ВСУ недавно зверски убили пенсионерку, которая оставалась в Казачьей Лопани в Харьковской области. А пленный из 144-й механизированной бригады ВСУ Вячеслав Довбыш рассказал, что командиры приказывали стрелять на поражение по всем гражданским, кому на вид меньше 50 лет.
«Аид», командир отряда спецназа «Ахмат» МО РФ, которого можно называть видавшим виды, по завершении боевых действий в Курской области признался, что увиденное там повлияло на него больше, чем весь предыдущий боевой опыт. Он впервые столкнулся с тем, что выходит за рамки человеческого понимания.
«Забитые телами колодцы, подвалы, расстрелянные машины с мирными, дети, женщины, старики», — писал он в своём канале. «Аид» тогда понял, что противостоит не людям. Люди на такие зверства не способны.
Человечество не усвоило урок
«Война — жесточайшее из изобретений человечества, которое остаётся, увы, неотъемлемой частью политических противоречий, унося миллионы жизней, — говорит военный эксперт Ян Гагин. — Однако здравомыслие с некоторых пор пыталось обуздать хаос войны. Ещё Николай II инициировал Гаагские конференции, состоявшиеся в 1899 и 1907 годах, где были закреплены правила ведения сухопутной войны. Наряду с ними действуют и Женевские конвенции 1949 года — международные соглашения, установившие гуманитарные правила ведения войны».
Основополагающий принцип: военные действия ведутся против вооружённых сил противника; против гражданского населения, больных, раненых, военнопленных они запрещаются. Но всякий раз мы воюем с противником, которому на эти правила наплевать.
Немецкие фашисты, отступая, так же, как и ныне украинские, старались всё взорвать и уничтожить, массово расстреливали мирных людей, угоняли их в концлагеря, где проводили над ними медицинские эксперименты и отправляли в газовые камеры. Они намеревались уморить голодом 2,5 миллиона ленинградцев. Именно поэтому мы говорим сегодня о геноциде советского народа.
«На Нюрнбергском трибунале, — напоминает Гагин, — впервые в истории главы государства и военачальники предстали перед международным правосудием. Им были предъявлены ужасающие доказательства: фото- и видеоматериалы концлагерей, показания выживших узников и самих палачей. Тогда всем казалось, что человечество усвоило урок, и это остановит от дальнейших таких преступлений».
Но боевые действия, отмечает он, вспыхивали и после Второй мировой — в странах Африки, Азии, на Балканах, а после распада СССР и на постсоветском пространстве.
Для трибунала и для истории
«В ходе вооружённой агрессии против Южной Осетии в августе 2008 года тогдашний грузинский режим использовал тяжёлое наступательное вооружение неизбирательного действия. В частности, по жилым кварталам работали запрещёнными международными конвенциями кассетными боеприпасами и 500-килограммовыми авиабомбами. Вели огонь из систем залпового огня „Град“ по медучреждениям в Цхинвале, а также по подвалам жилых домов и церквям, где укрывались безоружные женщины и дети. Снайперы стреляли по колоннам мирных жителей, пытавшихся покинуть зону боевых действий. Будучи участником операции по принуждению Грузии к миру, я это видел своими глазами», — говорит Гагин.
Следственный комитет России расследовал эти военные преступления — уголовные дела составили сотни томов. По данным следствия, грузинские вооружённые формирования, насчитывавшие порядка 17 тысяч человек, 100 танков и 110 артиллерийских орудий, целенаправленно уничтожали мирное население Цхинвала. Свыше 33 тысяч жителей Южной Осетии стали беженцами, покинув свои дома.
Сегодня в ходе вооружённого конфликта на Украине вновь происходят преступления против мирных жителей прифронтовых городов и деревень со стороны тех, с кем мы сражаемся.
«Тогда на стороне Грузии воевали наёмники из числа украинских националистов. Сегодня на стороне украинских фашистов воюют грузинские наёмники, — отмечает Гагин. — Смычка та же. И пренебрежение нормами международного права, да и нормами человеческой морали то же».
На фоне текущих событий российские следственные органы собирают доказательства преступлений киевского режима против мирного населения. Как сообщили недавно в Следственном комитете РФ, в недавно освобождённых населённых пунктах ДНР обнаружены и эксгумированы останки 74 мирных жителей. А всего с начала конфликта Следственный комитет завёл более 9,7 тысячи уголовных дел о преступлениях украинских боевиков.
Расследования более тысячи из них завершены. Суды вынесли 860 обвинительных приговоров в отношении 1,1 тысячи военнослужащих ВСУ, 79 получили пожизненные сроки за особо тяжкие преступления. Практически столько же обвиняемых и среди наёмников — 263 дела суды рассмотрели и почти по всем уже вынесли решения. Следственный комитет завершил расследование уголовных дел в отношении наёмников из Грузии и Великобритании, принимавших участие во вторжении в Курскую область в 2024 году.
«Многие из тех, кто отдавал приказы в Цхинвале, позже руководили Майданом и организовывали государственный переворот на Украине. Их „ученики“ и соратники, прошедшие школу безнаказанности, беспредельничали в Курской области, творят хаос в Донбассе, Харьковской, Херсонской и Запорожской областях. Поэтому важно фиксировать удары по мирным гражданам, школам и больницам, собирать свидетельства зверств украинских неонацистов и их зарубежных соратников. Это нужно не только для трибуналов сегодняшнего дня. Это нужно для истории, чтобы у преступлений против человечества не появилось будущего», — считает Гагин.
Международное право, напоминает он, опирается на принципы Нюрнбергского трибунала и рассматривает преступления против человечества как не имеющие срока давности.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
