Примерное время чтения: 9 минут
16475

Шкаф без ручки. Сколько будет стоить мебель и не случится ли её дефицита

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 12. Плоды искушения. Кто и чем теперь будет соблазнять российского потребителя? 23/03/2022 Сюжет Санкции в отношении России и ответные меры РФ
/ Petr Smagin / Shutterstock.com

Сейчас россияне, кажется, скупают всё подряд — от гречки с сахаром до бытовой техники и автомобилей. На мебель тоже наблюдается небывалый ажиотаж.

«Итоговых цифр продаж пока нет, но, думаю, они побьют рекорды всех предыдущих лет. Накануне локдауна в 2020-м был похожий ажиотаж, но нынешний превзошёл даже его», — говорит гендиректор Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России Тимур Иртуганов.

Что было «до»

Так случилось, что первая часть этого интервью была записана месяц назад, ещё до начала спецоперации на Украине и введения санкций. Мы говорили о том, как удачно для российских мебельщиков сложился 2021-й — объём производства отечественной мебели вырос на 11% в штуках и на 38% в рублях. Увеличился экспорт (основные покупатели — Казахстан, Белоруссия, Германия, которая покупала у нас корпусную мебель и матрасы) и уменьшился импорт. Если в 2018-м на нашем рынке было почти 50% завозной мебели, то в прошлом году уже 42%. Правда, в отечественной мебели была слишком высока доля импортных составляющих — из-за границы везли фурнитуру (петли, ручки, выдвижные системы), ткани для диванов, лаки, смолы и прочую химию, без которой не сделать плиты для шкафов и кухонь. С главой ассоциации мы обсуждали, почему цены на пиломатериалы выросли на 50-60%, мебель — на 12% и что будет дальше... Но «дальше» резко изменилось. Все россияне и отрасли нашей экономики оказались в новой реальности, и 90% текста ушли в корзину по причине полной неактуальности.

Нажмите для увеличения
Нажмите для увеличения

Не уйдут ли австрийцы, делающие дсп?

Татьяна Богданова, АиФ.ru: Тимур Равильевич, начинаем интервью — дубль второй... В начале марта в прессе появилась информация, что импортной фурнитуры у наших мебельщиков хватит всего на месяц, а потом заводы встанут, потому что шкаф нельзя собрать без ручек и петель. Ситуация изменилась?

Тимур Иртуганов: Месяц — это вполне достаточный срок для того, что успеть принять какие-то решения. Своей фурнитурой мы действительно обеспечиваем себя только на 5%. Кроме пары предприятий у нас никто не занимается сложным литьем, чтобы сделать те же самые ручки. Даже примитивных петель отечественного производства мало. А высокотехнологичные детали, такие как выдвижные тандем-боксы для кухонь, в принципе не производятся в России. Мебельщики везли их из Германии, Италии, Китая. Когда начались санкции, когда с ЕС был полностью остановлен экспорт-импорт, отрасль была в ситуации, близкой к коллапсу. Но сейчас паники по этому поводу больше нет. Прекрасно сработал оперштаб Минпромторга и Минтранса, логистика стала налаживаться, ищем новые пути поставок через страны, которые не ввели санкции. Фурнитура к нам едет по железной дороге из Китая.

— Честно говоря, обидно — свой металл отправляли за границу, а сами из него ручки с петлями не могли сделать. Сейчас у металлургов проблемы с экспортом. Может, это наконец подтолкнёт к импортозамещению?

— Металл в стране останется. Но кто его будет перерабатывать? Для этого нужны мощности, а их у нас крайне мало. Гиганты металлургии после 2014 г. решили посмотреть на внутренний рынок, увидели, что инвестиции будут долго окупаться, махнули рукой и продолжили гнать прокат на экспорт. Тогда так было проще и выгоднее. Сейчас ситуация совсем иная, и надо срочно развивать эту отрасль переработки. А пока, надеюсь, хотя бы металл подешевеет на внутреннем рынке, и имеющиеся предприятия смогут купить его по доступной цене. Были же совсем парадоксальные ситуации, когда наш металл продавали в Турцию, там из него делали пружины для диванов и матрасов, и наши мебельщики потом покупали их у турок. При этом своим производителям пружин металла не хватало.

— Многие компании, которые в России производят плиты ДСП и МДФ, принадлежат австрийцам. Даже представить страшно, что будет, если они уйдут с рынка, как IKEA.

— Предприятия, которые здесь локализованы, работают в полном объеме и сотрудничеством довольны. Нет никаких оснований думать, что будет иначе. Другое дело, что из-за санкций обострилась проблема с химией. Большая её часть шла из Европы, поэтому тут тоже надо налаживать альтернативные поставки. Древесная плита только на 20% состоит из деревянного сырья, остальное — смолы, лаки, метанол, изоционаты, которых у нас вообще нет. Без дорогостоящего меламина не сделать плёнку для МДФ, а его производят у нас только на одном заводе в Невинномысске. В себестоимости плит химия занимает большую долю, значит, они будут расти в цене, и это станет ещё одним фактором подорожания мебели.

— В 2021-ом мебель в среднем подорожала на 12%, кухни и столы — на 14% и это казалось много. Что же будет в этом году?

— Извините, даже не буду пытаться делать прогноз по ценам. Могу сказать лишь одно — подорожает. В этом марте случился всплеск спроса, люди стремились вложить свои рублевые сбережения. И дальше наши мебельщики готовы работать в том же темпе, чтобы покрыть потребности рынка. Но сохранится ли спрос, нужны ли будут людям в ближайшее время новые шкафы и диваны? Посмотрим. Вариантов развития событий много, ситуация меняется чуть ли не ежедневно.

Фанеры в России будет завались

— С нового года был введён запрет на вывоз круглого хвойного леса и ценных пород. Недавно в ответ на западные санкции запретили экспорт в недружественные страны сырья из берёзы — шпона, балансов для бумаги, фанерного кряжа для фанеры. То есть почти весь лес останется внутри страны... Это ж какой простор для своих производителей!

— В дальней перспективе запрет экспорта точно сыграет в плюс. А в краткосрочной могут быть разные казусы. При огромном объёме хвойного леса в Сибири и на Дальнем Востоке, который не ушёл на экспорт, там пока недостаточно перерабатывающих мощностей. Надо строить плитные комбинаты, ЦБК, инвестировать в переработку.

Что касается шпона и фанерного кряжа, наша ассоциация давно выступала за ограничение их экспорта. Продажи сырья за рубеж росли, особенно в Латвию и Польшу, а своим производителям фанеры его не хватало. Но мы не имели ввиду полный запрет. Переизбыток сырья может привести к переизбытку фанеры, а эта отрасль у нас исторически была экспортоориентированной. 2/3 фанеры всегда шли за рубеж, в основном в США и ЕС. Теперь они её не покупают, и это им ещё аукнется. В большей степени Европе. Россия обеспечивала больше 50% её потребности в фанере, а теперь ещё и нашего сырья для своих производств у них не будет. Но есть и обратная сторона — теперь надо самим срочно искать новые рынки сбыта.

— Зато в России фанеры будет просто завались... Глядишь, и цены упадут.

— Внутренний рынок быстро насытится, возможно, и цены упадут. Главное, чтобы полсотни заводов не встали из-за того, что продукцию некуда реализовать и зарплаты платить не из чего. От этого зависит жизнь целых моногородов. Ситуация сейчас для всех отраслей непростая. И без поддержки государства не обойтись. Это касается и импортозамещения, и поиска новых эскпортных рынков. Египту нужна наша фанера, и санкций он не вводил, но логистика затруднена, отгрузки в портах Черного моря пока нет. Но, насколько мне известно, меры принимаются, и скоро наши черноморские порты заработают. Южная Америка — перспективный рынок, но нужна проработка торговых связей. Ещё мы на протяжении многих лет говорили о том, что надо открывать рынок Индии, где ввозная пошлина 30%. Она такая высокая не избирательно для России, просто у нас с Индией нет торговых договоров. Три года назад этот вопрос хотели вынести на межправительственную российско-индийскую комиссию, но этого так и не случилось. И сейчас, когда случился форс-мажор, огромный индийский рынок оказался для нас закрыт.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах