Новая стратегия развития Дальнего Востока и Арктики предполагает увеличение добычи полезных ископаемых и глубины их переработки, а также создание новых условий для привлечения инвестиций. Одним из ключевых изменений должен стать единый экстерриториальный ТОР: инвестор сможет выбирать площадку для проекта без привязки к существующим границам территорий опережающего развития. О том, когда заработает новый механизм, какие гарантии получат действующие инвесторы, как развивается проект международных ТОР, и что новая стратегия даст жителям регионов, «АиФ» поговорил на Восточном экономическом форуме с первым заместителем министра РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики Виталием Алтабаевым.
Цель одна — работать
— Виталий Владимирович, экономические приоритеты развития Дальнего Востока меняются. На чем будет сделан основной акцент в новой стратегии?
— В следующем периоде стратегия предусматривает три глобальных направления.
Первое — увеличение добычи полезных ископаемых. Второе, и, пожалуй, более важное по смыслу, — увеличение глубины переработки этих полезных ископаемых.
Третье направление — развитие добычи в долгосрочной перспективе. Горизонт большой: при подготовке рабочих материалов мы заглядываем до 2050 года и выстраиваем этот трек.
За предыдущие десять лет был задан высокий темп развития. Поддерживать его будет непросто, тем более что необходимо двигаться дальше. Поэтому правительство продолжает принимать дополнительные меры в части поддержки инвестиций и социального развития.
— Чего в таком случае ждать инвесторам от новой стратегии?
— Если говорить просто, любой инвестор может рассчитывать на максимально комфортный инвестиционный климат на Дальнем Востоке, максимальное внимание со стороны нашего Министерства, Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики и региональных команд.
Если говорить более детально, это традиционные налоговые льготы с различными вариантами их применения, инфраструктурная и административная поддержка.
Правила новые – механизмы прежние
— Сейчас обсуждается возможность распространить режим ТОР фактически на весь Дальний Восток. Это действительно так?
— Совершенно верно. Это уже не просто обсуждение. Соответствующее поручение дал президент по итогам предыдущего Восточного экономического форума.
Мы рассчитываем пройти необходимые законодательные процедуры и до конца года принять соответствующий законопроект.
Тогда со следующего года новые инвесторы смогут работать уже в новых, более комфортных условиях.
— В чем главное отличие нового механизма от существующих ТОР?
— Основной нюанс единого ТОР — его экстерриториальность.
Больше не будет границ, к которым инвестор должен быть привязан. Он сможет размещать проект в любом удобном для него месте — исходя из особенностей технологии, необходимой кооперации и параметров инвестиций.
То есть инвестору не придется выбирать площадку только потому, что она находится внутри границ конкретной территории опережающего развития.
— А что произойдет с инвесторами, которые уже работают на Дальнем Востоке по действующим соглашениям?
— Для них условия останутся стабильными и неизменными. Все, о чем мы договаривались с инвесторами в предыдущие годы, зафиксировано в соглашениях. Эти договоренности со стороны Правительства Российской Федерации и регионов будут исполняться безусловно. Новые условия предназначены прежде всего для новых инвесторов.
— Отдельное направление — международные ТОР. Насколько этот механизм уже готов к практической реализации?
— Законодательные основания для создания таких площадок появились с 1 января текущего года. Сейчас мы активно ведем переговоры с зарубежными партнерами. Прежде всего речь идет о Китае и Индии. Высокая степень готовности есть по нескольким площадкам — в Приморье, на Большом Уссурийском острове, в Амурской и Еврейской автономной областях. По Приморью буквально накануне состоялся финальный раунд переговоров с заместителем министра сельского хозяйства Китая. Мы договорились, что на встрече глав правительств должны быть подписаны итоговые документы, после чего можно будет приступать к созданию площадки. Конечно, нам хотелось бы двигаться быстрее. Но сама суть международного ТОР заключается в международных договоренностях, поэтому такие решения требуют времени.
Открыты для всех
— А если инвестор представляет страну, которая сегодня относится к недружественным? Он сможет воспользоваться этими механизмами?
— Законодательство предусматривает возможность создания таких площадок как на основании межправительственных договоренностей, так и на основании наших внутренних решений. Оба способа доступны инвесторам. Что касается инвесторов из недружественных стран, никаких дополнительных препятствий для них мы не создаем. Пожалуйста, пусть заходят. Но оценка любого такого проекта будет проводиться прежде всего через призму экономического эффекта для России.
— На ВЭФ традиционно приезжает много иностранных делегаций. Чувствуете ли вы рост интереса зарубежного бизнеса к России и Дальнему Востоку?
— По моему личному убеждению, настоящий бизнес не так сильно зависит от политики. Множество компаний из недружественных стран продолжают сотрудничать с российским бизнесом, сохраняют отношения. Определенный разворот действительно есть, мы его чувствуем. Есть интерес и с Востока, и с Запада. Здесь, на полях ВЭФ, мы общаемся в том числе с ассоциациями европейского бизнеса, обсуждаем внутренние условия инвестиционного климата. Это абсолютно рабочий диалог. Я думаю, нынешняя ситуация носит временный характер. Когда политические барьеры будут сняты, бизнес сможет уже открыто размещать производства и выстраивать отношения с российскими партнерами.
— Международный ТОР в таком случае может стать дополнительной гарантией для зарубежного бизнеса?
— Да. Особенно когда площадка создается на основе межправительственных договоренностей. В этом случае бизнес понимает, что проект находится в поле внимания двух правительств. Это задает другой ритм работы и одновременно повышает ответственность как самого бизнеса, так и государственных команд.
Люди - главное
— Но экономика Дальнего Востока — это не только инвесторы. Что реализация новой стратегии должна дать обычным жителям регионов?
— В первую очередь — социально-экономическое развитие. Создание любого нового бизнеса дает прямые и косвенные эффекты для экономики региона.
При этом я хотел бы обратить внимание еще на один момент. На международных экономических площадках, таких как Восточный экономический форум, мы традиционно много говорим о привлечении зарубежных инвестиций и развитии иностранного бизнеса. Но экономика нашей страны достаточно сбалансирована и устойчива, у нее есть большие внутренние резервы. Наш внутренний спрос способен развивать множество направлений. Поэтому об этой работе тоже нельзя забывать. Несмотря на международный статус ВЭФ, здесь мы активно обсуждаем с российским бизнесом и региональными командами развитие экономики внутри страны.
— Новая стратегия впервые формировалась при активном участии самих регионов. Насколько сильно их предложения повлияли на итоговый документ?
— Если посмотреть на стратегию на верхнем уровне, то у нее есть несколько составляющих. Есть направления федерального уровня, связанные с национальными проектами и отраслевыми целями. И есть региональный раздел, где для каждого субъекта прописана его специфика. Мы действительно потратили много усилий на работу с региональными командами. Проехали все регионы, обсудили нюансы и на основании этой работы сформировали стратегию.
Можно сказать, что она уже утверждена. После регистрации Правительством Российской Федерации документ станет публичным, в том числе для населения.
— Что будет следующим этапом?
— Впереди второй этап, который мы планируем завершить до конца года, — подготовка плана реализации стратегии. Это уже конкретная пошаговая работа: какие мероприятия необходимо провести, в какие сроки, какое ведомство за них отвечает и какой результат должен быть получен. Именно этот документ станет основным механизмом реализации стратегии. Мы ожидаем, что главная работа еще впереди — именно при подготовке этого плана. Но мы к ней готовы и будем защищать интересы Дальнего Востока.
— Получается, ставка по-прежнему делается и на внешний, и на внутренний потенциал Дальнего Востока?
— Совершенно верно. Мы видим последствия решений тех стран, которые ограничили экономические отношения с Россией. Такие процессы обладают большой инерцией, и даже после снятия барьеров их последствия будут ощущаться еще достаточно долго. Поэтому для нас важно одновременно развивать собственную экономику, внутренний спрос, привлекать инвестиции и сохранять возможности для международного сотрудничества.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
