11854

Ксения Боришполец: Россия и Украина: кто кому больше нужен?

Ксения Боришполец
Ксения БоришполецИз личного архива

После последнего разгона недовольных на Майдане возникает вопрос: а что дальше? Неужели Россия и Украина больше не добрые соседи? Смогут ли наши страны жить рядом, но вдали друг от друга?

Об этом мы спросили у Ксении Боришполец, профессора кафедры мировых политических процессов Центра постсоветских исследований МГИМО, члена Российской ассоциации международных исследований.

— Взаимосвязь между Россией и Украиной была, есть и будет. Причем эта взаимосвязь очень тесная, традиционная, актуальная. Я думаю, что если она будет разрушена, то потери понесут обе стороны. Но я сомневаюсь, что она будет разрушена. И последние события на Майдане — это не свидетельство разрушения. Это хулиганство.

Печально то, что в одной из крупнейших европейских стран накопилось так много негативных элементов. По моему мнению, это ничем не закончится. Почему? Там нет конструктивной альтернативы существующему порядку вещей. Там нет даже централизованного руководства.

Как можно охарактеризовать то, что происходит в Украине? Есть такое понятие — страна, находящаяся на переходном этапе развития. В Украине этот период продолжается. Там построена частично рыночная экономика, но ее социальная опора не достаточно сформирована. Поэтому вся конструкция не устойчива.

Кому выгодно подобное развитие событий? Во-первых, часть украинской элиты считает, что она выиграет, распределяя финансовую помощь, займы — все финансовые потоки. Эти потоки небольшие, но на несколько десятков посредников хватит, чтоб держаться на плаву.

Во-вторых, там сильные националистические мотивы, с которыми мало работали, на мой взгляд, в период независимости. Был период у украинского руководства, когда они заигрывали с националистами, когда они думали, что «это само рассосется». Не рассосалось. В любой стране, когда национализм развивается, усиливается, сам по себе он никуда не исчезает. Поэтому нужно работать на опережение, на дискредитацию националистических лозунгов. И делать это нужно только с помощью фактов: вот вы хотели — вот вы получили.

Такие ситуации — не редкость в истории. Периодически они повторяются и в странах Западной Европы.  Ну, побили витрины, разнесли елку. А что дальше? Слава богу, покалеченных и трупов нет. Важно, что выплеск этой негативной энергии не сопровождался реальным кровопролитием.

Думаю, что этот выплеск негатива был направлен против связей с Россией. Конечно, члены этого движения не ставят задачи воевать с Россией. Но социальная нестабильность, социальный беспорядок  в Украине, конечно, будут наносить вред нашей стране. И не только нашей. Он будет бить по всем азимутам.

Похоже, что спонсоры этого оранжевого движения №2  понимают те угрозы, которые будут исходить из их страны, если эти «молОдцы» получат рычаги реального управления (потому что руководство этого движения совершенно неадекватно и не может руководить массами, которое поддерживает их лозунги). Пока же им достаточно просто громко высказаться в публичной обстановке.

Что предшествовало этим событиям? Не секрет, что на протяжении длительного периода руководство Украины ориентировало страну на динамичное расширение хозяйственных связей с Европой. Как результат — существенное сокращение масштабов участия в экономическом взаимодействии со странами СНГ и заметный рост экономических связей с ЕС. Но! Реального разворота хозяйственной системы Украины в европейском направлении не произошло.

В итоге примерный паритет объемов российских и европейских инвестиций, установившийся к 2003–2004 годам, нарушен. Доля инвестиций, поступающих из ЕС, за 20 лет приблизилась к 80%. Однако сотрудничество со странами СНГ остается основой для украинской экономики. В общем объеме товарооборота ситуация складывается так: с СНГ (где Россия является доминирующим торговым партнером Киева) — 40%, торговля со странами ЕС — примерно 28%. Из стран СНГ Украина получает большие объемы стратегического сырья и использует рынки восточных соседей для экспорта своей «условно рентабельной» продукции. Что касается европейских рынков, то возможности поступления на них традиционных украинских товаров остаются весьма ограниченными. В настоящее время ставка на реальный сектор экономики и его отрасли, сохранившие традиционную сопряженность с Россией и другими странами СНГ, является для Украины фактически единственным правильным выбором.

Хотя круг украинских олигархов не отличается ни постоянством состава, ни сплоченностью, ни совокупным размером капиталов, основной характеристикой олигархического бизнеса выступает успешное увеличение европейских активов. При этом число новых проектов в реальном секторе экономики Украины за последние десять лет ничтожно мало, как невелико и число крупных бизнесменов, инвестирующих в страны СНГ. В целом, олигархический капитал контролирует производство до 90% ВВП Украины (в России — порядка 35%). Однако, основные фонды предприятий в подавляющем большинстве исчерпали свой ресурс, в результате чего конкурентоспособность украинской продукции постоянно снижается.

Украинские олигархи обладают устойчивыми связями, как в правительственных, так и оппозиционных структурах, что усиливает возможности влияния на процесс принятия решений. Но в экономическом плане они с все большей очевидностью превращаются в балласт, паразитирующий на внешних сырьевых и финансовых ресурсах.

Каков вывод?  Тенденции развития политической ситуации и основные факторы формирования обстановки на Украине не позволяют рассматривать эту страну в качестве надежного партнера России. Проблема, связанная с выбором Украиной пути интеграционного движения, заключается в искоренении иллюзий, связанных с географическим положением страны и надеждами местных олигархов на обретение статуса посредника в распределении ресурсных потоков между разными регионами Европейского континента.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Подготовила Виктория Никитина

 

Оставить комментарий (16)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах