aif.ru counter
9698

Сергей Бодров: «Калашников не умел чертить – все схемы держал в голове»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 8. Врач на удалёнке? 19/02/2020
Михаил Калашников в жизни и на экране. Роль знаменитого конструктора сыграл молодой актёр Юрий Борисов.
Михаил Калашников в жизни и на экране. Роль знаменитого конструктора сыграл молодой актёр Юрий Борисов. © / РИА Новости, RB Production / Коллаж АиФ

Когда ещё выходить в прокат фильму «Калашников» режиссёра Константина Буслова, как не накануне Дня защитника Отечества. Как ни странно, но это первый (!) фильм о создателе легендарного автомата АК-47. Накануне премьеры «АиФ» поговорил с одним из авторов сценария и продюсером ленты Сергеем ­Бодровым.

Мешок денег

Юлия Шигарева, «АиФ»: Сергей Владимирович, один из героев картины, поднимая бокал за Калашникова, говорит: «Этого человека Господь Бог поцеловал в макушку». А для вас Калашников какой?

Сергей ­Бодров: У меня к нему отношение любопытное. Во-первых, с Михаилом Тимофеевичем я встречался лично много лет тому назад. Мы оказались в одной очереди в Кремле за Гос­премиями – мы её получали за фильм «Кавказский пленник», Калашников – к 50-летнему юбилею ­АК-47. Это был 1997 г., нам всем велели принести пластиковые пакеты, потому что денежные вознаграждения выдавали мелкими купюрами по 1, 5, 10 долларов. Серьёзные люди в этой очереди стояли! (Смеётся.)

Мы с Олегом Меньшиковым хотели пропустить его вперёд, но он отказался: «С вами по­стою, ребята! Я так не люблю – вперёд лезть». Минут 20 тогда поговорили. Потом был банкет, мы там с ним немножко выпили. И я даже подумать не мог, что буду писать сценарий к фильму о нём.

Для меня Калашников – это уникальный русский характер. Таких людей мало. Самородки, которых действительно Бог в макушку поцеловал. Он же даже школу не окончил, семья была сослана как зажиточная. Михаил Тимофеевич этот секрет хранил долго-долго и заговорил только после горбачёвской перестройки. Как и о том, что в 14 лет он из этой ссылки сбежал, подделав документы. Представляете – в те времена! Это же верная смерть, если бы об этом узнали. Он не умел чертить – все схемы держал в голове. Таких людей я встречал, когда работал в журнале «Крокодил». Нам изобретатели присылали письма со своими идеями.

– Изобретения? В журнал «Крокодил»?!

– Да (смеётся). Потому что в Советском Союзе изобретатели были несчастными людьми: у них всё движется, работает, колосится, но никому эти новации не нужны.

К счастью, это не случай Калашникова. Он изобрёл потрясающее оружие. Конечно, как это всегда и происходит в случае громкого успеха, попол­зли слухи – я сам с удивлением слышал от многих людей, что Калашников ничего не изобретал, а подсмотрел в немецких автоматах… Это всё глупости! Да, немецкий автомат и ­АК-47 внешне похожи, но у нашего внутри абсолютно уникальная кон­струкция. Но в конце концов правда победила и его автомат стал известен во всём мире.

Корни остались

– Но в мутные 90-е годы, когда предприятия банкротили без разбора, мы вполне могли бы этого национального достояния лишиться – на заводах «Калашникова» людям также не платили зарплату, цеха простаивали…

– Да, 90-е годы – время любопытное. С одной стороны – бандитизм, убийства, люди в московских дворах выгуливали собак, которые могли горло перегрызть одним движением челюстей. С другой – тогда сформировалось поколение умных людей – предпринимателей, экономистов. Сам Калашников эти годы пережил очень тяжело. Он не мог понять и принять распада Советского Союза, не очень любил Ельцина, к Горбачёву тоже относился не очень хорошо. Но в эти же годы его стали выпускать за рубеж, потому что в советские времена его засекретили, за ним следила охрана, ему меняли имена и так далее. За границей ему понравилось – он ездил во Францию, в Америку, его там узнавали…

– Возвращаясь к 90-м: что тогда случилось с людьми? Почему перестали жалеть что бы то ни было – завод ли, жизнь человеческую?

– Это урок, который должно было пережить наше общество, я думаю. Я хорошо помню ­90-е годы – это был излом. Там было много страшного, абсолютно непонятного… Но главное – что мы выползли. Потому что долги были огромные – у государ­ства и в государстве. В принципе всё и случилось потому, что вся эта структура советская в конце концов должна была сломаться. Потому что оказалась негодной – для людей, для нормальной жизни. Но для меня это большая загадка русского народа – как мы умеем выживать. Это тоже искусство!

– «Калашников» снят в стиле советского кино. Скажите как сценарист советских хитов «Любимая женщина механика Гаврилова» и др.: что же такого было в том времени, что его с такой любовью вспоминают даже те, кто тогда ещё и не родился?

– Потому что тогда было много порядочных людей – это большой плюс для страны. Советский Союз был одной из самых читающих стран в мире. В каждом доме, в каждой семье была библиотека. И корешки какие-то из того времени – не совсем, может, глубокие, – но они и сейчас остались.

– А ваше советское детство – оно было счастливым?

– Очень! Я родился на Востоке – река Уссури, замечательная природа, охота, собаки. И Толстой, и Достоевский говорили: если ребёнок первые 3–4 года растёт в счастливых обстоятельствах, ему дальше будет легче жить. Это действительно так!

– Ничего себе! Река Уссури – там хищники, наверное, по улицам ходили!

– Естественно! (Смеётся.) Со мной в школе учились ребята из семей тигроловов. Дедушке одного из ребят тигр полруки откусил. У этих людей были лицензии на отлов 5–6 тигров для зоопарков. Знаете, как их ловили? Из оружия – только специальные палки и сеть, тигра окружают, загоняют… Так что тигролов – очень серьёзная профессия! Жили тогда все небогато, но это ощущение счастья, близости к природе – оно было.

«Я был строг к сыну»

– Сергей Владимирович, этот вопрос, возможно, будет тяжёлым, но всё равно спрошу. Недавно сын похвастался футболкой: на ней изображён ваш Сергей в роли Данилы Багрова из «Брата» Алексея Балабанова. Скажите, что и как смог сыграть Сергей, что это до сих пор цепляет зрителя?

– Конечно, для меня это болезненная тема. Но я попробую ответить. Серёга снялся у меня в «Кавказском пленнике», причем случайно. Он тогда окончил истфак МГУ с красным дипломом, изучал историю искусств. Но очень хотел попасть в кино. Он и до этого меня просил, ещё когда ему было лет 14 и он занимался в театральной студии: хочу быть актёром. Я ответил: «Только через мой труп ты будешь актёром! Потому что это самая уязвимая, тем более для мужчины, профессия. Это тебя должны выбрать, а не ты выбираешь, что тебе хочется». Он предложил: «Тогда, может, пойти на сценарный факультет?» Я ему и тут возразил: «Я тебя за неделю научу писать сценарии, это просто – если тебе есть о чём рассказать».

Закончилось всё тем, что я послал Сергея ассистентом в Дагестан искать актёров для «Кавказского пленника». Он всех нашёл, всё подготовил. И тут мы упёрлись в то, что у нас нет второго главного героя – Ивана Жилина в пару к Сане – Олегу Меньшикову. И Сергей сказал: «А попробуй меня!» Я согласился, хотя всегда был против того, чтобы дети снимались у родителей-кинематографистов. Он попро­бовался – и попробовался отлично. Когда мы работали, я был строг и порой несправедлив к нему, о чём теперь жалею. Но всё закончилось благополучно – номинации на «Оскар», всевозможные призы, Канн­ский кинофестиваль…

Уже тогда я увидел его с совершенно другой стороны. И к тому, что он смог так сыграть этого Данилу Багрова, я был готов. Потому что в нём оказалось достаточно таланта и понимания того, что он делает.

Хотя всё началось ещё со «Взгляда», который смотрела вся страна. Миллионы людей! К нему письма шли мешками – потому что в Сергее увидели человека, которому можно довериться, поверить. Потому что он был абсолютно органичен – он не врал, ничего не обещал. Он просто честно делал свою работу. И это очень легло на души в то очень непонятное время. Так всё и сложилось, Лёша Балабанов всё правильно сделал. И «Брат», и Данила Багров запомнились людям. Но какая оказалась дорогая цена…

Оставить комментарий (1)
Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы