aif.ru counter
4315

Сексист, шовинист и циник. Кем был на самом деле вольнодумец Вольтер

Если бы злоязычные острословы или прожжённые циники задумали бы вдруг обзавестись пусть не небесным, но хотя бы историческим покровителем, то свой праздник они со стопроцентной гарантией отмечали бы 21 ноября. Именно в этот день 325 лет назад, в 1694 году, родился Франсуа-Мари Аруэ. Псевдоним «Вольтер» он возьмёт себе позже – когда всерьёз займётся литературой.

Сейчас если о Вольтере и говорят, то всё больше в каких-то возвышенных тонах. Дескать, философ-просветитель, поэт и писатель, историк и публицист. Сотрудничал с мегапроектом своего времени – «Энциклопедией наук, искусств и ремёсел», которая, как принято считать, подготовила почву для Великой французской революции. Примерно так оно, кстати, и было – недаром культ Вольтера достиг своего пика именно в весёлые годы свержения Бурбонов, провозглашения Республики и якобинского террора. А раз так, то и все лозунги Революции, в частности знаменитое «Свобода. Равенство. Братство», задним числом приписали и Вольтеру тоже.

На самом деле попытаться найти оду равенству у Вольтера – дело заведомо гиблое. Этот мыслитель придерживался оригинальной и насквозь циничной концепции. Согласно его воззрениям, общество должно быть разделено на две части. Первая часть – богатое и образованное меньшинство. Вторая – те, кто, «ничего не имея, обязаны работать и содержать богатых и образованных». Соответственно, всякому там быдлу образование давать ни в коем случае нельзя: «Если простой народ начнёт рассуждать, всё погибло». Этот его тезис многие считали спорным и даже скандальным. Сокровенный смысл этого утверждения Вольтера начал раскрываться только сейчас, в эпоху всеобщей грамотности, расцвета социальных сетей и диктатуры диванных экспертов.

Довольно часто Вольтеру приписывают также и то, что он якобы пропагандировал толерантность в её нынешнем понимании. Ссылаясь обычно на то, что он написал труд, который так и называется: «Трактат о толерантности». 

На самом деле в этом трактате речь идёт только о религиозной толерантности, то есть о веротерпимости. Насчёт всего иного, например насчёт того, надо ли проявлять какой-то особенный пиетет в отношении представителей иных рас, Вольтер имел несколько иные взгляды. Вот цитата из его произведения «Философские повести», бестселлера своего времени: «Как хороши берега Южного моря, и как мерзостны его обитатели! Это просто звери… Здешние племена ничего не умеют. Когда глядишь на них, так и напрашивается вопрос: кто от кого произошел  они от обезьяны или обезьяны от них? Наши мудрецы учат, что человек – подобие божие! Хорошенькое, однако, подобие Предвечного: нос приплюснут, ума вовсе или почти никакого!»

За такое коленце в адрес негров нынешние леваки, скорее всего, Вольтера бы если не растерзали, то предали бы анафеме, совершенно не заметив при этом, что абсолютно верную догадку о происхождении человека он высказал лет за сто до Чарльза Дарвина.

В очередь на право отвесить философу-просветителю пинка должны выстроиться и нынешние активистки фем-движения. Хотя бы по той причине, что Вольтер был, в общем-то, по нынешним меркам отъявленным сексистом. Впрочем, и по тем меркам тоже. Известен как минимум один случай, что чуть было не довёл его до ссоры с его собственной возлюбленной, маркизой Эмилией дю Шатле, в замке которой он тогда жил.

К Вольтеру тогда явился его племянник, будущий аббат Миньо. Совсем юный, желающий набраться премудрости у дяди – тогда уже авторитетного деятеля. И дядя дал ему блестящий практичный совет:

 Друг мой, успеха в жизни добивается только тот, кого поддерживают женщины. Значит, необходимо их изучать.

Разумный совет от мудрого прозорливого человека. Несколько циничный, но по сути верный – за каждым мужским успехом стоит женщина, это факт. Таким руководством к действию нельзя не восхититься. Но Вольтер не был бы Вольтером, если бы не пояснил, что конкретно он имеет в виду:

– Так запомните же, друг мой, главное правило. Все женщины лгуньи и шлюхи.

Маркиза возмутилась:

 Как это все? Что вы себе позволяете, сударь?

На что получила ответ:

 Сударыня, детей грешно обманывать…

Эта ссора тогда окончилась, не начавшись, но спустя многие годы – а Вольтер прожил в незаконном союзе с маркизой дю Шатле пятнадцать лет – достигла логичной развязки. 

Эмилия дю Шатле была, что называется, технарём. Женщина-математик, автор комментариев к трудам Ньютона, она всерьёз занималась точными науками. Под эти штудии маркизе выделяли особый кабинет. Войдя в который, Вольтер обнаружил там не только свою маркизу, но и своего друга, поэта и офицера Сен-Ламберта. То, чем эта парочка там занималась, было весьма далеко и от математики и от наук вообще, кроме, пожалуй, «науки страсти нежной». Так что как минимум часть тезиса Вольтера получила подтверждение – по крайней мере в его собственных глазах. Что, впрочем, не помешало ему и дальше пользоваться гостеприимством маркизы и состоять с ней в дружеских отношениях – это было и привычно, и выгодно.

Что же касается «лгуний», то к этому Вольтер относился ещё более стоически, как и подобает настоящему философу. Он состоял в переписке с одной из самых влиятельных женщин эпохи – русской императрицей Екатериной Великой. И не уставал превозносить и саму «Северную Семирамиду», и её мудрую политику, и вообще всё, что связано с правлением Екатерины. Та не оставалась в долгу, осыпая философа подарками – в частности, прислала ему шубу из соболей. Ему неоднократно говорили, что в России дела обстоят вовсе не так благополучно, как он расписывает, на что получали неизменный ответ: «Я очень боюсь холодов, а Её Величество дарит мне такие чудесные и тёплые шубы!»

Оставить комментарий (0)
Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество