В феврале 2016 года за день до своего 80-летия была убита Александра Завьялова — зрители советского периода помнили её как зловещую Пистимею из телесериала начала семидесятых «Тени исчезают в полдень», но с той поры прошла уйма времени, Завьялова давно не появлялась на экране, и её, можно сказать, забыли. Она же жила в квартире на Гаврской улице Петербурга на скромную пенсию, ей помогала дочь, она любила беспутного сына Петра — тот и навестил мать накануне юбилея. Вот только тот визит закончился трагедией, хотя доподлинно неизвестно, что именно произошло в тот день. Петр Завьялов утверждал, что ничего не помнит; в приговоре указано, что он ударил ножом свою мать, а причиной стали «внезапно возникшие личные неприязненные отношения». Петр получил восемь лет тюрьмы, отсидел их, вышел на свободу, но признавать себя виновным не спешил. А Александра Завьялова так навсегда и осталась той самой Пистимеей из «Теней...».
Жизнь с поворотами
Жизнь Завьяловой была наполнена причудливыми поворотами — судьба периодически подкидывала ей шанс на что-то большее, но потом также бесстрастно забирала этот шанс обратно. Она и не должна была стать популярной — разве что на уровне Бреста, в театр которого буквально напросилась, когда её распределили в Барнаул после окончания театрального института в Ленинграде. Но именно в Бресте молодую актрису углядел кинорежиссер Александр Зархи, который предложил ей роль в своей драме «Люди на мосту».
Роль — как и сам фильм 1959 года — была далеко не звездной, но на карьеру 23-летней актрисы повлияла положительно. Обратно в Брест она уже не вернулась, обосновалась в Москве, её приняли в Малый театр, она начала сниматься в кино. Тоже не шедевры — скорее, крепкие середняки той поры вроде мелодрамы «Алёшкина любовь». Но этого хватило, чтобы Завьяловой начали пророчить большое будущее.
Но вмешалась любовь — штука непредсказуемая и коварная. Например, актрисе Валентине Малявиной влюбчивость стоила карьеры и свободы. Завьялова же, выйдя замуж за художника Дмитрия Бучкина, «всего лишь» ушла из театра и на время покинула кино — у пары родилась дочь Татьяна, которая требовала внимания матери. А дальше случилась крайне непонятная история.
Романы с иностранцами
Ещё в 1961 году Завьялова попала на страницы американского журнала «Лайф» — вместе со многими другими гражданами СССР, которые привлекли внимание фотографа, но единственная советская актриса в той подборке. Потом она была гостем на приеме в американском посольстве в дни ММКФ, принимала у себя дома итальянских кинематографистов — в том числе Джульетту Мазину. А в 1964-м влюбилась в американского бизнесмена, который был чуть ли не вдвое её старше. Бизнесмен тот быстро оказался персоной нон грата — но не из-за любовной истории с Завьяловой, а из-за подозрений в шпионаже, — так что роман никакого развития не получил. Но жизнь актрисы дала трещину — с мужем она развелась, в кино её не брали из-за ярлыка неблагонадежной, в театре она уже не работала... В тот период её поддержал фактически только работавший на «Ленфильме» начинающий режиссер Резо Эсадзе, с которым у неё завязались отношения, — снял в своей короткометражке «Фро» и в дебютном полном метре «Четыре страницы одной молодой жизни». Правда, поддержка эта была очень странной — по одной из версий, роль Панночки в фильме «Вий» Завьялова упустила как раз из-за ревности Эсадзе; впрочем, по другой версии, к этому приложил руку тогдашний директор «Мосфильма» Иван Пырьев, но никаких подтверждений этому нет. Ту роль, напомним, сыграла молодая циркачка Наталья Варлей.
С Эсадзе Завьялова всё же рассталась — не выдержала деспотической натуры режиссера. А потом в её жизни случились Пистимея и «Тени исчезают в полдень».
Проклятие «Теней...»
Вообще говорить о «проклятии» того или иного фильма следует весьма осторожно — хотя слухи о том, что, к примеру, лучше не сниматься в экранизациях «Мастера и Маргариты», ходят упорные. «Тени...» — фильм по роману-эпопее Анатолия Иванова — в этом плане мало чем выделяется. Для кого-то он оказался счастливым билетом — как для бывшего сидельца сталинских лагерей Петра Вельяминова; Борис Новиков, пожалуй, именно в этой картине окончательно нашел собственное амплуа. Но для Завьяловой роль Пистимеи Морозовой стала буквально приговором.
Один из режиссеров телефильма Владимир Краснопольский рассказывал, что актрисе приходилось «ломать» себя на съемках. Она и сама это чувствовала — в поздних интервью Завьялова говорила, что в эту героиню вложила «всю себя» и даже поседела — в 33 года. При этом роль оказалась успешной, только успех тот измерялся не новыми поклонниками, а количеством писем с проклятиями, которые приходили на телевидение, — их было очень-очень много. К тому же роль что-то действительно поломала в самой актрисе — она везде теперь вела себя, как Пистимея, так что новых приглашений она уже не получала. И Завьялова не выдержала.
О том, как жила Завьялова после выхода «Теней...», известно немного. Вскоре актриса попала в психиатрическую клинику; потом ещё раз — уже с новорожденным сыном Петром, имя отца которого она так никогда и не называла. Вскоре её окончательно вычеркнули из актрис, ей помогал бывший муж, художник Дмитрий Бучкин — он даже усыновил Петра. В кино Завьялова снялась лишь раз, в 1994 году, в белорусской картине «Белые одежды», но именно после этой работы ей внезапно присвоили звание заслуженной артистки России; ей тогда было 58 лет.
А спустя ещё 22 года, накануне юбилея Завьяловой, случилась та самая трагедия — на фоне «внезапно возникших личных неприязненных отношений» между матерью и сыном. Сын отправился в колонию, а актрису похоронили на Смоленском кладбище Петербурга.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
