aif.ru counter
36964

Девочки налево. Почему от лучшего тренера убегают фигуристки?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 33. Во сколько обойдутся нормальные дороги? 12/08/2020
Этери Тутберидзе.
Этери Тутберидзе. © / Владимир Песня / РИА Новости

Евгений Плющенко против Этери Тутберидзе – это холодное противостояние даже летом выталкивает фигурное катание на главные новостные страницы.

В июле в фигурном катании впервые вручали свой «Оскар» – премию ISU Skating Awards. В номинации «Лучший тренер» победила Этери Тутберидзе, в номинации «Лучший новичок» – её воспитанница ­Алёна Косторная, выигравшая все старты в дебютном сезоне. Через пару недель их ледовые дорожки разош­лись. Косторная отправилась тренироваться в группу Евгения Плющенко, а Тутберидзе – в Инстаграм: писать пост о фигуристках, с которыми проще расстаться, чем работать дальше. А таких было много…

История разводов

Сначала Юлия Липницкая – девочка в красном пальто, взорвавшая Сочи-2014, которой аплодировал Президент России. Её союз с Этери Тутберидзе рухнул через год и 9 месяцев  после олимпийской медали. В 17 лет Липницкая ушла к Алексею Урманову, а в 19 уже закончила ­карьеру.

Дальше Евгения Медведева – двукратная чемпионка мира. Это её отправили выс­тупать перед членами МОК накануне Олимпиады-2018 в Пхёнчхане. «Всё самое лучшее, что есть в российском спорте», убеждала чиновников пустить сборную РФ, истерзанную допинг-подозрениями, на Игры. В Пхёнчхане 18-летняя Медведева выиграла «серебро», уступив «золото» 15-летней Алине Загитовой. Спустя несколько месяцев она рассталась с Тутберидзе и уехала к канадцу Орсеру, объяснив свой шаг желанием «работать с тренером, который был бы другом».

Вундеркинд Александра Трусова, успевшая к 15 годам трижды попасть в Книгу рекордов Гиннесса за свои четверные прыжки, в мае «изменила» Тутберидзе с Плющенко. «Мотивов поменять тренера и систему подготовки было много», – объяснила спортсменка. Сейчас её путь повторила 16-летняя Алёна Косторная.

Косторная и Трусова – это самые громкие, но далеко не единственные переходы фигуристов из лагеря Тутберидзе в лагерь Плющенко. А ещё у Плющенко, не скрывающего амбиций по строительству своей ледовой империи, теперь есть тренер Сергей Розанов, ранее ставивший девочкам Тутберидзе прыжки.

Лагеря периодически обмениваются словами «тёплого» отзыва. От тренерского штаба Тутберидзе в адрес Плющенко прилетело: «Ваши периодические попытки купить, в прямом смысле этого слова, готовых спортсменов, только лишь мешают нашей профессиональной работе… Желаем вам воспитать хотя бы одного своего ­спортсмена».

У последнего своя правда: «Когда спортсмен достаточно взрослый и у него всё хорошо в команде, его невозможно переманить никакими деньгами. Не надо мерить и думать только рублём».

Правых здесь нет

«АиФ» вместе со спортивным психологом Вадимом Гущиным пытается разобраться в этой скользкой ситуации.

– Так почему же от лучшего тренера мира убегают ученики?

– Лучший – это всегда жёст­кий. По-другому не бывает. Детский тренер – да, он может быть мягким, внимательным. Но в элите спорта иные правила. Это уже армия, это уже война. Поглаживанием по голове ты никого не заставишь пахать по 8–10 часов в день.

Когда из тебя выжимают все соки, а именно так работает система Тутберидзе, то хочется лучшей жизни. Девочки очень молодые, испытывающие какие-то иллюзии: им кажется, что добиваться результатов можно и в иной, более комфортной среде. И тут появляется «добрый» тренер: давай к нам, тебя будут любить, слушать. Они верят этим обещаниям, думают, что их ждут новые перспективы… Вот только Евгений Плющенко в моём понимании тренером пока не является. Он ничего не добился на этом поприще. Просто вешает лапшу на уши девочкам, их родителям.

– Приходят милые, добрые девочки, которые затем начинают выдвигать свои условия, – так объясняет Этери Тутберидзе причину разногласий с фигуристками: «Юля (Липницкая. – Ред.) выдвинула требование не выходить на один лёд с Женей (Медведевой. – Ред.)… Потом Женя отказалась кататься с Алиной (Загитовой. – Ред.). И вот сейчас от Алёны (Косторной. – Ред.) мы получили целый список девочек нон грата. Вот на этом мы с ней и расстались».

– Вспомните наших великих советских тренеров. У всех был один принцип работы – создать высочайшую конкуренцию, и пусть выживает сильнейший. Этери Георгиевна такую конкуренцию смогла создать. Но если история с требованиями спортсменок повторяется раз за разом, значит, не сделаны выводы. Надо было что-то поменять, переосмыслить – например, взять психолога в ­команду, который бы сглаживал все ост­рые углы, конфликты. Если одна ученица говорит, что не будет кататься с другой, – это, извините, зона ответственности тренера. Но своя зона ответственности есть и у фигуристок. Если вы не уяснили, что в спорте нет места капризам, всё только через пот, кровь, слёзы, обиды, то что ж…

Правых в этом конфликте нет. Выигравшей стороны – тоже. Да, у Плющенко сейчас две звезды – Трусова и Косторная. Ему теперь отвечать перед федерацией, перед страной за их будущее. И если ничего толкового не выйдет, то к нему больше никто не пойдёт, несмотря на все посулы и предложения. Единственным залогом того, что всё это не обернётся крахом, мне видится Сергей Розанов, которого заполучил Плющенко. Сейчас, когда он вышел из тени Тутберидзе, мы и узнаем, каков был вклад этого специалиста в становление девочек. Если он сможет удержать их на уровне, значит, у нас есть ещё один ­уникальный тренер.

Проиграли и сами девочки. Они попадают в другую систему, будет долгий, сложный пере­ходный процесс. И вся беда тут в том, что они – воспитанницы школы Тутберидзе, значит, маленькие, худенькие, невзрослые. У них сейчас как раз процесс полового созревания. Какими они станут через год? Никто не знает.

А Этери Тутберидзе? Из трёх девочек, которые стояли на пьедестале чемпионата Европы, у неё осталась только Щербакова. Мало того что тренер потеряла перспективнейших учениц, так ещё и народу кажется, что работать с ней – сущий ад…

И, главное, страдает российское фигурное катание. Наши внутренние ссоры на руку конкурентам. Была мощная сборная, а сейчас в ходе всех переходов и разборок может получиться так, что мы потеряем достигнутые позиции.

– Татьяна Покровская, работающая с нашими синхронистками, тоже жёсткий тренер. И в её команде тоже конкуренция, пот, слёзы. Но не вспомнишь, чтобы от неё кто-то по своей воле ушёл.

– А куда от Покровской сбежишь? Где альтернатива? А от Тутберидзе побежали, потому что есть куда. Если не вдаваться в некие аспекты, то это хорошо, что у Плющенко есть амбиции, средства, что он создал свою академию. Пусть в стране будет ещё один центр фигурного катания. Это же тоже конкуренция, от которой вид спорта только выиграет. Вот только конкуренция должна быть здоровой, честной. На переднем плане должно быть качество подготовки, а не финансы

– «Маленькие, худенькие, невзрослые», – говорите вы. Почему в системе Этери Тутберидзе нет места другим? Чуть повзрослела та же Загитова и уже перестала играть роль первой скрипки.

– Во всём винят тренера, но кто придумал коэффициенты за безумные прыжки? Кто сделал так, что художественное впечатление перестало быть чем-то главным? Мы всё реже говорим про искусст­во, концент­рируясь на подсчёте выполненных элементов. Чуть повзрослела – а это значит пополнела, стала выше ростом, центр тяжести сместился, – и ты уже не можешь эти элементы исполнять. Дело не в возрасте как таковом. Травмы, нервная система, которая разбалтывается с годами, – с этим ещё можно справиться. Но меняется фигура, девочка становится женщиной – на этот процесс повлиять нельзя. У нас есть только одна фигуристка – не девочка, а женщина – Елизавета Туктамышева (23 года). И смотрите, что происходит: она прыгает и исполняет всё примерно на одном уровне, но оценки ей ставят ниже.

Этери Георгиевна просто работает в тех рамках, которые выдвигает современное фигурное катание. И работает гениально. Иначе у неё не было бы столько медалей. И неслучайно её подход копируют иностранные тренеры – у них там тоже все крохотульки, все не женщины.

Оставить комментарий (3)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы