aif.ru counter

Первый День победы. Полтавская виктория спасла нашу страну от полной гибели

​310 лет назад состоялось первое празднование первого Дня победы в отечественной истории. Произошло это по горячим следам: после знаменитой Полтавской битвы.

Денис Мартен. «Полтавская битва» (1726).
Денис Мартен. «Полтавская битва» (1726). © / Public Domain

Ещё шло преследование противника: то, что осталось от шведской армии, капитулирует у местечка Переволочны лишь 11 июля. Ещё непонятна была судьба шведского короля Карла XII, которому неделей спустя всё-таки посчастливится удрать к туркам. Однако День победы уже был учреждён. Задуман — уж точно, поскольку в том же году Пётр издал указ, согласно которому день Полтавской виктории становился первым ежегодным государственным военным праздником. И его полагалось отмечать согласно заведённому Петром канону. Этот канон оказался настолько естественным и живучим, что его влияние можно увидеть и в нынешнем празднике 9 Мая.

Пуля, шляпа, крест

Для начала Пётр объявил этот день «свободным от всякого рода публичных работ», то есть выходным, прямо как сейчас. Разве что салют проводился тогда не вечером, как мы привыкли, а утром. В ходе молебна, когда начинали петь «Многая лета», император сам давал артиллеристам сигнал открыть огонь. Потом он принимал краткий парад, после которого по протоколу полагался пир, куда приглашалась знать, иностранные гости и часть ветеранов Полтавской баталии. Ну а потом — широкие народные гулянья с угощеньем и вечерним фейерверком, в точности как у нас.

Эти традиции были незыблемы даже в мелочах, что отмечали иностранные наблюдатели. Датский посланник Юст Юль присутствовал при первой годовщине Полтавской виктории, в 1710 г. Голштинский камер-юнкер Фридрих Берхгольц — в 1721 и 1723 гг. Оба они пишут о том, что царь выходил к молебну и на парад в том самом мундире Преображенского полка, который был на нём в день битвы, и с особым почтением относился к «старой, очень простой и потёртой шляпе». Что немудрено, ведь именно в эту треуголку попала шведская пуля: «Захвати эта пуля всего на один палец в сторону, и царь был бы убит».

Между прочим, мундир по форме офицера Преображенского полка включал в себя ещё один элемент, который тесно связан с мифами о Полтавской баталии. Историки считают, что одну шведскую пулю, попавшую в шляпу Петра, народная молва превратила в три, которые угодили кроме шляпы ещё в седло и в царский нательный крест, который «отвёл погибель». Над последним принято иронизировать: дескать, конечно, надо ведь как-то подчеркнуть милость Божию.

Однако в питерском Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи хранится горжет Петра I — нагрудный знак в виде металлической пластины-полумесяца размером 20X12 см. И на нём есть небольшая вмятина, похожая на след от шведской пули на излёте. В том самом месте, где горжет был украшен крестом Андрея Первозванного. Так что народная молва, быть может, и не является фантазией.

Убить Россию

К сожалению, во время царствования племянницы Петра Анны Иоанновны празднование Полтавской виктории отменили, запретив отмечать его иначе как молебном. Проявив при этом чернейшую неблагодарность и абсолютное непонимание того, чем была Полтавская баталия и от чего та «неслыханная в свете виктория» спасла Россию.

Часто приходится слышать, что Россия слишком много о себе воображает. Дескать, кому вы нужны в своём медвежьем углу? Можно подумать, цивилизованные страны только и делают, что спят и видят, как бы вас завоевать и поработить.

На самом деле именно такие попытки за последние четыреста лет предпринимались с пугающей регулярностью. Каждый век отборные армии Европы осуществляли грандиозные вторжения в пределы России. И каждый раз основной их целью было вычёркивание русского государства из реальности и истории.

Полтава — как раз тот единственный случай, когда вторжение удалось остановить на дальних подступах. В противном случае нас ожидала бы печальная судьба. Планы Карла XII в отношении России были весьма жёсткими.

Обязательно занять Москву и оттуда диктовать условия мира. Петра свергнуть с престола, если понадобится — убить. Псков, Новгород, балтийское побережье, Архангельск и всё Белое море отходят к Швеции. Украина и Смоленщина — к Польше. Астрахань, южные земли и Поволжье — туркам и крымским татарам. То, что останется, дробится на более мелкие куски: «Царство всё в воеводства боярам и великим князьям разделить».

Европа замерла в предвкушении гибели России. Вот как пишет об этом американский историк Роберт Мэсси, получивший Пулитцеровскую премию за жизнеописание Петра Великого: «Государственные деятели всех стран с нетерпением ждали новостей о том, что Карл снова одержал победу и его знаменитая армия вошла в Москву... Швеция, уже хозяйка Севера, стала бы повелительницей Востока, арбитром всего, что происходит между Эльбой и Амуром. Холопская Россия распалась бы по мере того, как шведы, поляки, казаки, турки и, возможно, китайцы отрезали бы от нее солидные куски».

Нажимите для увеличения
Нажимите для увеличения

«Хребет показали»

Всем казалось, что так оно и произойдёт, причём очень быстро. В самом деле — кто противостоит победоносным шведам? Какие-то русские варвары, вчерашние мужики, на потеху «цивилизованному миру» наскоро обряженные в европейские кафтаны и снабжённые скверными ружьями. Французы были уверены, что даже 8 тысяч шведов походя справятся с 80 тысячами «трусливейшей русской пехоты». В Крымском ханстве говорили примерно то же самое: «Будь войска Швеции 10 000, то они преследуют и побеждают 100 000 московского народа». Сами же шведы считали русских «самой презренной нацией мира» и воспринимали русский поход как лёгкую прогулку.

Но получилось иначе. Русский солдат к 1709 г. уже научился воевать, успел почувствовать вкус побед. А Пётр I, один из лучших военачальников своего времени, сумел вскрыть слабые места «непобедимой армии» Карла XII. Шведский король ценил дерзость и внезапность: ради стремительности он даже отказался от регулярного применения артиллерии. Да и полевые укрепления не жаловал: «Против армии московитов шведы презирали окапываться». Только атака, только в штыки, во имя нордического духа и короля!

Этот дух был поколеблен, когда шведы угодили в загодя подготовленную Петром систему редутов. А потом русские открыли огонь. С 300 шагов — ядра, со 100 шагов — картечь, потом — ружья. «Началась жуткая стрельба, нанёсшая нам большие потери. Когда же мы попали под мушкеты, огонь стал еще сильнее. Казалось, разумом нельзя было понять, как из всей нашей пехоты останется в живых хоть бы один человек...» — это слова чудом оставшегося в живых шведского генерала Левенгаупта.

Финал битвы описал сам Пётр Великий: «Хотя и зело жестоко оба войска бились, однако ж долее двух часов не продолжалось — непобедимые господа шведы скоро хребет показали... И не единожды потом не остановились — шпагами, пиками и багинетами колоты, и до обретающегося вблизи леса гнаны, яко скот».



Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. nikolai alf
    |
    15:23
    08.07.2019
    0
    +
    -
    Вот так должна вести себя и сейчас страна в Мире!Хотя к Петру отношусь и критически!
Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Почему при простуде едят именно малиновое варенье?
  2. Кто такой Баррон Хилтон?
  3. Когда включат отопление в Москве?


Самое интересное в регионах
Роскачество
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ