Примерное время чтения: 9 минут
4004

Фёдор I — забытое Солнце. Что дал России последний московский Рюрикович

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 20. Время учиться всё делать самим 18/05/2022
Царь Фёдор Иоаннович делает правителем России Бориса Годунова, 1584 г. Гравюра Б. Чорикова, XIX в.
Царь Фёдор Иоаннович делает правителем России Бориса Годунова, 1584 г. Гравюра Б. Чорикова, XIX в. Public Domain

465 лет назад, 20 мая 1557 г., у царя Ивана, пока ещё не заслужившего прозвища Грозный, и его первой жены, Анастасии Романовой, родился третий и последний сын. Мальчика нарекли Фёдором.

Слово «последний» можно понимать как прямо, так и иносказательно. Судьба Фёдора Иоанновича сложилась так, что к нему применяли это слово и так и этак. В прямом смысле — последний законный сын царя Ивана IV, последний ребёнок Анастасии Романовой, последний представитель московской ветви Рюриковичей на русском престоле. А в переносном — как не способный к государственной деятельности. Слабый здоровьем, слабый волей, умом... Словом, безнадёжно последний.

Изображение Фёдора Иоанновича на Царь- пушке, отлитой во времена его правления, в 1586 г.
Изображение Фёдора Иоанновича на Царь- пушке, отлитой во времена его правления, в 1586 г. Фото: Public Domain

Кривое зеркало

К сожалению, в данном случае все, включая школьные учебники, поют с чужого недоброго голоса, фактически повторяя отзывы иностранных современников Фёдора. «Прост и слабоумен» — так о русском царе говорил английский торговый агент Джером Горсей. «От природы простоватый и тупоумный», — шведский посланник Пётр Петрей де Ерлезунда. «Напрасно говорят, что у этого государя мало рассудка. Я убеждён, что он вовсе лишён его», — польский посланник Лев Сапега. И наконец, сокрушительное от некоего шведского анонима: «Собственные подданные считают его помешанным и зовут русским словом durak».

Отзывы соотечественников между тем диаметрально противоположны, а его смерть восприняли как национальную катастрофу. Мало кого из русских самодержцев сравнивали с Александром Невским, о смерти которого, как известно, было сказано: «Закатилось солнце земли Русской». Фёдора сравнили одним из первых: «Померкло небо, и упали с него звёзды, и закатилось солнце, собиратель и благодетель Русской земли, государь Фёдор Иоаннович...» Более того — Фёдора сравнили с ещё одним далёким предком, которого на Руси почитали наравне с Александром Невским: «Ни в которые лета, ни при каком царе, кроме Великого князя Ивана Калиты, такой тишины и благоденства не было, как при нём, благоверном царе Фёдоре Иоанновиче». В общем, как писали современники, «прекроткий и незлобивый царь».

Изображение Фёдора Иоанновича на Царь- пушке.
Изображение Фёдора Иоанновича на Царь- пушке. Фото: Public Domain

Воля — добрая и железная

Миролюбие и доброту часто принимают за слабость. Однако слабым Фёдор как раз не был. О чём свидетельствует целый ряд эпизодов, вспоминают которые крайне редко. Например, в 1572 г. Иван Грозный, в очередной раз заболев, редактирует своё завещание. И вписывает туда специальное предупреждение для Фёдора, чтобы тот не вздумал бунтовать против старшего брата, которому надлежит занять трон: «А благоволит брату твоему Бог на государстве быть, тебе б под ним государства не подыскивать. И если даже тебя станут на государство звать и прельщать славой, богатством и честью, ты б того не делал и ни на что не прельщался». Судя по всему, многоумный царь Иван отлично знал характер своего младшего сына, которому тогда едва исполнилось 15 лет. Что это характер не безвольного дурачка, а довольно целеустремлённого и волевого юноши. Просто воля эта проявляется не напоказ, но лишь когда по-настоящему надо.

И вот тогда — берегись. Он не уступит ни пяди и сумеет сломить кого угодно. Хотя бы и своего отца, у которого был характер-кремень. Известно, что Иван Грозный помыкал своим старшим сыном Иваном как хотел, влезая даже в его семейную жизнь. Заставил развестись с одной женой — дескать, бесплодная. Потом со второй — по той же причине... И тот терпел. А вот со «слабовольным» младшим сыном Фёдором такой фокус не прошёл. Да, его жена Ирина Годунова долгое время тоже не могла забеременеть. Иван Грозный точно так же давил и на Фёдора. Но получил в ответ прямую угрозу: «Оставь её со мною, а не то так лиши меня жизни, ибо я не желаю её покинуть!»

Воля прорезалась у Фёдора и в тот момент, когда обсуждался вопрос о введении патриаршества на Руси. Этот вопрос назревал давно, но Вселенский патриарх и его подручные всё тянули и уворачивались. До тех самых пор, пока царь Фёдор не заявил: «Восточные патриархи и прочие святители только имя святителей носят, власти же едва ли не всякой лишены; наша же страна во многорасширение приходит, и потому я хочу, если Богу угодно и писания божественные не запрещают, устроить в Москве превысочайший престол патриаршеский». Обратите внимание: «я хочу» стоит на первом месте.

А всякое «если Богу угодно» — уже после. По тем временам — дерзость, граничащая с кощунством. Но воля «слабого» русского царя опять сломила сопротивление, на этот раз уже коллективное, — через полгода в Москве появился Патриарший престол.

Предтеча Петра Великого

А как насчёт того главного, чем обычно принято мерить степень «крутизны» монархов: приращения территорий и победоносных войн? Тут «безвольный» и «слабоумный» царь испаряется окончательно. На арене Большой Истории действует совершенно другой Фёдор — сосредоточенный, умный, проницательный, сумевший сделать правильные выводы из ошибок своего энергичного, но временами торопливого и жестокого отца.

Скажем, натиск в Сибирь при Иване Грозном захлебнулся вместе с Ермаком, который гонялся за ханом Кучумом и потерпел поражение в прямом бою. При Фёдоре мы видим новую стратегию — «наступление городами». Основаны и заселены русскими людьми Обдорск (Салехард), Сургут, Нарым, Тобольск, Тюмень. Создана база, которая через полвека выведет Россию на берега Тихого океана. А на севере державы основывается портовый город Архангельск — с этого момента Россия начинает претендовать на свою долю в мировой морской торговле.

При Иване Грозном в 1571 г. крымский хан Девлет-Гирей предпринял поход на Русь, сжёг Москву и разграбил посады. Двадцать лет спустя, в 1591 г., его сын, Казы-Гирей, хотел сделать то же самое. Но натолкнулся на младшего сына Ивана Грозного. Который, в отличие от отца, из столицы не бежал. А наладил грамотную оборону. Для начала царским указом «велел всем воеводам быть без мест», то есть не выяснять, кому в силу более почтенного рода следует быть во главе того или иного отряда. Чтобы не возникало обид, Фёдор расставляет воевод на должности сам. А 3 июля, когда крымцы были уже совсем близко, царь является на передовую, в передвижную крепость «гуляй-город», расположенную около нынешнего Свято-Данилова монастыря. Обходит всех воевод, бояр и дворян и каждого спрашивает о здоровье. Это тогда зафиксировали очень многие. Ещё бы — честь великая! Наконец, царь грамотно организует преследование побежавших крымцев.

Иван Грозный проиграл шедшую 25 лет Ливонскую войну, в декорациях которой рос наш герой. Само провидение сулило ему исправить ситуацию. И он это делает. «Болезненный и слабоумный» Фёдор лично возглавляет поход на северо-запад, к берегам Балтики. И в кампанию 1590 г. берёт 4 из 5 крепостей, потерянных его отцом: Ям, Ивангород, Копорье и Корелу. Причём, взяв Ям, Фёдор отпустил всех сдавшихся. Иван Грозный в подобной ситуации иногда бесчестил себя, убивая пленных. Сын поступил мудрее, что сказалось на ходе всей войны, которую русские довольно-таки легко выиграли.

Если трезво оценить направления его деятельности, то выйдет, что именно Фёдор заложил те пути, которых через 100 лет будет держаться Пётр Великий. И сделал это без зверств, надрыва и ненужной крови. Может, поэтому он и остаётся вне зоны повышенного внимания?

Оцените материал
Оставить комментарий (2)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах