Эхо Первой мировой. На территории Эстонии исследуют российскую подлодку

Во времена Первой мировой войны российская подводная лодка «Акула» совершила 16 боевых походов, участвовала в постановке минных заграждений, первой из российских лодок применила тактику поиска цели в море вместо ожидания цели на фиксированной позиции. Правда, так и не торпедировала ни одного вражеского корабля. Дело в том, что лодка была, по сути, экспериментальной, а экипаж не имел опыта работы на таком судне. Зато многие конструкторские решения впоследствии легли в основу более успешных проектов российских подводных лодок.

В 1915 году «Акула» стала братской могилой для 22 моряков, членов экипажа. Предполагалось, что лодка затонула во время шторма, а о её местонахождении не было известно до сих пор. Как и о реальных причинах её гибели.

23 июня 2014 года команда эстонского катера Deep Explorer обнаружила на 30-метровой глубине неизвестный объект. Руководитель поисковой команды Танел Урм вначале предположил, что это или советская подлодка «Щука», или «Малютка».

Танел Урм обратился к российскому поисковику и историку Михаилу Иванову. Тот, посмотрев первые фотографии объекта, предположил, что это может быть легендарная «Акула»: характерными особенностями были три гребных винта и один перископ. Но требовалось погружение, подробное обследование — только тогда можно точно говорить о том, что лодка идентифицирована.

Эстонцы пригласили российскую команду — участников экспедиции «Поклон кораблям Великой Победы». Они проводят работу по поиску затонувших кораблей, подводных лодок, самолётов времён Первой мировой и Великой Отечественной. На месте гибели закладывают мемориальную табличку погибшим, по возможности ищут их родственников, чтобы сообщить хотя бы координаты захоронения.

Обследовать лодку отправилась интернациональная команда: россияне Константин Богданов, Михаил Иванов, Иван Боровиков, Константин Гультяев и Николай Фетисов, латвийцы Юрий Шенделев и Виталий Вутетич и, конечно, обнаруживший лодку эстонский дайвер Танел Урм.

Сегодня лёгкий корпус лодки большей частью осыпался, но в кормовой части, на удивление поисковиков, сохранился. Команда нашла и очистила от ракушек название лодки — «Акула», что позволило идентифицировать её уже без всяких оговорок. Далее — определили причину гибели. Носовая часть лодки оторвана и лежит за кормой лодки. Открытый рубочный люк и компас, находящийся на штатном месте, говорят о том, что лодка шла в надводном положении и, скорее всего, столкнулась с миной, в результате чего произошёл взрыв.

Дело в том, что компас на подлодках того времени был съёмный. Перед погружением лодки под воду вахтенный офицер снимал его со штатного места и спускал внутрь корпуса. То, что часть носа лодки лежит за кормой, говорит о том, что, скорее всего, она двигалась очень быстро, а, учитывая глубину в месте гибели — 30 метров, скорее всего, именно по поверхности.

Погиб весь экипаж. Слева от корпуса лодки лежат 4 мины, которые лодка должна была выставить в море. Но эту задачу она так и не выполнила. Этот район в устье Финского залива был местом постановки германских минных полей во время Первой мировой войны. Именно там «Акула» столкнулась с миной.

Дайверы погружались под пристальным вниманием эстонских властей, которые очень щепетильно относятся к охране подводных объектов. По информации российских поисковиков, в ближайшее время «Акула» может быть закрыта для официальных погружений.

«В ближайшее время мы планируем передать в Управление по увековечению памяти погибших при защите отечества Министерства обороны России точные данные об этом корабле, чтобы лодка была объявлена братской могилой, — рассказывает участник экспедиции Константин Богданов. — А в канун годовщины начала Первой мировой войны мы планируем обратиться к эстонским властям за разрешением провести церемонию увековечения памяти экипажа «Акулы» и установить на корпус лодки мемориальную доску со списком».

В Министерстве обороны России пояснили, что пока не могут заняться вопросом признания лодки братской могилой и увековечивания памяти, так как лодка находится не на территории России. Вопрос решится, только если будет достигнуто двухстороннее соглашение о сотрудничестве с эстонской стороной, а им должно заняться российское Министерство иностранных дел. МИД соответствующих заявлений пока не делал.