Примерное время чтения: 15 минут
730

ВЦИОМ: россияне повернулись в сторону патриотизма еще четверть века назад

Сюжет Петербургский международный экономический форум-2024
Глава ВЦИОМ Валерий Федоров.
Глава ВЦИОМ Валерий Федоров. / Игорь Харитонов / АиФ

По данным исследования ВЦИОМ, проведенного 19 мая 2024 года, главные традиционные ценности в нашей стране, по мнению россиян, можно сгруппировать следующим образом:

  • Крепкая семья (51%) — семья, семейные ценности (39%); брак как союз мужчины и женщины (5%), воспитание детей (4%) и уважение к старшим (3%).
  • Патриотизм (24%) — любовь к родине (12%), единство народов России (5%), историческая память и преемственность (3%), служение отечеству (2%) величие и независимость по 1%.
  • Гуманизм (23%) — человеколюбие, взаимопомощь и взаимоуважение (по 5%), нравственность и дружелюбие по 3%, справедливость и мир по 2%, милосердие, бескорыстие и терпимость по 1%.
  • Национальная культура и религия (19%) — русская культура, искусство, национальные праздники по 10%, а также религия, духовность и православие по 9%.
  • Права и свободы человека (3%) — права и свободы человека, равноправие (3%).
  • Развитие страны (3%) — развитие страны (2%), благополучие (1%)
  • Созидательный труд/трудолюбие (2%)

ВЦИОМ предложил россиянам выразить свое согласие или несогласие с утверждениями, касающимися традиционных ценностей и духовных принципов. Две трети наших сограждан считают, что важно всегда следовать традиционным духовным принципам, даже если они противоречат современной реальности (66%). Противоположного мнения придерживается четверть — 24%. С утверждением о том, что не стоит слишком держаться за традиционные ценности: жизнь не стоит на месте, и те, кто не в ладах с современностью, с духом времени, всегда будут в проигрыше, соглашаются треть россиян (34%). Но большая часть не согласна с этим (55%).

Большая часть россиян убеждены — важно сохранять традиционные семейные ценности, культуру материнства и отцовства, поддерживать многодетность (79%). Эту точку зрения чаще разделяют россияне старше 35 лет и те, у которых уже есть собственные дети.

Прокомментировать данные опроса первый заместитель главного редактора Валерий Рукобратский попросил главу ВЦИОМ Валерия Федорова.

Валерий Рукобратский: Валерий Валерьевич, почему, несмотря на все современные тенденции и пропаганду со стороны западного мира, наше население все равно сохраняет традиционность?

Валерий Федоров: Изменения в человеческом обществе происходят постоянно. Хотим мы этого или нет, даём себе в этом отчёт или нет. Различается только темп изменений. Он может быть более спокойным, растянутым во времени, замедленным или, наоборот, ускоренным, форсированным, скачкообразным. В 1990-е годы — это был скачок, рывок, даже серия рывков. За ним закономерно пришел период более медленных, растянутых во времени, более спокойных, но все-таки изменений. Я бы не говорил о том, что мы перешли от движения к неподвижности — нет, ничего подобного. Изменения продолжаются, но они приобретают более спокойный, упорядоченный, и в конечном счете более человечный характер. Чтобы изменения впитались, чтобы они были приняты и, как говорят социологи, интериоризированы, проще говоря, освоены, упорядочены, интегрированы в систему ценностей нужно время. Этого времени у нас оказалось достаточно, поскольку с 1990-х, с последнего периода таких революционных изменений уже прошла четверть века. Мы продолжаем меняться, но другим темпом. Инновации, привнесенные с Запада или возникшие из недр самого российского общества, себя оправдали, они прошли испытания временем, они оказались интегрированы, приняты и сегодня уже не вызывают серьезных вопросов. В качестве примера, чтобы не быть голословным, приведу гражданский брак. Когда-то это была экзотика, когда-то это считалось не очень правильным, не очень моральным, рассматривалась как временная форма, предшествующая официальному браку. Сегодня гражданский брак — это норма жизни. Другой пример — семья с одним родителем. Как социальная реальность, она существовала всегда, менялись только масштабы, но как норма — это достаточно новое явление. Все-таки всегда считалось, что неполная семья — это семья ущербная, семья неправильная, семья недостаточная, семья, неспособная воспитать нормальных детей. А сегодня это стало настолько широко распространенной реальностью, что уже никто и не смотрит косо на такие семьи. Это, повторюсь, примеры новых социальных форм, которые когда-то казались экзотическими, непонятными, чужими, а сегодня вполне нормальны. Безусловно, есть формы, которые после знакомства с ними и периода экспериментирования были отброшены, не приняты. Им отказано в российском гражданстве. Например, однополый брак. Интересная тема, достаточно новая даже для Европы, где сейчас во многих странах это узаконено. Вот это триумфальное шествие однополого брака началось недавно, не прошло и десяти лет.

У нас произошла выбраковка тех предложений, тех новых форм, которые оказались неадекватными в нашей культуре, нашим потребностям, актуальному состоянию нашего общества. Сегодня мы вышли на определенное плато. Набор социальных норм выкристаллизовался, он получил даже идеологическое обоснование, это так называемые традиционные ценности, скрепы, устои. Не все принимают эту формулу, но само ее появление и широкое распространение говорит о том, что общество нуждается в том, чтобы как-то обозначить, как-то назвать, дать какое-то имя набору ценностей, который сегодня сформировался и, по сути, стал консенсусным, всеохватывающим. Что входит в понятие традиционных ценностей? Обратимся к результатам нашего свежего майского исследования. Главные традиционные ценности, это, во-первых, крепкая семья, патриотизм, любовь к Родине, гуманность, человечность, спокойное, взвешенное, сбалансированное отношения к людям, к их правам. За ними следуют национальная культура, отечественная культура во всем многообразии проявлений, религия — религии разные, но религия, ее место в жизни не подвергается оспариванию, она должна быть. Права и свободы человека, этих прав и свобод много в каждом обществе, но у каждого своя иерархия. У нас это свобода совести, свобода вероисповедания, свобода передвижения. Эти свободы гораздо больше котируются, чем политическая свобода, свобода объединения в политические формации, союзы, партии. Увы, на последнем месте в нашей системе ценностей стоит труд. Может быть, это результат того, что с трудом произошли самые серьезные изменения по сравнению с социалистическим периодом. Тогда труд был ценностью номер один, его пихали всюду, но платили за этот труд совсем не столько, сколько нам казалось адекватным. С приходом капитализма взгляд на труд совершенно радикально изменился. Сегодня труд для нас не имеет самоценности.

— Это с 1990-х такой пример?

— Скорее, даже с 80-х. В советское время этика труда провозглашалась и преподносилась нам в качестве основополагающей системы ценностей. А затем пришел капитализм, когда мы ценность любого труда стали мерить деньгами. Если нам платят за труд мало, значит этот труд лишний, ненужный. Место труда в нашей системе ценностей пока вакантно. Это пробоина, через которую сквозит. Задача на вырост, которая пока нами не решена.

— Был такой период, когда молодое поколение воспринимало патриотизм как нечто ненужное, стариковское. Однако, судя по результатам исследований, патриотизм достаточно много значит сегодня для людей. Это старшее поколение, какому возрасту патриотизм наиболее присущ?

— Поворот в пользу патриотизма начался достаточно давно, еще в 1998−1999 годах. Тогда произошло два ключевых события. Первое — это дефолт, подзабытый многими, и второе — вторжение НАТО в Югославию. Это две красные линии, которые были пересечены и подтолкнули россиян к патриотизму. До этого патриотизм был не в чести, казалось бы, ну какой патриотизм? Мы должны учиться у Запада, как устроить нашу жизнь, как построить нашу экономику, политику, как изменить систему ценностей. Однако, эти два события, дефолт, то есть крах экономической системы, построенной по западным принципам, и вторжение в Югославию, то есть крах мирового порядка, основанного на «правилах», на западных правилах, показали россиянам, что мы шли не туда, там нас не ждут, медом там не намазано, и мы должны искать свой собственный путь. Раньше даже сама постановка вопроса, что у нас может быть какой-то другой путь, отличный от Запада, подвергалась осмеянию. Какой путь? Вы что, хотите опять как в СССР? Хотите опять как коммунисты? Что вы тут изобретаете? Нет, это чушь собачья. А вот 1998−1999 годы открыли глаза, что западный путь, в который нас приглашали, ведет не туда. Это стало триггером, пошел разворот к патриотизму. Мы предъявили огромный спрос на наше, российское. Не только идеологический спрос, но и спрос материальный. В 1999 году запускается огромное количество новых российских брендов — продовольствие, мебель, техника — значительная часть тех брендов, которые сегодня считаются основополагающими на российском рынке, родились именно тогда. Бренды ресторанных сетей, отельных сетей родом оттуда. Поэтому наш современный российский патриотизм, имеет уже достаточно длительную историю, уже больше четверти века. Мы уже больше четверти века считаем, что главное — это Россия. Главная ценность — это Родина. Дальше, конечно, начинаются дискуссии, потому что патриотизм — это достаточно широкая ценность. Что значит быть патриотом? Это лелеять нашу великую историю или торить дорогу в будущее, создавать его и значит, меняться. Патриотизм — это военный патриотизм прежде всего, или это патриотизм мирный, то есть чем нам гордиться: великими победами, полководцами или открытиями, наукой, достижениями культуры. Патриотизм государственный: все стоим, поем гимн, чтим наших великих правителей, следуем всем поворотам государственной политики, или же мы в качестве Родины воспринимаем общество, нашу великолепную природу, нашу великую культуру, дистанцируясь от постоянно меняющихся политических режимов или правителей. Это пространство дискуссии, и тут есть разные мнения. Какие-то более характерны для представителей старшего поколения. Разумеется, свой взгляд есть у молодого поколения. Он и должен быть своим. Если наши дети — полная наша копия, значит, мы прожили жизнь зря. Развитие не может остановиться, оно должно продвигаться, и наши дети должны быть лучше нас, а это значит, что они должны отличаться от нас, но сама парадигма, сама рамка, сам контур патриотизма остаются неизменными.

— Если посмотреть на результаты вашего исследования, как распределяется по возрастам, приверженность традиционным ценностям? Их исповедует больше старшее поколение, среднее, и это уже и молодежь?

— Традиционные ценности доминируют в представлении всех поколений, хотя уровень этого доминирования различный. Для самого старшего поколения, тех, кто родился еще в 1940-х, 1950-х годах, традиционные ценности приобретают характер скреп, это тот клей, который связывает нацию от любого отклонения, шаг влево, шаг вправо — это предательство. Эти люди прожили большую жизнь, и сегодня поменять свои взгляды, поменять свои принципы — значит предать эту большую жизнь, предать себя, а это невозможно и неприемлемо. На другом полюсе молодёжь. Молодёжь только формирует свои взгляды. Они что-то знают, что-то слышали, что-то им говорили, что-то они усвоили, но они ещё это не попробовали, не применили на себя, не попрактиковали, поэтому для них ценности во многом носят парадный, как говорят социологи, характер. Они ещё не интериоризированы. Для них столкновение их ценностей с реальностями ещё во многом впереди. Тем более, мы знаем, продолжительность жизни растет, период обучения растет, период вступления в взрослую жизнь отодвигается. Сегодняшний 25-летний, по степени социальной зрелости, примерно, как 17−18-летний 30 лет назад. Это тоже не надо забывать. Процесс формирования ценностей растянут. Да, на уровне декларации, на уровне парадных ценностей, о которых я говорил, молодое поколение действительно демонстрируют лояльность к традиционным ценностям, хотя и в меньшей степени, чем старшее. Это естественно, понятно, объяснимо. Но означает ли это, что, чуть повзрослев, они совершат переворот, качнутся в совершенно другую сторону? Я не уверен. Есть механизм смены ценностей. Он действительно привязан к смене поколений. Новое поколение, как правило, дает свои акценты, дает свою процентовку в соотношении разных ценностей. Но есть и другой механизм, и он не менее важен, и в нашем случае он очень активно действует. Это механизм межпоколенческой трансляции ценностей. Когда поколения сменяются, а базовые ценности остаются неизменными. Пока мы видим, что механизм трансляции межпоколенческих ценностей у нас в России работает лучше, интенсивнее, чем механизм смены ценностей по мере прихода в жизнь новых поколений.

— На что еще следует обратить внимание?

— Давайте поговорим о семье, потому что семья — это ядро, это сердце всей нашей системы ценностей. Да, есть родина, есть государство, общество, но все это в гелиоцентрической системе. У каждой планеты есть своя орбита, но все они вращаются вокруг Солнца. Вот Солнце нашей системы ценностей — это, конечно, семья. Это тотальная ценность, которую разделяют все. Что это за семья? Какая семья может быть названа идеальной? Какие ее ключевые компоненты? Мне кажется, с этим очень важно и интересно разобраться. Я их назову по данным наших последований. На первом месте семья полная. Повторюсь, речь об идеале, к которому мы должны стремиться. Идеал, увы, часто недостижим, но это не повод о нем не думать, его не культивировать. Желательно полная семья. Папа и мама. И, конечно, дети. Это семья с детьми и желательно не с одним. Два, может быть, даже три ребенка. Это семья, которая объединяет несколько поколений. То есть не только родители и дети, но желательно еще и бабушки и дедушки. Вот я сейчас говорю, а вы уже, наверное, в уме фиксируете: вот он идеал, а вот она жизнь, вот она реалия. Конечно, идеал всегда дистанцирован от реальности. В идеале всегда акцентируются те моменты, которые отсутствуют, которых не хватает в реальной жизни. Но идеал очень важен, потому что он все-таки организует нашу активность. Он формирует, описывает наши стремления и помогает многим людям делать выбор в непростой ситуации. Что еще важно? Гармоничные взаимоотношения. Идеальная семья сегодня уже не патриархальная семья, где есть глава семьи, который все решает, а все остальные ходят на цыпочках и только выполняют, думают лишь о том, чтобы не разгневать его — нет. Сегодняшняя семья, она достаточно демократичная, равноправная. Внимание! Даже мыть посуду это уже не удел женщины. Поэтому гармоничная семья — это равноправная семья, где все строится на договоре, а не на приказе, не на патриархальном авторитете ее главы. Что еще? Благополучие. Очень важно, чтобы семья была крепкой, чтобы было много детей, чтобы в семье царила гармония, важно благополучие. То есть мы тут видим и материальный фактор, и социальный фактор, моральный. Благополучие для семьи критический фактор. Значит, обязательно должна быть работа, должен быть достойный доход, а там, где его не получается сформировать, должна быть поддержка со стороны государства, прежде всего. Ключевой момент — жилье. Семью без жилья представить сложно, и жилье должно быть достаточным. Это не должна быть однушка, в которой ютятся четыре человека. Мы давно уже это прошли. Это идеал 1950-х годов, когда мы из коммуналок переселялись в хрущобы. Сегодня жилье должно быть принципиально другим. Современное жилье — это жилье, где у каждого члена семьи есть возможность уединиться в своей комнате. Вот идеал. Он бросает вызов нашим реалиям, нашим экономическим реалиям, социальным реалиям, жилищным реалиям, политическим реалиям. Но он же и формирует запрос. Формирует запрос к государственной политике. Задача государства откликаться, реагировать, предлагать такие решения, которые позволят обществу приблизиться к этому идеалу, а не уйти от него еще дальше.

Оцените материал
Оставить комментарий (1)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах