Рак молочной железы — наиболее распространенная форма рака у женщин, а потому и самая изученная на сегодняшний день. Методы лечения этого заболевания постоянно совершенствуются. Более того, после операции по удалению опухоли можно сохранить размер и форму молочной железы.
Убить раковые клетки
Юлия Борта, aif.ru: — Елена Николаевна, каковы современные методы лечения?
Елена Жукова: — Говорить о современных или несовременных методах лечения не совсем правильно. Есть стандарты лечения, которые мы должны соблюдать:
— оперативное лечение на ранних стадиях,
— лекарственная системная терапия (химиотерапия, с добавлением таргетной терапии, если это показано),
— лучевая терапия.
Таргетная терапия направлена на конкретное звено патологического процесса. Если есть мутированный ген HER2, и он провоцирует быстрое развитие опухоли, мы даем пациентке препарат, который воздействует непосредственно на этот локус (фиксированное положение гена на хромосоме), тем самым убивая раковые клетки.
При далеко зашедших стадиях, когда все методы использованы и есть отдаленные метастазы, применяются новые препараты гормонотерапии. Пациентке делают генетическое исследование, находят новые поломки в генетике опухолей и назначают препараты, которые действуют непосредственно на этот ген. Мы получаем потрясающие результаты. Опухоли буквально тают на глазах.
Сохранить красивую грудь — возможно!
— Если показана операция, женщин очень беспокоит вопрос — можно ли сохранить молочную железу?
— Конечно, можно! Сейчас есть «золотой стандарт» лечения. Если край резекции, то есть край ткани, находящейся рядом с удаленным участком, при исследовании не содержит опухолевых клеток, то операция считается радикальной, или, другими словами, — успешной, так как убраны все патологические ткани. И независимо от того, сколько мы отступили от края опухоли — 5 мм или 5 см, пациентки живут одинаково. А раз пациентки живут одинаково, зачем делать большие травмирующие операции, когда мы можем сделать маленькую аккуратную операцию, при этом сохранить форму железы, ее размер, не создавать косметический дефект. Если объем железы и объем опухоли позволяют, мы проводим органосохранную операцию: убираем только сектор с опухолью и сохраняем молочную железу, а пациентка при этом будет радикально пролечена. Оставшаяся часть молочной железы подвергается лучевой терапии. Вот это и есть «золотой стандарт».
— В каких случаях рекомендуется установка импланта?
— Если по каким-то причинам ткань молочной железы сохранить нельзя, то мы можем сделать одномоментную или отсроченную реконструкцию молочной железы. Как выполняется одномоментная реконструкция? Мы делаем подкожную мастэктомию, то есть удаляем всю ткань молочной железы, но при этом сохраняем кожный чехол и внутрь этого кожного чехла устанавливаем либо имплант, либо тканевой эспандер. Тканевой эспандер — это тоже имплант, который можно раздувать до определенных размеров, то есть постепенно раскачать, чтобы не травмировать, потихонечку растягивать кожу молочной железы.
Если предполагается лучевая терапия, то импланты одномоментно не ставят, чтобы не спровоцировать осложнения во время лечения. В таких случаях рекомендуется поставить тканевой эспандер, раскачать его и потом уже спустя время заменить на имплант. Органосохраняющих операций делается все больше и больше, они становятся на поток. В нашем стационаре мы их проводим каждую неделю. Операция вполне комфортна для пациентки. Молочные железы должны быть симметричные, именно чтобы избежать деформации позвоночника. После операции и установки импланта симметрия сохраняется, даже если опухоль удалена радикально.
Лечение и операция всегда подбираются индивидуально. Мы смотрим на состояние кожи, на состояние пациентки, на то, нужна ли будет пациентке лучевая терапия, и т. д.
Как победить метастазы?
— Какова вероятность рецидива заболевания?
— Говоря о рецидиве, нужно разделять разные ситуации. Если возник рецидив в зоне операции, значит, вмешательство было проведено нерадикально, а первичная локализация опухоли была недооценена. Проще говоря, «недосмотрели» каким-то методом диагностики и оставили раковые клетки. Совсем другая ситуация, когда возникают отдаленные метастазы. Здесь необходимо адекватное лечение. Рак молочной железы — это системное заболевание, то есть заболевание не только молочной железы, а всего организма. Поэтому мы не можем только прооперировать пациентку и сказать: «Вы здоровы». Мы продолжаем лечение. Добавляем либо гормонотерапию, либо таргетную терапию, либо химиотерпию, если к этому есть показания.
Очень важным фактором, позволяющим говорить об успешности операции и минимальном риске рецидива, является биопсия сторожевого узла (БСЛУ).
— Расскажите поподробнее, что это такое?
— У каждого органа есть сторожевой лимфоузел, который первым стоит на пути лимфотока от него и который первый «вбирает» в себя всю патологию, возникающую в этом органе, будь то инфекция (бактериальные клетки) или опухоль (опухолевые клетки). Когда инфекция или опухолевые клетки скапливаются в этом лимфоузле чрезмерно, разрастаются, лимфоузел уже не может их всех удержать, и они распространяются дальше по всему организму. Чтобы понять, пролетела ли раковая клетка дальше в лимфоузел, или она все еще находится локализованно в опухоли, нам нужно этот лимфоузел исследовать.
Делается это интраоперационно. Накануне операции мы вводим в опухоль специальный изотоп, на который «сажаем» наномолекулы вещества, тропного (чувствительного) к лимфатическим протокам. Таким образом наномолекулы переносят этот изотоп не в кровеносные сосуды, а в лимфатические протоки. Во время операции с помощью специального аппарата мы этот лимфоузел находим, удаляем и направляем на срочное гистологическое исследование. Гистолог в течение 20 минут дает ответ. И пока пациент находится в наркозе, мы уже понимаем, у него локализованный рак или есть метастазы в лимфоузлы. Лимфоузел чистый — значит, мы операцию заканчиваем, а если есть метастазы в лимфоузле, тогда пациенту предстоит химиотерапия. Таким образом, уже сразу после операции мы точно знаем стадию болезни пациента.
Этот метод очень современный, входит во все клинические рекомендации, в том числе и российские. Всем пациентам, которым планируется операция по поводу рака молочной железы, должна быть выполнена биопсия сторожевого лимфоузла. Кроме того, БСЛУ профилактирует появление лимфостазов и нарушение в работе верхних конечностей, спасает пациенток от тяжелой калечащей операции — подмышечной лимфодесекции. Это удаление подмышечного лимфоколлектора со всей подмышечной клетчаткой и со всеми лимфоузлами, которое, в свою очередь, может привести к нарушению путей лимфотока от верхней конечности к туловищу, в результате чего вся лимфа задерживается в руке. Это огромные отечные руки с нарушением функции работы, что спустя годы приводит к инвалидизации. Подмышечная лимфодесекция не является операцией лечебной, это операция диагностическая. Метод биопсии сторожевого лимфоузла, несомненно, более щадящий.
Можно ли стать мамой?
— Может ли женщина после лечения рака молочной железы стать мамой и кормить грудью?
— Да, после пролеченного рака молочной железы пациентки могут рожать, и особенно молодые женщины. Однако мы не можем на 100% гарантировать, что к моменту окончания лечения у пациентки будет овариальный резерв (количество яйцеклеток, которые необходимы для зачатия, — прим. ред.). Поэтому если пациентке требуется химио- или гормонотерапия, перед началом лечения мы рекомендуем взять ткань яичника с яйцеклетками и заморозить их, чтобы иметь на всякий случай здоровые яйцеклетки. А после окончания лечения пациентка сможет забеременеть с помощью ЭКО. К сожалению, лактация после лечения не восстановится. В железе, которая была пролечена, особенно если она была облучена, риск того, что может возникнуть мастит или лактостаз, очень высок. Поэтому после родов с помощью специальных препаратов лактацию придется сразу прекратить.
Поймать болезнь заранее
— Давайте напомним, кому стоит особенно внимательно следить за здоровьем молочной железы, чтобы не запустить заболевание и повысить шансы на излечение?
— Есть такое понятие, как наследственный рак молочной железы. Когда в семье все родственники по женской линии — бабушка, мать, тетя — болели раком молочной железы или раком яичников, вероятность того, что есть какой-то мутантный ген, может достигать 99%. Это могут быть мутации BRCA-1, BRCA-2 или мутация CHEK. Тогда здоровая пациентка проходит генетическое исследование, и если у нее обнаруживается тот же самый поломанный ген, то с вероятностью в 70% у нее будет рак молочной железы и с вероятностью в 30% — рак яичников. Поэтому данным пациенткам после материнства/деторождения мы предлагаем делать профилактические операции — подкожную мастэктомию с установлением имплантов и двустороннюю овариэктомию (двустороннее удаление яичников с маточными трубами) с назначением заместительной гормональной терапии.