aif.ru counter
297

"Не навреди!": врачи забывают заповедь Гиппократа

«АиФ. Здоровье» № 51 19/12/2002

Мы уже давно научились защищать свои права как покупатели: стремимся узнать как можно больше о товаре еще до его покупки, требуем гарантии, храним чеки, чтобы в случае брака потребовать от продавца вернуть деньги или заменить товар на качественный. Медицинские услуги - такой же товар, хотя мы не всегда платим за него наличными. Но на медицину такие действия почему-то не распространяются. А зря. Рост гражданских дел в медицине сейчас принял просто обвальный, катастрофический характер. По оценкам специалистов, за последние два-три года количество обращений в Бюро судебно-медицинской экспертизы (ее назначает суд) возросло в 12-13 раз. Реально нарушений намного больше, поскольку далеко не все пациенты обращаются в суд в поисках справедливости. Да и сами суды не готовы к такому положению дел. Нет специального законодательства. Об этой проблеме наш разговор с врачом и юристом, генеральным директором "Медико-юридической компании" Алексеем Валерьевичем ЛОЗОВСКИМ.

"Мы в ответе за тех, кого полечили"?

МОЛОДАЯ женщина по состоянию здоровья вынуждена была лечь на операцию. И все вроде бы прошло хорошо, без осложнений. Если не считать небольшого ожога на ноге. Во время операции врачи по неосторожности капнули на нее каким-то едким веществом наподобие кислоты. Ожог не заживал несколько месяцев. Пришлось потратить немало денег на специальные мази и лекарства, но некрасивое темное пятно на икре ноги так и осталось напоминать о перенесенной операции. Женщина не стала предъявлять никаких претензий врачам: то ли не хотела ввязываться в хлопотное дело, то ли действительно была благодарна за то, что операцию ей все-таки сделали. Случай далеко не единственный.

Как показывает практика, чаще всего пациенты недовольны услугами гинекологов. На втором месте по количеству обращаемости - стоматология. Но не только. В педиатрии, офтальмологии, хирургии - всегда, когда есть инвазивные вмешательства в организм человека, наиболее часты и "проколы". Во всех спорах два основания - нарушение договорных обязательств между пациентом и клиникой или причинение вреда здоровью при оказании медицинской помощи. К нарушениям договора относится, например, несоблюдение медицинских услуг. Пришел человек протезироваться. В договоре предусмотрены сроки в среднем три месяца, а он уже год ходит. Все не получается, плохо сделано: раз - протез неудачный, два, три... Берем закон "О защите прав потребителей" и расторгаем договор. При этом клиника обязана вернуть потраченные деньги. Возможна и компенсация морального вреда, но это уже в судебном порядке.

Некачественная помощь - тоже существенная причина для претензий. Но как понять, качественно или нет вас лечили? Если есть договор, все просто. Как вы договорились сделать, такой результат и считается хорошим. Любое умаление условий договора дает вам полное право аннулировать контракт и потребовать выплаты компенсации. В системе так называемых бесплатных медицинских услуг, где почему-то не приживаются договорные отношения (хотя по закону договор между физическим и юридическим лицом на оказание услуг всегда заключается в письменной форме), критерии не столь очевидны. Приказы Минздрава устанавливают стандарты качества. То есть для каждого конкретного случая определяется объем лечения: какие препараты и обследования назначать, на какой аппаратуре, кратность процедур и прочее. Несоответствия этому минимуму - нарушение. Но где вы видели такого врача, который бы сам рассказывал пациенту, какой объем лечебно-диагностической помощи должен получить больной? Обычно врачи склонны замалчивать непрофессиональные действия свои и своих коллег. Недовольным остается один пациент, да и то, если сумеет разобраться, что же с ним на самом деле произошло. В реальной ситуации как раз наоборот. "Вылечившиеся" большей частью даже не представляют, что стали жертвами профессиональной небрежности и недобросовестности врачей. В итоге, если спросить у таких пациентов, довольны ли они качеством помощи, как правило, можно услышать в ответ: "Ну ведь он же (врач) мне все сделал, а это, видно, судьба такая!". И человек, может, остался инвалидом в результате различных правонарушений медицинских работников, но при этом считает, что врачи спасли ему жизнь.

Русский прецедент

У НАС нет распространенной в цивилизованных странах практики за малейший вред, нанесенный здоровью непрофессиональными действиями врачей, получать значительные выплаты в качестве компенсации морального вреда. Тем не менее прецеденты есть.

- Это было мое первое дело, - рассказывает Алексей Валерьевич. - Лефортовский суд столицы рассматривал. Мужчина, будучи на работе, неудачно спрыгнул с грузовика, сломал ногу. Обратился в ближайшую поликлинику, в травмпункт. Там ему поставили диагноз "перелом под вопросом" и, как у нас водится, отправили лечиться по месту жительства. Он в тот же день обращается в травмпункт поликлиники по месту жительства, где ему говорят, что перелома нет, а всего лишь ушиб, и в течение месяца лечат от ушиба. Другими словами, не делают репозиции, то есть сопоставления костных отломков, накладывают гипсовую лангету - и все. В ближайшие дни клиника перелома развивается, появляется отек, сильные боли, приходится вызывать "неотложку", чтобы принять какие-то анальгетики. Но в течение месяца травмпункт стоит на своих позициях - непонятно почему. А перелом был очень сложный, в костях стопы. Там не то что репозиция, операция должна была быть, причем операция в течение первых семи дней. Иначе время будет упущено. В конце концов через месяц врачи поняли - что-то не так. Направили пациента в стационар. Там, естественно, по прошествии 30 дней операцию делать отказались, потому что не было смысла - начался остеопороз. Человек стал инвалидом. Тогда, в 1999 году, удалось взыскать с муниципальной поликлиники порядка 60 тысяч рублей только в качестве компенсации морального вреда. И в качестве компенсации вреда здоровью - значительно меньшую сумму, потому что не смогли доказать потерю в заработной плате. Адвокат с той стороны пытался говорить, что у мужчины производственная травма и что к ним этот случай никакого отношения не имеет. Но суд поступил мудро, он выслушал обе стороны и довел дело до конца.

Вообще на практике определить размер компенсации морального вреда трудно. Невозможно измерить деньгами нравственные и физические страдания. А утраченное здоровье не купишь. Да и сам пострадавший не может настаивать на той сумме, которая бы, по его представлениям, смягчила его страдания. Размер морального вреда определяет только суд.

Очевидное-невероятное

ЧАСТО доказать факт причинения вреда здоровью, даже самый явный, не удается.

- Причина вот в чем, - объясняет Алексей Валерьевич. - В таких процессах очень важно наличие заключения судебной экспертизы. Но Бюро судебно-медицинской экспертизы, куда чаще всего назначается экспертиза, имеет ту же самую ведомственную подчиненность, что и клиника. Московское Бюро подчиняется Комитету здравоохранения Москвы. И возьмите любую районную больницу - тоже Комитет здравоохранения Москвы. Корпоративная солидарность среди врачей сильнее, чем в любых других профессиях. Даже в очевиднейших случаях бывают такие заключения экспертиз, что хоть стой, хоть падай. То ли квалификация специалистов низка, то ли еще что-то. Яркий пример такой необъективности экспертов - дело против одной из ведомственных поликлиник. Молодой человек получил ушиб коленного сустава. Ему была назначена физиотерапия. Хотя ушиб долго не проходил, его продолжали лечить физиотерапевтическими средствами. На протяжении такого длительного времени, особенно при наличии сильных болей, можно было заподозрить что-то неладное. Вполне реально было произвести какие-то исследования, посоветоваться с другими специалистами, как это принято в медицинской практике. Однако ничего этого сделано не было. Развилась опухоль, и молодой человек потерял ногу. Ошибка врачей была в том, что они не смогли распознать зарождающуюся опухоль и поставили неправильный диагноз. Лечение физиотерапией нужно было отменять сразу же, поскольку она провоцирует рост опухолевых клеток. А заключение экспертизы в последующем свелось к тому только, что все сделано правильно и иного ничего сделать было нельзя.

Пока система Бюро судебно-медицинской экспертизы будет оставаться под сенью Минздрава, хорошего не будет. Вся судебная экспертиза - как почерковедческая и другие - должна быть исключительно в юрисдикции Министерства юстиции. Тогда можно говорить о какой-то независимости и объективности.

Помимо Бюро судебно-медицинской экспертизы есть еще республиканский центр и центр судебно-медицинской экспертизы при госпитале Бурденко в Москве. В принципе туда можно обращаться. Есть соответствующее положение в "Основах законодательства об охране здоровья граждан РФ" о независимой экспертизе. Но там так хитро сделано, что этой независимой экспертизой вы можете воспользоваться только в двух случаях - военно-врачебном или медико-социальном (инвалидность). Другими словами, не по таким делам.

- Сложности еще в том, что наши суды не подготовлены к ведению подобных процессов. Приходишь на процесс, показываешь иск, судья обычно сразу берется за голову: "А, тут медицина... Назначаем экспертизу". И все. Она передоверяет правоприменительный акт, свое решение на усмотрение экспертов, которые и ответственности-то никакой не несут. Ответственность за дачу заведомо ложного заключения законом предусмотрена, но ни я, никто из моих коллег никогда не знали и не слышали о таких прецедентах, когда бы кого-то из экспертов привлекли к ответственности за дачу ложных показаний. Заведомую ложь очень сложно доказать. Скажет человек, что он так думает, так видит и т. п., - и ничего с этим не поделаешь.

Стреляные воробьи

В ПОСЛЕДНЕЕ время появились юридически подкованные пациенты, которые превращают тяжбу с клиникой в бизнес. От таких "профессиональных больных" впору защищать самих врачей. Приходит грамотный пациент в клинику, соглашается на выполнение каких-то услуг. Но результатом недоволен - контракт расторг, взыскал компенсацию. Пошел в другую клинику - снова не понравилось, и т. д. Некоторым выпадают счастливые шансы с довольно крупными суммами компенсации.

- Дело рассматривал Гагаринский суд Москвы, - рассказывает Алексей Валерьевич. - Пациентка обратилась в стоматологическую клинику. Перенесла сложную операцию. Имплантаты довольно долго не приживались. Но по большому счету она сама была виновата, не соблюдала всех обязательных требований, которые назначаются после операции - специальная чистка и др. В конце концов ей удалось отсудить 15 тысяч долларов, хотя сама она затратила около четырех. Неоправданно, на мой взгляд, достаточно большую сумму в качестве компенсации морального вреда дал ей суд. (Сравните: 60 тысяч рублей в первом случае и здесь - 15 тысяч долларов)". Но специфика дела в том, что владельцы клиники - американцы. Конкуренция на рынке стоматологических услуг очень жесткая, и лишние проблемы, в частности с лицензией, не нужны никому. Именно поэтому очень многие дела с частными клиниками не доходят до суда и часто заканчиваются на переговорах мировым соглашением. У нас же как принято: если что-то случилось - сразу по шапке всем без разбора. Например, вынес суд решение в пользу гражданина, хотя по большому счету не было вины клиники. Сразу же собирается лицензионная комиссия, приостанавливает деятельность организации на два месяца или вообще лишает лицензии.

- Другой пример. Истец сам адвокат. Процесс случается в одном из судов ближнего Подмосковья. Начинается с того, что он с судьей на двадцать минут закрывается в комнате до начала суда. И я не знаю, о чем говорят, но, видимо, обсуждают, как будет идти процесс дальше. У нас чудес очень много.

Пациентам

У НАС в стране юрист, способный помочь пациенту, - редкость. Нет института медицинских адвокатов как отдельной юридической специализации, как во всем цивилизованном мире. Поэтому в отношениях с системой здравоохранения пациент попадает в ситуацию из серии "помоги себе сам". При этом давать какие-то общие советы сложно - каждый случай очень индивидуален. Главное, не бойтесь задавать вопросы, настаивайте на том, чтобы вам рассказали обо всех действиях и манипуляциях, которые вам назначают, а также о возможных осложнениях. Врач обязан ознакомить пациента со всеми альтернативными методиками лечения. Это право - знать все о своем здоровье - вам дает закон. Правда, в большинстве случаев это право без возможности его реализации. Где, в какой клинике вы сможете взять копию своей медицинской карты? Кто вам даст? Копии не дают, хотя это и нарушение закона. Дадут только выписку.

Тем не менее доказательства в медицине - это документы. Читайте историю болезни и добивайтесь ее копии, сохраняйте чеки как подтверждение назначения врача. Если ничего этого нет, можно забыть о каких-либо требованиях и компенсациях - помочь вам будет бессилен даже самый опытный адвокат.

Цены

Консультация юриста - в среднем 500 рублей.

Защита в суде и ведение дела - индивидуально, но в среднем обходится в сумму около 1000 долларов.

Стоимость экспертизы - около 10 тысяч рублей.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы