aif.ru counter
159

РАЗМЫШЛЯЯ О ПРОШЛОМ. Будапештская осень пятьдесят шестого

Более трех десятилетий отделяет нас от венгерских событий 1956 года. И по сей день они, как, впрочем, и другие сложные моменты в "биографии" социалистических стран, продолжают оставаться темой комментариев западной прессы..

Более трех десятилетий отделяет нас от венгерских событий 1956 года. И по сей день они, как, впрочем, и другие сложные моменты в "биографии" социалистических стран, продолжают оставаться темой комментариев западной прессы... Рассказать о венгерском кризисе 1956 года, высказать точку зрения специалиста и очевидца наш корреспондент К. НОВИКОВ попросил заместителя директора Института экономики мировой социалистической системы доктора исторических наук Л. ЯГОДОВСКОГО.

КОРР. Можно утверждать наверняка, что молодежь, да, пожалуй, и среднее поколение у нас в стране мало что знает о венгерских событиях 1956 г. А ведь то, что произошло тогда в ВНР, выходит за рамки праздного любопытства. Это, как мне кажется, один из важнейших моментов в развитии мирового социализма вообще.

Л. Я. Безусловно. События, которые произошли 32 года назад, представляют далеко не просто исторический интерес. Это, в сущности, был первый острый кризис сталинизма, и начался он, кстати, не в 1956, а еще в 1953 году.

КОРР. Если говорить о сталинизме, то какие формы он принял конкретно в Венгрии? Что привело к взрыву?

Л. Я. Это была форсированная, не основанная на реалиях индустриализация, причем во главу угла ставилось развитие тяжелой, добывающей промышленности, энергетики при отсутствии сырьевой базы. Например, в 5-летнем плане 1950 - 1954 гг. рост промышленности закладывался сперва в 86, а затем 210%, а машиностроения - в 3 раза. Это было копирование нашего опыта, хотя условия места и времени были совершенно иными.

Это была коллективизация, опять-таки повторяющая все крайности коллективизации 30-х годов, с раскулачиванием, под которое попали и средние слои крестьянства.

Это было создание жестко централизованной системы управления и планирования.

Наконец, это политические процессы, которые начались с "дела" Ласло Райка, министра иностранных дел, который был объявлен югославским шпионом (тогда начиналась кампания против "клики" Тито) и расстрелян вместе с 19 другими соратниками. Целая серия процессов прошла против других руководителей компартии. Кстати, Я. Кадар тогда тоже сидел в тюрьме, его пытали, т. е. все происходило в соответствии с давно разработанным сталинско-бериевским сценарием. Как и у нас, широко преследовались участники войны в Испании.

Что касается генсека Ракоши, то это был мини-Сталин, с тем же антуражем вождя, портретами, безоговорочным авторитетом его слова.

КОРР. А как жил народ? В Большой Советской Энциклопедии в статье "Венгрия" (том вышел в 1951 г.) сообщается, что это были годы невиданного подъема жизненного уровня.

Л. Я. Форсированное развитие тяжелой промышленности не оставляло средств для легкой, пищевой индустрии, сельского хозяйства. Как раз в 1952 г. произошло резкое падение уровня жизни, снижение реальных доходов трудящихся.

Если резюмировать все это, сказал бы так: сталинская модель наложила отпечаток практически на все страны народной демократии, однако в Венгрии все делалось с наибольшими перегибами. Это и послужило главной причиной нарастания напряженности в стране.

КОРР. Чем характеризовался период 1953 - 1956 гг.?

Л. Я. В 1953 г. на пленуме ЦК партии, а это было сразу после смерти Сталина, была подвергнута критике линия Ракоши, были сделаны попытки убрать наиболее вопиющие элементы сталинской модели. Премьер-министром стал Имре Надь, который, однако, продержался недолго, был снят с поста и исключен из партии - ведь ее лидером оставался Ракоши.

Так продолжалось до нашего XX съезда. В марте 1956 г. состоялся пленум ЦК Венгерской партии трудящихся, одобривший решения XX съезда КПСС, в июле - еще один пленум, на котором Ракоши был снят со всех постов. Его преемником стал Герэ, человек из той же "команды". Но одновременно в Центральный Комитет были введены и истинные противники сталинизма, в том числе и Янош Кадар.

КОРР. Видимо, расстановка сил в верхах была сложной?

Л. Я. Ключевые посты занимали догматики, последователи Ракоши. С другой стороны были сторонники истинного обновления во главе с Кадаром. Были и лидеры правого толка во главе с Имре Надем и антисоциалистические силы - бывшие помещики, буржуазия. Все они выступали против сталинизма, ошибок прошлого, но преследовали разные цели.

КОРР. А какова была позиция СССР до октябрьских событий 1956 г.?

Л. Я. Мы в основном были тогда заняты внутренними делами, шла борьба с последствиями культа личности, происходила реабилитация и т. п. Советский Союз, безусловно, не был заинтересован в возникновении острого кризиса в Венгрии. Взрыв пытались предотвратить.

КОРР. И все же он произошел.

Л. Я. Началось все с демонстрации 23 октября. Политическое руководство чувствовало, что власть уходит из рук, металось, демонстрацию то разрешали, то запрещали. Правительство не могло ни поддержать демонстрантов, ни выступить против. На следующий день после демонстрации премьер-министром был снова назначен Имре Надь. Он был популярен, окружен ореолом антисталиниста, пострадавшего от Ракоши.

КОРР. Какие события непосредственно предшествовали вводу советских войск в Будапешт? Ведь они вступали туда дважды - после 23 октября и 4 ноября.

Л. Я. Да, после первого ввода советских войск в Будапешт Имре Надь обратился к нам с просьбой об их выводе, что и было сделано. За этим, однако, последовала стремительная эскалация белого террора. Возродились на антисоциалистической основе буржуазные партии, и Имре Надь быстро сполз к союзу с откровенно реакционными силами. Повторяю, начался настоящий террор. Коммунистов вешали, вырезали на теле звезды. Жгли книги. Отряды оппозиции взяли штурмом горком партии, а его защитников сбросили с верхнего этажа. Перед самым вступлением наших войск Имре Надь сделал заявление о выходе Венгрии из Варшавского Договора, обратился с призывом о помощи к войскам ООН.

Возникла реальная угроза гражданской войны. В этих условиях Янош Кадар, ставший во главе созданного им революционного рабоче-крестьянского правительства, и обратился с просьбой о повторном вводе советских войск в Будапешт.

КОРР. Мы говорим о столице. Но ведь все это время наши войска, как, впрочем, и до событий 1956 г., находились на территории Венгрии?

Л. Я. Да, но основные события происходили в Будапеште. В остальных городах были лишь незначительные выступления. А крестьянство по всей стране, кстати, не участвовало в них, попытки "расшевелить" его закончились неудачей. Во-первых, от народной власти оно получило землю. Во-вторых, контрреволюционеры сделали ряд неосторожных заявлений о возвращении земель бывшим владельцам.

КОРР. Насколько были организованны антисоциалистические силы?

Л. Я. Я считаю, что нельзя говорить о едином центре, который руководил восстанием. Были разбросанные по городу отряды. Где-то были серьезные бои, где-то перестрелки. Мнение о тщательно спланированной, долго готовившейся контрреволюции неверно. События нарастали по мере обострения общего кризиса.

У восставших не было танков, авиации, но было современное стрелковое оружие, видимо, частью захваченное на складах или полученное с Запада.

КОРР. А какова, кстати, была "доля участия" Запада в этих событиях?

Л. Я. Во-первых, велась активная пропаганда, причем радиопередачи носили инструктивный характер. Во-вторых, в Венгрию приехало с Запада много людей - одни хотели свести счеты, другие просто были любителями острых ощущений, третьи хотели поживиться. Организованной интервенции со стороны Запада не было, но на стороне контрреволюции активно, с оружием в руках воевали "волонтеры" из Западной Европы.

КОРР. Вы в то время работали в Будапеште, в посольстве СССР? Что отложилось в памяти? Были ли жертвы среди работников совучреждений?

Л. Я. Семьи были эвакуированы, немногие оставшиеся дипломаты и сотрудники посольства находились на его территории. Нападений на нас не было. В какой-то мере можно считать, что для Имре Надя посольство было вроде заложников, здание было блокировано, на нас не нападали, но и не выпускали из него.

Были жертвы среди членов семей наших военнослужащих, которые не успели эвакуироваться, и, конечно, в армии. Речь идет не о единицах: и с нашей стороны, и со стороны оппозиции погибли тысячи людей.

КОРР. Леонид Сергеевич, как вы считаете, чем могло бы асе закончиться, не будь в Будапеште наших войск?

Л. Я. Безусловно, разгорелась бы гражданская война. Большинство народа было на стороне социализма или симпатизировало ему, однако партия не выступила тогда как организующая сила. Думаю, начались бы стихийные выступления сторонников социализма, и, в конечном счете, они одержали бы победу, но ценой каких жертв? Правда, можно было бы предполагать и такой вариант, как ввод других иностранных войск в Венгрию. Это было сложное время: война в Египте, напряженная международная обстановка. И угроза крупного столкновения в Европе была вполне реальной.

КОРР. Как можно оценить ввод наших войск в Будапешт?

Л. Я. Это было законно с формальной точки зрения. Это было оправдано, исходя из ситуации в стране, а также из возможных международных последствий. Еще один аргумент в пользу этого шага - все последующее развитие: быстрая консолидация здоровых сил, решительное исправление ошибок, демократизация, гласность. Руководство во главе с Кадаром действовало решительно, но гибко, сводя до минимума репрессии против оппозиционеров.

КОРР. Но Имре Надь был расстрелян. Как вы относитесь к тому, что сейчас раздаются призывы к его реабилитации?

Л. Я. Да, такие призывы есть. Лично я бы ограничился в отношении Надя следующим замечанием: то, что произошло, было его личной трагедией. Он до конца не понял характера событий, и, начав как борец против ракошизма, сполз к блоку с антисоциалистическими силами.

Что касается реабилитации, то недавно в Венгрии поставлена одна из точек в отношении этих событий: принято решение об амнистии всех, кто в свое время был осужден за участие в них. С этих людей снята судимость, ее, теперь не надо указывать в анкетах при поездках за границу, устройстве на работу.

КОРР. Изменилась ли политическая оценка событий 1956 г. венгерским руководством?

Л. Я. Нет. Но есть нюанс - все больше подчеркивается вина Ракоши и его окружения как первопричины трагедии.

КОРР. Каковы же главные уроки этих событий для всех нас?

Л. Я. Я считаю, что один из главных выводов состоит в следующем: сталинская модель бесплодна, она ведет к тупиковой ситуации. Но ломать ее нужно решительно и полностью. Опыт Венгрии - кризис начался в 1953 г. и нарастал до 1956 г. - показывает, что непоследовательность, половинчатость обновления чревата самыми серьезными последствиями.

Второе: если уж кризис разразился, опять-таки нужна решительность, но с упором не на репрессии, а на конструктивные действия. Главное - найти политический путь выхода из ситуации. То, что положение в Венгрии быстро нормализовалось, следствие того, что была выдвинута реальная, конструктивная комплексная программа действий, охватывающая весь спектр общественной жизни: были пересмотрены экономическая политика, вся деятельность партии, отношение к церкви, интеллигенции, культуре и т. д.

Кроме того, был и резкий контраст в личном плане: после пышности и помпезности прежних лидеров Янош Кадар сильно выигрывал благодаря своей скромности, открытости. Все привилегии прошлого руководства были полностью ликвидированы.

КОРР. В комментариях прежде всего западных историков упорно проводится мысль о том, что события 1956 г. были следствием не отдельных ошибок, а проявлением кризиса всей системы.

Л. Я. Сказал бы так: дело в деформации системы, причем очень глубокой. Дело не в социализме как таковом, а в том варианте его развития, конкретной системе, созданной тогда в Венгрии.

Смотрите также:



Актуальные вопросы

  1. Что такое упрощенная идентификация владельцев банковских карт?
  2. Что известно о Федоре Юрчихине, которого исключили из отряда космонавтов?
  3. Что известно о здоровье Анастасии Заворотнюк?