296

Деревня бывших алкашей

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 44 03/11/1999

ЧТОБЫ попасть в Рождественку, пришлось проехать 250 км от Новосибирска до райцентра Сузун, потом трястись на "уазике" еще 85 км. В деревне Рождественке живет и работает община, состоящая из бывших наркоманов и алкоголиков. У нее и название свое есть - "Лазурные поля".

КОГДА Николаю Жукову стукнуло 35 лет, он решил: все, надо завязывать. Пил мужик по-черному, употреблял легкие наркотики. А как выпьет, мог избить ни за что, даже изнасиловать. Дважды был условно осужден. Шесть лет назад Николай пришел в общество анонимных алкоголиков. Сначала все никак не мог понять, что за детский сад такой: взрослые мужики собираются, чтобы чай пить да о жизни своей друг другу рассказывать. Какие-то исповеди, молитвы. Прошел месяц (в течение которого не было выпито ни капли спиртного), и он осознал: метод-то работает...

Вскоре Николай Жуков создал благотворительную организацию "Чудо". Сотрудничал с психологами, наркологами. Как-то раз один из "анонимных алкоголиков" поделился с ним мечтой: "Поселиться бы в деревне, детей своих из детдома забрать, зажить нормальной жизнью..." Жуков слышал, что за рубежом есть общины, где люди так называемых зависимых состояний - алкоголики и наркоманы - трудятся вместе. Но то у них, а у нас... "А почему бы не попробовать?" - и он обратился в администрацию области. Там ему пошли навстречу и подыскали Рождественку, полузаброшенную деревню...

Больные они, что ли?

ОЛЕГ, улыбчивый седой бородач, работает в коммуне поваром: у него ампутирована ступня, и он не может заниматься тяжелым физическим трудом. Его история такова: избил любовника жены, загремел на зону, а по возвращении остался без жилья. Бомжевал, пил до потери пульса. А потом приехал сюда - в первом же, как тут говорят, "десанте". Было их тогда семь человек - все алкоголики, почти все ранее судимые и к тому же бомжи. С ними приехал и психолог-консультант.

Пока община на работе, Олег показывает дом, в котором они живут. Поначалу на жилой дом он не тянул, но мужики обустроили его, затянули окна пленкой (стекол не было) и даже отремонтировали баню. "Сначала зарабатывали на пропитание тем, что помогали местным, - вспоминает Олег. - Каждое утро узнавали, кому из бабушек что надо сделать по хозяйству. Они расплачивались с нами продуктами - хлебом, мясом, молоком, овощами".

Местные поначалу дивились: взрослые мужики, а молоко с чаем пьют. Больные, что ли? Приходили в гости со своей самогонкой... "Коммунары" испытание выдержали. А дальше произошло и вовсе невероятное: восемь человек из местных, глядя на них, со временем сами закодировались. "Деревня-то называется Рождественка, вот мы ее и возрождаем," - улыбается Олег.

"У нас не секта..."

БЛИЖЕ к шести община возвращается на ужин. Олег разливает по мискам незатейливую похлебку. Бывшие алкоголики и наркоманы (молчаливые, но, кажется, довольные своей жизнью) сосредоточенно едят. После ужина устраивают так называемый круг: садятся в одной комнате и занимаются самоанализом - рассказывают, у кого какое настроение, какие негативные мысли или чувства и т. д. Цель - разобраться в себе, постараться измениться в лучшую сторону. "Слить нефть", - говорят они. Все здесь верят в Бога: считают, что выйти из состояния химической зависимости можно только с помощью высших сил. К ним и обращаются за поддержкой: "Боже, дай мне разум и душевный покой принять то, что я не в силах изменить; мужество, чтобы изменить то, что я могу; и мудрость, чтобы отличить одно от другого..."

В коммуне жесткая дисциплина. Все расписано: подъем, молитва, работа. Сквернословить нельзя. "Но у нас не какая-нибудь секта, никто никого насильно не держит, - говорит Жуков. - Хочешь - можешь выпить, никто не запрещает, но тогда ты уже никакого отношения к общине иметь не будешь. Так зачем человеку терять свою последнюю надежду?"

За время существования общины пришлось расстаться с несколькими нарушителями. Все они, как правило, из бывших наркоманов. Один приехал сюда "шифроваться", прятался от органов. Другой оказался ярым баптистом и начал "втирать" окружающим про геенну огненную, а насильственная религиозная пропаганда в общине запрещена. Третий вообще продолжал регулярно употреблять наркотики - однажды Жуков нашел у него закопченную ложку. Все они покинули деревню.

Как-то раз в Рождественку приехал мастер, который научил бывших алкашей и наркоманов плести корзины из ивовых прутьев. Теперь плетение корзин и даже сумочек стало для них настоящим бизнесом. Каждую партию отвозят в Новосибирск и продают по 80-160 рублей за штуку. В будущем надеются построить в деревне лесопилку, да пока не получается: бизнесмены, с которыми приходится вести переговоры, не верят, что с бывшими алкашами и бомжами можно иметь дело. И не подписывают договора. Пока...

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество