aif.ru counter
23.07.2003 00:00
44

Выбор патриотов: бедность или ракеты?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 30 23/07/2003

ОЛЬГА КРЫШТАНОВСКАЯ, ученый Института социологии РАН, давно наблюдает за бурными процессами новейшей российской политики. Ее специализация - элита общества.

- ПОДХОДИТ к концу первый срок В. Путина. Что, на ваш взгляд, изменилось в верховной власти?

- Любопытно, что в своем вопросе вы говорите о верховной власти. Не об исполнительной, законодательной, судебной, а верховной. Это абсолютно точно. У нас, в отличие от западных стран, главенствует именно верховная власть, а под ней ютятся уже все остальные. Эта власть - и арбитр, и начальник для всех других. Обобщенно мы называем ее словом "Кремль".

При Ельцине один фрагмент этой власти - законодательной - перестал быть контролируемым Кремлем. Вся система испытывала от этого очень большое напряжение, вошла в состояние кризиса. Потому что для России это не характерно. Сейчас это противоречие устранено. Законодательная власть опять находится под контролем. Это ситуация де-факто.

Историческая синусоида

И ВТОРОЕ. Двухэтажная система власти стала трехэтажной. Этаж федеральных округов понизил на одну ступень губернаторов и всю региональную элиту. Ряд политических игроков негодует, мол, у федеральных округов и их аппаратов нет четких полномочий. Но с точки зрения Кремля это очень удобная система, когда федеральные округа занимаются наиболее актуальными вещами. Сегодня на носу выборы, значит, они выборами и занимаются.

- Наверное, это исторически предопределено. Эра либерализма, как правило, меняется консервативным периодом.

- В исторической литературе такие периоды называют "термидором", или, проще говоря, "реставрацией". Когда рухнула советская система, наступил период хаоса, послереволюционных изменений во властной структуре. Невозможно, чтобы он длился долго. Революция должна была быть закончена. В. Путин поставил такую задачу и за три года ее выполнил. Одним из результатов стало расширение контроля государственной власти. Он еще не всеобъемлющ, потому что существует крупный бизнес и непонятно, как его контролировать. Но что касается партий, общественных организаций, средств массовой информации, законодательных органов - почти над всем восстановлен контроль.

- Слава богу, хоть головы не рубили. Давайте еще о сравнениях. Допускают ли западные демократии такую свободу бизнеса, когда он демонстративно содержит какие-то партии? Когда "денежные мешки" покупают парламент? Когда министерства, целые департаменты полностью комплектуются выходцами из известных олигархических структур?

- А это везде. Потому что власть дает возможность людям стать богатыми, а богатство приводит их к власти. Власть и богатство идут рука об руку. Берете вы Африку или Америку - безразлично. Формы, конечно, разные. Иногда достаточно цивилизованные. Например, в развитых западных странах вряд ли бизнес будет так откровенно идти во власть. Да и у нас речь идет все-таки не о том, что сами олигархи куда-то баллотируются. Они, как правило, посылают туда своих представителей или попросту покупают чиновников.

- Как это выражается на федеральном, региональном уровнях?

- Количество бизнесменов во власти, конечно, не зависит от воли В. Путина и от каких-то преференций этой власти. Они сами рвались, сами шли, сами покупали чиновников. Их влияние нарастало и уже в 1995 году стало заметным. А вот количество военных во власти непосредственно связано с тем, кто у нас президент. И с тем самым процессом "реставрации".

Бывают такие эпохи, когда власть испытывает нужду в "идеологах". С 1991 по 1993 год в России - революционный период. Вспомните, кто был у нас на слуху, - Е. Гайдар, С. Шахрай. Люди, которые придумывали или заимствовали у кого-то модель государства. Для России это были новаторские идеи. Они и были идеологами, причем очень нужными. Но, когда власть начала цементироваться, когда ей все стало ясно, были востребованы военные. Не нужно уже никого уговаривать, пропагандировать и убеждать. Нужно восстановить контроль. Рост числа военных во власти идет сейчас в геометрической прогрессии. Если при Брежневе в высшей власти было 3% военных, то сейчас 58%. В регионах меньше. И не совсем правильно говорить: спецслужбы пришли! Нет. Это военные всех типов, люди в погонах в широком смысле слова - и армейские, и из МВД, из ФСБ.

- Насколько сегодня сильна и едина наша правящая элита? В последнее время только и слышим о постоянной конкуренции "питерских" с "семейными", из ельцинской эпохи...

- В классической социологии считается, что демократия отличается от тоталитаризма именно тем, что существует конкуренция элит. Это совершенно нормальное состояние, которое позволяет обществу контролировать власть. Всегда одна часть элиты будет критиковать другую. Таким образом обществу становятся известны недостатки управления. И все было бы не так плохо, если бы эта конкуренция проистекала в более цивилизованных формах. Шла, скажем, открытая конкуренция на выборах. Но у нас эта конкуренция густо замешана на коррупции и клановости. Это достаточно опасное явление. Все происходит "под ковром".

- Могут ли два клана жить друг без друга? Или всех олигархов пересажают, или в верхах не останется людей в погонах?

- Теоретически, конечно, да. Власть всегда хочет монополизировать ресурсы и царить в этом мире. Но чем шире зона монопольного контроля государства, тем мы ближе продвигаемся к тоталитаризму.

Только ли жертвенный агнец?

- А В ЧЕМ смысл сегодняшних событий? Олигархи и военные мирно сосуществовали три года. Богатые скрывались также от налогов, захватывали оставшиеся куски госсобственности. И вдруг сегодня... Похоже, олигархи - это жертвенный агнец, который накануне выборов брошен народу на заклание? Или это упрощение?

- Я думаю, причин несколько. Безусловно, выборы и "жертвенный агнец" - да. Посмотрите, что происходит с рейтингом Б. Грызлова. Он невероятно растет. Данные РОМИРа, данные ВЦИОМа говорят о том, что на 8 пунктов.

- Из-за "оборотней"?

- Конечно. "Наконец-то взялись за дело", - говорят люди, далекие от политики.

Но есть и другие причины. Например, экономические. Понятно, что все последнее время "ЮКОС" рос, его акции росли в цене. Он начал покушаться на те зоны, которыми владеет "Транснефть" - государственный монополист в транспортировке нефтепродуктов. Слияние с "Сибнефтью" делает их вне конкуренции с другими нефтяными компаниями.

Конечно, ряд экономических игроков на этом рынке хотели бы понизить рейтинг "ЮКОСа". И так сложилось, что у них оказались хорошие лоббисты во власти, в правительстве. Они сумели убедить кого надо, что вырвавшегося далеко вперед конкурента необходимо "немножко загасить".

- Рискует ли В. Путин, выпустив антиолигархического джинна? Какие риски для него существуют?

- Бизнес накопил огромные ресурсы - финансовые, экономические, промышленные, разные. Это стало большой головной болью и серьезной проблемой государства, которое хочет контролировать все. Риск состоит в том - объединятся олигархи против власти или нет? Создадут ли мощный фронт, оппозицию? Пока они этого не делают, т. к. являются конкурентами по бизнесу.

- О чем говорит исторический опыт? Что должно последовать за периодом консерватизма?

- Мне кажется, что консерватизм-то еще грядет. Сейчас идет подготовка к нему. Государственная машина возвращается на круги своя. А после переизбрания В. Путина на второй срок (в чем никто практически не сомневается) мы как раз и узнаем, что такое консерватизм.

А Запад задумается?

- ПОСЛЕ этого интервью все олигархи "брызнут" отсюда, как тараканы. Запад задумается...

- В. Путину и его команде нравится то уважение, которое проявляет к нему мировая общественность. Он этим очень дорожит. То есть ужесточение режима будет происходить, и консервация будет происходить, но до определенной границы. Если возникнет угроза международным отношениям и положению России в мире, будет сказано "стоп". Не будет дикости и сталинских репрессий.

Спецслужбы всех стран мира на чем построены? Это как бы легальное насилие. А "крышей" является сама государственная машина. Эти люди душой и телом преданы государству. Они государственники и патриоты. Иначе работать в этой системе невозможно.

- Чем приход к власти людей в погонах грозит стране?

- Прежде всего - изменением приоритетов в политике: мы постоянно слышим об армии, ВПК и проч. Но если сравнить проблемы бедности в нашей стране с какими бы то ни было проблемами ВПК, они просто несоизмеримы. Дайте людям жить! Зачем объявлять о том, что у нас стремительно растут золотовалютные резервы? Уже 61 млрд. золотом лежит в кубышке. При этом все знают, что большая часть населения перебивается с хлеба на квас... У нас уже было больше всех ракет в мире. Конечно, надо в армии порядок навести. Но при этом нельзя забывать народ, который эту армию кормит.

- Последний вопрос. Есть еще одна примета послереволюционного периода. Жертвами становятся те, кто ее делал... Кто у нас жертвы?

- Демократы, конечно. Из-за их неудач и ошибок была дискредитирована сама идея демократии. А ведь она вовсе не означает хаос и слабость. Да, надо наводить порядок, надо усилить государство. Но при этом опасно толкать маятник обратно к авторитарному режиму. Мы уже поняли, что такое свобода, и хотим ее сохранить.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество