Есть в истории медицины имена, которые знают даже те, кто от неё далёк. В нашем сознании фамилия этого врача прочно связана с Институтом скорой помощи в Москве — легендарным «Склифом» — и бессмертной фразой из «Кавказской пленницы»: «Короче, Склифосовский!»
Но за шутливым образом, порождённым устами никулинского Балбеса, стоит фигура поистине титаническая. Николай Васильевич Склифосовский, чьё 190-летие мы отмечаем 6 апреля, был новатором, внедрявшим методики, которые спасали жизни там, где раньше царила смерть. А ещё — хирургом, прошедшим четыре войны, и человеком, чья личная судьба вместила трагедии, которые сломили бы любого другого.
А ведь падал в обморок
Склифосовский родился на хуторе под Дубоссарами (ныне территория Приднестровья) и был девятым ребёнком из двенадцати в семье обедневшего дворянина-письмоводителя. Детство было тяжёлым: когда на юге России свирепствовала холера, отец, потеряв жену, вынужден был отдать младших детей в одесский приют. А вскоре и сам скончался от болезни.
Николай окончил мужскую гимназию с серебряной медалью, зарабатывая на жизнь частными уроками. Выбор будущей профессии был продиктован суровой необходимостью: деятельность врача гарантировала твёрдый доход. В 1855 году он поступил на медицинский факультет Московского университета.
Студенческие годы оставили в биографии Склифосовского два знаменательных обморока. Первый случился на операции: при виде крови будущий хирург потерял сознание (да, бывает и такое). А второй — в анатомическом театре, где он, занимаясь до изнеможения, упал рядом с трупом. Впоследствии врач проведёт тысячи операций, в том числе чрезвычайно сложных, и его рука уже никогда не дрогнет.
1866 год. Склифосовский едет в двухлетнюю командировку за границу, где знакомится с опытом европейских коллег. Однако разгорается Австро-прусская война, и он, получив разрешение в российском посольстве, отправляется на фронт в качестве полкового хирурга прусской армии. Там он наблюдает революционные новшества в организации медицинской помощи: пруссаки не эвакуируют раненых в тыловые стационары, а разворачивают полевые госпитали прямо на линии фронта. А сортировку раненых, отмечает он, проводят по методике, разработанной русским хирургом Николаем Пироговым.
Сам Склифосовский тоже не отстаёт. Он одним из первых в военной хирургии начинает применять антисептики. А ещё использует йодоформ (органическое соединение йода) вместо агрессивной карболовой кислоты, налаживает дезинфекцию перевязочных материалов в аппарате с горячим воздухом. Забегая вперёд, отметим, что его вклад в медицинскую науку огромен. Особое место в нём занимает хирургия брюшной полости. Склифосовский был пионером в проведении операций на желудке, печени, желчном и мочевом пузырях. Его имя носит хирургическая операция «замок Склифосовского» (или «русский замок») — особое соединение костей при переломах, которое применяется до сих пор. А опыт, накопленный им на перевязочных пунктах и в военных лазаретах, стал основой для революционных изменений в военно-полевой хирургии.
Войны и утраты
Вернувшись в Россию, Склифосовский продолжает оперировать, публикуется в отечественных и зарубежных журналах. Женится на Елизавете Морган — за четыре года в браке рождаются трое детей. Карьера идёт в гору: по рекомендации Пирогова врач получает приглашение возглавить кафедру хирургии в Киевском университете. Но тут случается трагедия.
В отделение к Склифосовскому поступает тифозный больной. Николай Васильевич заражается, но переносит инфекцию легко. А вот его молодая жена, подхватив от мужа болезнь, умирает. Ей было всего 24.
Горе толкает Склифосовского вновь отправиться навстречу опасности. Оставив троих детей на попечение гувернантки, он едет на очередную войну — Франко-прусскую. А вернувшись домой, обнаруживает там полный порядок, в чём заслуга как раз гувернантки Софьи, дочери статского советника из известного дворянского рода. Вскоре они поженятся, и вторая супруга родит ему ещё четверых детей.
Не ко всем наследникам знаменитого хирурга судьба будет благосклонна. Один его сын покончит с собой, другой пропадёт без вести на Русско-японской войне, третий погибнет в гражданскую. А его жену Софию вместе с дочерью Тамарой в 1919 году зверски убьют махновцы. Это произойдёт в их имении Яковцы под Полтавой, куда Склифосовский переедет в конце жизни. К счастью, сам он об этой трагедии не узнает: врач скончается в декабре 1904 года от последствий инсульта.
…Русско-турецкая война 1877–1878 годов стала для Склифосовского четвёртой и самой тяжёлой. В качестве ведущего хирурга Дунайской армии он участвовал в осаде Плевны и обороне Шипки. Эти эпопеи вошли в военную историю нашей страны как образцы нечеловеческого напряжения.
В те месяцы Склифосовский оперировал по несколько суток без отдыха — раненые шли непрерывным потоком. Но его главный вклад был не столько врачебным, сколько организационным. Николай Васильевич чётко сформулировал принципы сортировки раненых на главном перевязочном пункте. Он разделил всех пострадавших на четыре категории по степени тяжести, что позволило своевременно оказывать помощь тем, кто нуждался в ней в первую очередь.
Этот принцип, ставший азбукой военно-полевой хирургии, спасёт сотни тысяч жизней и в годы Великой Отечественной войны.
Городок на Девичьем поле
Главным делом жизни Склифосовского в Москве стало вовсе не создание Института скорой помощи, как думают многие (его имя он носит по инициативе учеников великого хирурга), а организация Клинического городка на Девичьем поле. Его строительство шло десять лет, с 1887 года по 1897 год.
В то время медицинский факультет Московского университета не имел собственной клинической базы: студенты учили исключительно теорию и первого своего пациента видели уже после получения диплома. Используя свой высокий авторитет (и не только врачебный — Николай Васильевич носил титул Тайного советника), Склифосовский смог убедить Московскую городскую думу выделить университету более 2 миллионов рублей и бесплатно передать под строительство огромный участок земли. Состоятельные купцы и меценаты тоже пожертвовали немало. Варвара Морозова выделила 300 тысяч на психиатрическую клинику и подарила университету особняк.
Было построено 18 зданий, включая два храма и студенческое общежитие. Клинический городок на Девичьем поле был признан лучшим в Европе. Там всё было продумано до мелочей: просторные палаты, водопровод, электричество, телефон, кухонный корпус, комфортные аудитории для занятий и квартиры для персонала клиник (сейчас в части этих зданий располагается Первый Московский государственный медицинский университет имени И. М. Сеченова). А в 1897 году на территории городка установили памятник Николаю Пирогову. Склифосовский лично просил у императора Александра III разрешения на установку этой скульптуры — Пирогов был учителем Николая Васильевича.