3023

«Жить, а не доживать». Как устроены дома престарелых в России и за рубежом?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 4. Заменят ли роботы человечество? 27/01/2021
Фото: Илья Питалев / РИА Новости

Только за последние месяцы из-за пожаров в частных домах престарелых пострадали десятки и погибли более 30 человек. Добавьте к этому шокирующие подробности того, в каких условиях порой содержатся там старики... А в государственные пансионаты очередь на года. Как найти выход из этого тупика?

Одиноким предоставляется...

Зима в России — традиционный сезон пожаров. Но в домах престарелых ситуация с пожарной безопасностью катастрофичная.

Недобрые люди

Утро 19 января в доме-интернате для престарелых и инвалидов, что находится в Комсомольске-на-Амуре на ул. Щорса, д. 83, началось с трагедии. В 5 утра сработала противопожарная сигнализация. Персонал ещё даже не успел сообразить, что к чему, как на пороге одной из комнат появилась жившая там 76-летняя женщина. Её тело было охвачено огнём. Персонал смог сбить его и вызвал скорую помощь. С ожогами 90% поверхности тела пенсионерку доставили в городскую больницу, где она через несколько часов скончалась.

Выясняя причины пожара, сперва грешили на матрас с электроподогревом. Потом — на неисправные термопояс или термоодеяло. На вопрос о том, какая же температура поддерживается в учреждении, если пожилые люди вынуждены спать в обнимку с электроприборами, сможет ответить только следствие. К слову, этот дом-интернат фигурирует в новостных сводках регулярно. В июле, к примеру, тут случилась массовая вспышка коронавируса, и в больнице оказались 75 человек. После этого директора уволили. Сейчас СК РФ по Хабаровскому краю и ЕАО возбудил уголовное дело по статье «халатность, повлекшая по неосторожности смерть человека» (ч. 2 ст. 293 УК РФ).

Закончились трагедией новогодние каникулы и в пос. Боровском Тюменского района. Днём 9 января здесь загорелся частный дом, после тушения обнаружили тела 7 жильцов. Оказалось, погибшие были постояльцами нелегального дома престарелых.

С пожаром боролись больше двух часов. На помощь спасателям МЧС пришли и жители Боровского. В первые минуты после прибытия пожарных из горящего здания были спасены два человека, одна из которых — мать хозяйки дома. Сама же женщина на вопрос «есть ли кто-то в доме ещё?» ответила отрицательно. Тем самым подписав смертный приговор 7 престарелым людям — в доме задохнулись 4 мужчины и 3 женщины. Пенсионеры были маломобильны и покинуть самостоятельно горящее здание не смогли.

По иронии судьбы, этот нелегальный пансионат для пожилых людей назывался «Добрые люди». За круглосуточный уход брали с родственников 900 руб./сутки. И такой «добрый» человек «забыл» сообщить о своих подопечных пожарным. В тот же день хозяйка пансионата была задержана. Но следователи завели уголовное дело и на местных чиновников, которых обвиняют в халатности.

— В последнее время участились пожары в частных домах, где оказывают соцуслуги, — говорит замминистра МЧС России — главный государственный инспектор РФ по пожарному надзору Анатолий Супруновский. — В них не выполняются требования пожарной безопасности. А так как строения числятся жилыми, надзорным органам сложно выявлять такие объекты. Единственная действенная мера — введение лицензионно-разрешительной системы. Тогда будут и выдаваться разрешения, и впоследствии осуществляться контроль.

Ещё одно решение проблемы нелегального бизнеса на стариках предложил политолог Андрей Шуклин:

— Такие учреждения расположены в сельской местности, выглядят как обычные дома. Хлопот местным жителям не доставляют, участковый их не тревожит. Сколько у нас подобных домов для престарелых и реабилитационных центров — одному богу известно. Лишь запретами и контролем здесь не обойтись — необходим действенный механизм социального аутсорсинга.

Ели по очереди

Вот и просторный двухэтажный коттедж на окраине райцентра Бабынино в Калужской обл. не привлекает внимания. А к нему стоит присмотреться повнимательнее — в его стенах расположился частный пансионат для престарелых «Домашнее тепло», где в разное время проживало до 20 человек.

В большинстве комнат витает запах нечистот. На крохотной кухне пожилым людям порой приходилось есть по очереди — на всех не хватало стульев. Духовка покрыта жиром и непонятными пятнами, кусок огнеупорной плиты скрывает следы возгорания на стене.

В качестве мер противопожарной безопасности в пансионате поставили недорогие пожарные извещатели на батарейках. Правда, не совсем понятно, как сотрудники пансионата собирались эвакуировать постояльцев, — некоторые из пожилых людей не ходили.

«Тут многое не соответствовало пожарной безопасности. Были и предписания, но нарушения никто не устранял», — вспоминает бывший сотрудник Андрей. По его словам, за тот год, что он проработал в пансионате, было по 5–6 проверок: и санэпидемстанция, и пожарные инспекторы. Однако каждый раз жизнь возвращалась в привычное русло.

В ноябре 2020 г., как рассказывает хозяйка дома Ольга Ковалёва, они расторгли договор с пансионатом из-за неуплаты. Вывозя подопечных, руководители пансионата по каким-то причинам не забрали лекарства и просили их вернуть, поскольку они, мол, требуются постояльцам. Однако большинство препаратов, которые, как выяснилось, хранились в открытом доступе в небольшой пластиковой коробке, оказались просрочены на месяцы, а то и на годы.

А ведь пансионаты этой организации действуют сразу в нескольких регионах: например, в Смоленской обл. Обустроены они также в частных домах. Пока не был введён карантин из-за пандемии, родственники могли увидеть условия, в которых оказываются их старики. Но, по словам сотрудника Андрея, лишь один раз родственник забрал свою бабушку в первые же дни после заезда.

Здесь и свадьбы играют

В Нижегородской обл., говорят волонтёры, ситуация в домах для престарелых разная. Чем ближе к областному центру, тем лучше — туда легче привлечь спонсоров. А в Пильнинский дом-интернат для престарелых и инвалидов редко какой спонсор доберётся — это больше 3 часов на машине от Нижнего. Но и здесь старики живут достойно. «Некоторое время назад в Нижнем закрыли один дом престарелых, и часть постояльцев переехала в Пильнинский дом-интернат, — рассказывает руководитель благотворительного фонда „Территория добра“ Ольга Смирнова. — Спустя несколько месяцев некоторых я не узнала — они поправились на местном питании. Восемь лежачих больных, спасибо персоналу, встали на ноги. Кто-то сумел бросить выпивать и курить. У директора Пильнинского дома-интерната Татьяны Татановой с начала пандемии нет ни одного выходного. Она научилась привлекать различные ресурсы, чтобы сделать жизнь стариков лучше. Изменить что-то в системе домов престарелых могут только неравнодушные к своему делу люди».

Много учреждений для пожилых людей и в Омском регионе — как государственных, так и государственно-частных. Нежинский геронтологический центр, расположенный в зелёной зоне на окраине Омска, — крупнейший в Западной Сибири. Сегодня в нём проживают 566 человек.

Казалось бы, геронтологический центр — место, где живут одинокие старики. Но в Нежинском нередко играют даже свадьбы. Только за последние 5 лет было создано 13 семей! Юрий Александрович Егоров и Любовь Романовна Митрофанова — одни из таких. Оба вдовцы. Обоим даже в голову не приходило, что после 70 лет можно семью создать. Но...

Любовь Романовна — солистка хора «Нежинка», Юрий Александрович декламировал стихи, оба были заняты в концертах. Слово за слово, познакомились, разговорились. А потом он предложил ей руку и сердце. Официально. И она согласилась. Спустя 5 лет жизни в отдельной, но всё-таки всего лишь комнате центра семье выделили однокомнатную квартиру в семиэтажном корпусе, что расположен там же, в Нежинском. «Мы понимаем, что возраст, что пришли мы сюда доживать. Но не умирать. А сейчас тем более умирать не хочется!» — говорит Юрий Александрович. И собирается бежать 3 км на лыжах. Ежедневный зимний утренний моцион. «А мы ТУДА и не торопимся, — добавляет Любовь Романовна. — Мы здесь друг другу нужны».

Нажмите для увеличения
Нажмите для увеличения

Почему не хватает государственных домов престарелых?

Почему в нашей стране расплодились такие опасные для жизни «частные лавочки»? Может, потому что государственных не хватает?

— Государственных точно не хватает, — говорит завлабораторией развития пенсионной системы Института соцполитики ВШЭ, председатель Совета Национальной ассоциации участников социального обслуживания (НАСО) Евгений Якушев. — Государство предоставляет пожилым 280 тыс. мест в стационарах, и ещё 1 млн человек получает соцобслуживание на дому. Всё это регулируется законом № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в РФ». По нему, если вы одиноки, болезни не позволяют вам самостоятельно себя обслуживать и если ваш доход ниже установленного минимума, вы получаете услуги бесплатно или на льготных условиях за счёт регионального бюджета. Если же вы не одиноки, значит, по Семейному кодексу ответственность по уходу лежит на родственниках. Но как быть, если все работают и некому заниматься уходом? Опять же, по статистике, как минимум у 10% людей старше 80 лет есть деменция или болезнь Альцгеймера. Уход за такими пациентами очень непрост — отсюда и выгорание, и семейные конфликты. Когда государство оказывает помощь только самым нуждающимся, что делать остальным? Вот люди и обращаются к частным сиделкам или в негосударственные учреждения, которые в объявлениях предлагают «индивидуальный подход», а в реальности никто не знает, что там происходит за закрытыми дверями.

— Вспомним одну из январских трагедий: пансионат «Добрые люди» в тюменском п. Боровский, где при пожаре погибли 7 человек, был подпольным — чёрная бухгалтерия, никаких договоров и чеков. Сколько в стране таких нелегальных домов?

— Сначала надо разобраться, что значит «нелегальных». Если предприниматель не платит налоги, он совершает налоговое преступление. Если с точки зрения налогов у него всё в порядке, никто не мешает ему организовать дом-пансионат и предоставлять услуги по уходу. Никаких специальных разрешений по законодательству для этого не требуется. Просто есть государственные и есть частные учреждения. Точное число последних никто не знает. По оценкам на основе рекламных объявлений, по всей стране предлагается 50–70 тыс. мест в частных структурах. Если негосударственная компания хочет, чтобы у неё обслуживались клиенты за счёт бюджетных средств, ей надо войти в реестр поставщиков социальных услуг. Вот тогда будут проверки помещения, качества предоставляемых услуг и т. д. А если пансионат живёт за счёт средств пациентов и их родственников, никто ничего проверять не будет.

— Сколько стоит пребывание в частном доме престарелых?

— Цены разные. На Рублёвке есть частный дом для пожилых, где пребывание в зависимости от состояния человека стоит 200–400 тыс. руб. в месяц. Следующий уровень — пансионаты по цене 60–100 тыс. руб., где организованы пространства для досуга, проводятся реабилитационные мероприятия и др. Впрочем, большинство частных домов престарелых в нашей стране ориентированы на эконом-сегмент. Обычно пациент отдаёт 100% пенсии (а средняя пенсия у нас 15 тыс. руб.) и ещё столько же за него платят родственники. Вот и получается 25–30 тыс. руб. в месяц, или 1 тыс. руб. в сутки, которые надо растянуть на питание, уход, средства гигиены и т. д. Только не надо повально демонизировать частные дома. Государственные тоже горят, там тоже гибнут люди, после чего появляются вопросы: а почему на окнах были решётки?

— Что надо сделать, чтобы этот рынок стал наконец цивилизованным?

— Надо вносить поправки в закон, выделять государственное и коммерческое социальное обслуживание, прописывать единые правила и минимальные требования. Думаю, эта задача в ближайшие два года будет решена. Затем надо вводить лицензирование, чтобы не допускать на рынок тех, кто создаёт угрозу для подопечных, а также проводить сертификацию сотрудников. И конечно, надо знать, сколько людей в реальности нуждается в постороннем уходе. По оценкам Института социальной политики ВШЭ, сегодня в разных формах ухода нуждаются 4 млн человек. И в ближайшие 10–20 лет, учитывая демографическую ситуацию и старение населения, их станет намного больше.

— Строятся ли новые государственные дома-интернаты?

— Есть нацпроект «Демография» с подпроектом «Старшее поколение», в котором заложено 40 млрд руб. на строительство новых стационаров. Этих средств может хватить на 100 зданий на 10 тыс. коек. Но проблема в том, что многие интернаты строились в 1960–1970-е гг., их век закончился. Поэтому в первую очередь будут строить новые стационары взамен ветхих. В любом случае заложенных в бюджете денег на то, чтобы закрыть всю потребность в койко-местах, не хватит. Надо думать о варианте государственно-частного партнёрства в этой сфере.

— Как думаете, нынешние 40—50-летние смогут надеяться на то, что у них в старости будет возможность получить цивилизованные услуги по уходу за разумные деньги?

— «Разумные» — это сколько? Пенсии на уход точно не хватит. Это всегда была и будет крайне дорогая услуга. Чтобы обеспечить качественный уход в старости, надо самому копить (что маловероятно в нынешних условиях) или на уровне государства создавать систему социального страхования расходов на посторонний уход (риск утраты способности к самообслуживанию — это проблема общества). Ещё вариант — развитие «обратной ипотеки», когда человек не передаёт квартиру по наследству, а закладывает её банку и получает ежемесячное денежное содержание, которого хватит на оплату сиделки или места в стационаре. «Обратная ипотека» особенно популярна в Британии. А социальное страхование долговременного ухода успешно работает в Германии, Японии, Южной Корее.

А как в мире? В Америке — дорого, в Китае — неэтично

А как с домами престарелых обстоят дела на Западе и на Востоке?

В США порядка 15,6 тыс. домов престарелых, проживают в них 1,4 млн пациентов. Государственных учреждений фактически нет. Дома для ветеранов — одно из исключений. Но даже там человек должен погасить свою часть расходов (например, за счёт Medicaid — программы, которая помогает оплачивать медрасходы лицам с ограниченными доходами).

Что касается частных домов престарелых, то в 2020 г. средняя стоимость проживания в отдельной комнате с медобслуживанием составляла 275 долл. в день (8,4 тыс. долл. в месяц). В комнате с соседом — 245 долл. в день (7,4 тыс. в месяц). В зависимости от доходов человека и правил штата расходы частично может покрывать Medicaid. Ещё возможные варианты оплаты ухода в доме престарелых — собственные средства, долгосрочное страхование, обратная ипотека.

В Германии домов для престарелых и инвалидов свыше 14 тыс., больше половины финансируется некоммерческими организациями и благотворительными фондами, 40% учреждений частные, менее 5% муниципальные. В 2020 г. в стационарных заведениях проживала 731 тыс. человек. Листы ожидания — не редкость, в некоторых заведениях перспектива заселения — вопрос многих месяцев. Периодически вспыхивают скандалы в прессе в связи с тем, что пожилые и беспомощные обитатели лишены должного ухода: персонала не хватает.

Расходы на медуслуги и профессиональный уход в основном покрывают страховки (страхование на случай необходимости в постороннем уходе является обязательным), стоимость проживания зависит от уровня сервиса и комфортности. В среднем доплачивать из собственных средств приходится от 1 тыс. евро и выше.

В «резиденциях» (премиум-апартаменты для престарелых) за 2-комнатную квартиру придётся отдать от 3 тыс. евро в месяц только за проживание и сервис. Медуслуги, патронаж и т. д. — за отдельную плату. На то, чтобы провести конец жизни в таких условиях, уходят все накопления, а часто и недвижимость.

В Китае отношение к отправке родственников в дома престарелых схоже с российским, рассказывает «АиФ» профессор Школы востоковедения НИУ ВШЭ Андрей Карнеев. «Китайская культура учит любить членов своей семьи и уважать старших. Передать заботу о родственнике в чужие руки там считается позором для семьи».

Однако в последнее время в Китае всё больше стариков живут в таких домах. Из-за огромного роста населения здесь была принята политика «одна семья — один ребёнок». Теперь китайское население стремительно стареет, а продолжительность жизни растёт. И на среднее поколение ложится обязанность ухаживать и за престарелыми родителями, и за детьми. А ещё надо успевать работать. Поэтому приходится пользоваться услугами домов престарелых.

Пожилые люди в столовой государственного дома престарелых в городе Хуфу в провинции Цзянсу в Китае.
Пожилые люди в столовой государственного дома престарелых в городе Хуфу в провинции Цзянсу в Китае. Фото: РИА Новости/ Илья Питалев

Они делятся в Китае на три категории — государственные, частные и «коллективные». Последний вариант существует в деревнях, где уход за стариками обеспечивает вся община. До недавнего времени многие дома престарелых находились в довольно удручающем состоянии. Однако в 2017 г. была принята новая госпрограмма, и ситуация начала выправляться. Правда, растут и цены. 1–1,5 тыс. долл. в месяц — норма для частных домов. Государственные можно найти и за 300 долл., но они хуже и мест в них практически нет. В крупных городах переполнены и частные дома. В очереди в ожидании можно провести до 6 месяцев и больше.

«Эффект деревни»

А реально ли в принципе превратить социальное учреждение из казённого в тёплый и уютный дом?

Алексей Васиков, директор АНО «Дом милосердия кузнеца Лобова», Ярославская обл.:

— В нашем «Доме милосердия кузнеца Лобова» мы оказываем бесплатную помощь неизлечимо больным как в стационаре, так и на дому. Ведь если человека нельзя вылечить, это не значит, что для него ничего нельзя сделать. Семейная атмосфера у нас сформировалась за счёт... «эффекта деревни». Под этим термином я понимаю близость и семейственность отношений между персоналом и подопечными.

В пос. Поречье-Рыбное Ярославской обл., где расположен наш дом, живут 1,9 тыс. человек, и все друг друга знают. Это создаёт особые отношения между людьми. Все свои, все на виду. Пусть у нас нет дорогого ремонта, но есть человеческое тепло. Из 34 ухаживающих за больными только один не из Поречья, а из Ростова. Двадцать человек, проживающих в стационаре соцобслуживания, по большей части тоже все местные. Стоит кому-то из нас сделать что-то не так, об этом будет знать весь посёлок.

Моя жена Анастасия в доме милосердия работает врачом, я — директором. Мы оба уроженцы Поречья. Из города на малую родину вернулись сознательно. Ведь сейчас большой отток молодёжи в города, а о старшем поколении позаботиться некому. Анастасия — пятый ребёнок в семье, она захотела быть рядом со своими родителями, ухаживать за ними. И меня повернула с бизнес-карьеры к более важным, на наш взгляд, вещам.

Дом милосердия носит имя одного из наших первых паллиативных пациентов — кузнеца Георгия Лобова. Идея такого названия возникла у учредителя благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Нюты Федермессер, которая в своё время приняла активное участие в судьбе Георгия. С помощью фонда мы привели наше здание в соответствие с пожарными требованиями. Это стоило несколько сот тысяч рублей. Поддерживать пожарную безопасность непросто. Не всегда удаётся найти грамотного подрядчика на решение задач, связанных с эксплуатацией здания, особенно если вы работаете в отдалённом районе. А ещё есть куча документов, которые требуется заполнять, и прочих нюансов. Но руководитель должен знать всё о своём здании, тогда и люди в огне гибнуть не будут.

Оставить комментарий (1)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество