2979

Отец без прав. Житель Карелии борется за сына, которого отдали под опеку

В Карелии мужчина остался без сына. Местные органы опеки без его согласия передали ребёнка в приёмную семью. Бывшая жена мужчины не исполняла родительские обязанности, но отцу мальчика передать не захотели.

Алексею Шевченко из Петрозаводска 29 лет. Два года назад он развёлся с женой. Супруги договорились, что Алексей возьмёт на воспитание старшего сына — Максима. А с матерью останется ещё на тот момент не рождённый Богдан.

Всё круто изменилось в январе 2020 года, когда женщину в изрядном подпитии вместе с малышом подобрала на улице полиция. Бывшую супругу Алексея отправили в реабилитационный центр, а малыша — сначала в больницу, а затем в детский дом.

На руках у Алексея — старший сын Максим.
На руках у Алексея — старший сын Максим. Кадр YouTube/ Первый канал

Сказала, что не отец

«В больницу приходила к Богдану только моя мама, так как брат был в отъезде, — рассказывает сестра Алексея Шевченко Надежда Лейтер. — Но ей внука не отдали. Потом Богдана поместили в дом ребёнка. И уже оттуда социальный педагог вышла на связь с моим братом. Она убеждала его в том, чтобы он сделал экспертизу ДНК, чтобы подтвердить отцовство, и только после этого ребёнка ему передадут непосредственно уже на воспитание».

Доказывать отцовство Алексея потребовали потому, что бывшая супруга сообщила в опеку, что он якобы не отец мальчика. И, приняв её слова на веру, специалисты опекунского отдела и решили обязать Алексея Шевченко пройти тест ДНК. Документы, что он приходится отцом Богдану в силу закона и записан в его свидетельстве о рождения, в расчёт не приняли.

Алексей по документам является отцом Богдана, но теперь этот факт он должен доказать ещё через суд.
Алексей по документам является отцом Богдана, но теперь этот факт он должен доказать ещё через суд. Кадр YouTube/ Первый канал

«Алексей начал готовить документы в суд. Мы юридически неподкованные и положились на мнение специалиста петрозаводской опеки, — признаётся Надежда. — Как вдруг нам позвонили из опеки Волгограда, чтобы узнать адрес регистрации Богдана, отца и его бабушки».

Так в семье Лейтер-Шевченко узнали, что Богдана уже передали на попечение в волгоградскую приёмную семью. Это повергло Алексея и всю его родню в шок.

Отправили в Волгоград

Оказывается, пока они вели переговоры с опекой, как забрать ребёнка в семью, его судьбу уже решили. Богдана передали на воспитание приёмным родителям и отправили за 2 000 километров от Петрозаводска — в Волгоград.

Поняв, что опека не стремится ему помогать, Алексей немедленно забрал из суда документы на установление отцовства и нанял адвоката.

«Отец узнал о том, что его ребёнок в больнице в феврале. 7 числа он и бабушка Богдана уже обратились в дом ребенка. Это подтверждается биллингами — они звонили социальному педагогу, — рассказывает адвокат Алексея Шевченко Артём Черкасов. — 7 апреля он написал официальное обращение с требованием передать ребенка ему. Но к тому моменту, 19 марта, уже было вынесено постановление о передаче Богдана приёмным родителям. Отец о таком документе не знал. При этом ни он сам, ни бабушка отказа принять ребёнка в свою семью не подписывали».

Но, несмотря на отсутствие этих документов, Богдана решили передать под опеку. Опекуны думали недолго — в тот же день прибыли на самолёте в Петрозаводск и вечером уехали назад. После этого в стране наступил тотальный карантин по коронавирусу.

«Не было никакого знакомства недельного. У нас есть подозрения, что это связано с некими коррупционными действиями. Но это только наши догадки», — признаётся тётя Богдана Надежда Лейтер.

Тётя Богдана — Надежда Лейтер.
Тётя Богдана Надежда Лейтер. Кадр YouTube/ Первый канал

«Допустили ошибочку»

Алексей Шевченко снова подал в суд. Теперь он требует отменить постановление петрозаводской опеки, по которому Богдана передали в приёмную семью. Он не собирается доказывать никому, отец он или нет. По его словам, это не имеет никакого значения.

«Я и подгузники, и кашки — всё это покупал. Потому что я знал — бывшей супруге не хватает денег, — признаётся Алексей. — По большому счёту мне наплевать, кто его отец. Ребёнок — родной брат моего сына. А братья должны расти вместе. 27 июня супругу лишили родительских прав на Максима, который живёт со мной».

 

Единственная фотография Богдана, которая осталась у его родственников.
Единственная фотография Богдана, которая осталась у его родственников. Фото из личного архива

Однако теперь вопрос отцовства Алексея решили оспаривать в суде опекуны. Они надеются доказать, что отец по документам не биологический родитель Богдана, а значит, и бабушка вовсе не является бабушкой. И никакого приоритетного права воспитывать внука у неё тоже нет. Да и органы опеки, выходит, поступили правильно — не обязаны были брать ни у неё, ни у якобы биологического папы никакого письменного отказа от ребёнка.

«Если бы от бабушки и от Алексея поступило заявление, что они отказываются принимать Богдана в свою семью, то действия органов опеки были бы законны, потому что вечно в сиротском доме ребёнок находиться не может, — говорит адвокат. — В свою очередь опекуны аргументируют свой иск тем, что с момента расторжения брака между Алексеем и его супругой не прошло 300 дней, а значит, он может и не быть биологическим отцом. Но если кто-то инициирует вопрос о том, чтобы оспорить отцовство, то такой иск должен рассматриваться вместе с тем, чтобы установить и того человека, кто является отцом. Нужно установить, что права отца есть у другого человека. Опекунам закон такое право предоставляет. Но для нас даже неважно, биологический или нет Алексей отец Богдана — он является таковым в силу закона. Если Алексей по каким-то причинам будет сомневаться, он оспорить это может, но у него нет такого желания».

Алексей не сомневается, Богдан — его сын.
Алексей не сомневается, Богдан — его сын. Кадр YouTube/ Первый канал

Судебное разбирательство по иску Алексея Шевченко к органам опеки состоится сегодня, 27 августа. А иск от опекунов по оспариванию отцовства Алексея назначен к рассмотрению другому судье завтра. На суд должны явиться и опекуны, и бывшая супруга мужчины, он сам и органы опеки.

«На предварительном заседании адвокат спросил представителя органов опеки: „Вы не отрицаете, что допустили нарушение и не получили отказов от родственников?“, — рассказывает Надежда Лейтер. — В опеке соглашаются и говорят: „Да, допустили ошибочку. Но как же мы теперь заберём его от приёмных родителей? Он ведь их уже называет мамой и папой“. Даже прокуратура вынесла взыскание социальному педагогу, которая должна была взять эти отказы, но на этом все заканчивается. Ребёнка возвращать никто пока не собирается».

«Обстоятельства не являются объективными»

Надежда даже создала в интернете петицию с требованием признать незаконность действий опеки и незамедлительно вернуть ребёнка в семью. Но ответ пока получила только от Уполномоченного по правам ребёнка в Карелии, и тот в социальной сети.

«Обстоятельства, разглашаемые родственниками ребёнка, не являются объективными и в полной мере не соответствуют действительности, — сообщает официальный паблик местного омбудсмена. — Факты, указанные в публикации, были тщательно проверены Уполномоченным, также по ним инициирована прокурорская проверка. По результатам проверки были применены меры прокурорского реагирования.

Что касается биографических фактов членов семьи и последовательности событий, излагаемых в интернете, — они не нашли подтверждения.

Вопрос отмены постановления Администрации Петрозаводского городского округа в настоящее время определятся Петрозаводским городским судом».

 

Мы разыскали и семью опекунов в Волгограде, но до окончания суда они отказались давать какие-либо комментарии.

Также отказались прокомментировать ситуацию АиФ.ru и в органах опеки и попечительства Петрозаводска.

Вот что они рассказали журналистам местного сетевого издания: «Алексей не интересовался судьбой малыша: не принимал участия в его воспитании, содержании, не оформил ему СНИЛС, медицинский полис и регистрацию по месту жительства, — пишет сетевое издание „Петрозаводск говорит“. — Все это свидетельствует об уклонении от исполнения родительских обязанностей и является основанием для лишения родительских прав».

Когда-то Алексей с супругой были счастливой семейной парой.
Когда-то Алексей с супругой были счастливой семейной парой. Кадр YouTube/ Первый канал

«Не существует правила, по которому, прежде чем устроить в семью ребёнка, обязаны испросить согласия родственников. Это выдуманная формальность, — говорит адвокат Наталья Карагодина. Она давно сотрудничает с благотворительными организациями как волонтёр и оказывает правовую помощь в вопросах семейного устройства. — Конечно, согласно ст. 123 Семейного кодекса РФ устройство в семью требует сохранения преемственности в воспитании и кровная семья лучшее место для ребенка. Но это и не препятствие к устройству ребенка в семью, лишившегося попечения родителей, как в данном случае. На самом деле органы опеки разыскивают родственников, но нужно понимать, что картина, при которой родственники — отец, тетя или часто бабушка — годами навещают детей без намерения их забрать — очень частая. Ведь и тут ни тетя, ни бабушка не подали письменного заявления о принятии ребёнка в семью».

Наталья Карагодина отмечает, что опекуны имеют право оспорить отцовство и требовать назначения судебно-генетической экспертизы (ДНК). Если суд назначит такую экспертизу, то отец обязан будет на неё явиться, а если откажется — суд имеет право считать факт отцовства неустановленным.

«Срок устройства ребенка — один месяц, — подчёркивает Наталья Карагодина. — Ребёнок был выявлен в январе, отец подал заявление в апреле. Прошло без малого три месяца. Я не вижу уважительных причин, по которым отец не обратился в органы опеки с заявлением и свидетельством о рождении ребенка вовремя».

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество