Примерное время чтения: 7 минут
12066

Шкура неубитого медведя. Кто хотел разделить Россию за прошедшие 400 лет?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 49. Всё путём. Президент проехал по восстановленному Крымскому мосту 07/12/2022
Запад часто пытался высмеять Россию как слишком слабого противника. Карикатура 1903 г.
Запад часто пытался высмеять Россию как слишком слабого противника. Карикатура 1903 г. Commons.wikimedia.org

105 лет назад, 10 декабря (по старому стилю) 1917 г., в Париже было подписано тайное соглашение о разделе России на «зоны действия».

Согласно этому меморандуму, в английскую зону включались Дон, Кубань, Кавказ, Средняя Азия и север европейской части России. Французам отходили Крым, Украина и Бессарабия. Немного погодя среди «интересантов» нарисовались и другие игроки – была заключена договорённость о том, что Сибирь и Дальний Восток становятся «зонами действия» США и Японии. Это был не первый и не по­следний случай, когда условный «коллективный Запад» примеривался поделить такую завидную шкуру неубитого «русского медведя».

Кому мы нужны?

Каждый век отборные армии Европы осуществляли вторжения в пределы России. И всякий раз их целью было вычёркивание, колонизация и порабощение русского народа.

Старт этому «забегу планетарного масштаба» был дан ещё при Иване Грозном. В 1578 г. немецкий авантюрист Генрих Штаден, успевший послужить в опричном войске и бежавший из Русского царства, подал императору Священной Римской империи германской нации Рудольфу II свой «План обращения Московии в имперскую провинцию». Общий итог таков: «Чтобы захватить, занять и удержать страну, достаточно 200 кораблей, хорошо снабжённых провиантом; 200 штук полевых орудий или железных мортир и 100 000 человек: так много надо не для борьбы с врагом, а для того, чтобы занять и удержать всю страну… У русских надо будет отобрать прежде всего их лучших лошадей, а затем все наличные струги и лодьи… Монастыри и церкви должны быть закрыты. Города и деревни должны стать свободной добычей воинских людей». А вот что надлежало сделать потом: «Русскую землю, чтобы лучше ею управлять, надлежит разделить на 2 или на 3 части, ибо она очень обширна… Правители сих частей должны также озаботиться тем, чтобы заселить новоприобретённые земли, поскольку это такая прекрасная страна, что подобной ей я и не видывал». 

Польский триумф

Может показаться, что всё это прожектёрство на западный лад. Однако события, грянувшие несколько десятков лет спустя, показали, что подобные планы, в общем-то, реализуемы. 

Мы привыкли считать, что Смута, поставившая Русское царство на грань гибели, кончилась в 1612–1613 гг. На деле же это была лишь краткая передышка. В 1618 г. по истерзанной России нанесли новый удар. Королевич Владислав с 8 тыс. ­поляков и европейских наёмников, а также его подручный, гетман Пётр Сагайдачный с 20 тыс. «украинных казаков» атаковали Москву. Столицу тогда отстояли, но по итогам Деулинского перемирия Россия в одночасье теряла все территории, которые московские государи кропотливо и бережно собирали и возвращали под свою руку в течение полутора веков. Смоленск, Чернигов, Новгород-Северский, вся Брянщина, калужские земли и даже часть нынешней Тверской области отходили полякам. Уйти с этих территорий дозволялось только духовенству, дворянам и купцам. Крестьяне и посадские люди должны были стать польскими подданными. Речь Посполитая не желала получить пустыню – ей требовались не только земли, но и дешёвая рабсила.

Европа против России

XVIII столетие закрепилось в нашем сознании как век триумфов русского оружия. В числе прочих побед значится и «Преславная Полтавская виктория» 1709 г. Мы воспринимаем её как эпизод Северной войны. Однако в реальности Полтава – чуть ли не единственный случай в нашей истории, когда задуманное вторжение, расчленение и колонизацию России удалось остановить на дальних подступах. 

Планы Карла XII тогда были следующими: занять Москву и оттуда диктовать условия мира; Петра I свергнуть с престола, если понадобится – убить; Псков, Новгород, балтийское побережье, Архангельск и всё Белое море отходят к Швеции. Украина и Смоленщина – к Польше, Астрахань, южные земли и Поволжье достаются туркам и крымским татарам. Вот как пишет об этом американский историк Роберт Мэсси: «Государственные деятели всех стран с нетерпением ждали новостей о том, что Карл снова одержал победу и его знаменитая армия вошла в Москву… Швеция, уже хозяйка Севера, стала бы повелительницей Востока, арбитром всего, что происходит между Эльбой и Амуром. Холопская Россия распалась бы по мере того, как шведы, поляки, казаки, турки и, возможно, китайцы отрезали бы от неё солидные куски».

В XIX в. предпринимаются уже две попытки. Первая – вторжение «Великой армии» Наполеона, собравшей под своими знамёнами чуть ли не всю Европу. Принято считать, что целью «русской кампании» было принуждение России к миру и союзу с Францией. Однако есть любопытный документ, поданный Наполеону накануне вторжения французским дивизионным генералом польского происхождения Михалом Сокольницким. Согласно его меморандуму, европейскую часть России после завоевания надлежало разделить на ряд марионеточных государств – герцогства Ливонское, Полоцкое, Смоленское, Мстиславское, Черниговское и Полтавское. А те земли, что тогда назывались Новороссией – включая Крым и вплоть до Дона, – должны были сформировать особое государство, которое получало название Наполеонида. По замыслу Сокольницкого, «туземцы ­Наполеониды снабжали бы Ваше Императорское Величество дешёвым хлебом». Налицо те же игры в «разделить-поработить-колонизировать».

Вторая попытка – война ­1853–1856 гг., которую мы называем Крымской, французы – Восточной, англичане – Русской. Её цели никем и не скрывались, о них открыто писали европейские газеты: «Аландские острова и Финляндия возвращаются Швеции; Прибалтийский край отходит к Пруссии; королевство Польское должно быть восстановлено как барьер между Россией и Германией; Молдавия, Валахия и всё устье Дуная отходят к Австрии; Крым и Кавказ отбираются у России и отходят к Турции… Хорошо бы вернуть Россию к обработке внутренних земель, загнать московитов вглубь лесов и степей».

Итого. «Пили бы баварское»?

В XX в. попыток было минимум три. Первую задумали в 1917 г. и принялись осуществлять в ­1918–1921 гг. – это тот самый план раздела России на «зоны действия», перешедший в реальную интервенцию держав Антанты на территорию России. Режим, введённый интервентами на захваченных территориях, был чудовищен. В Архангельской губернии, куда в те времена входил и весь Кольский полуостров, насчитывалось менее 600 тыс. жителей. За 1,5 года интервенции в каторжные тюрьмы и устроенные англичанами концлагеря на острове Мудьюг и в бухте Иоканьга было брошено более 55 тыс. человек – то есть практически каждый десятый житель губернии.  

Вторая попытка – нацистский «Генеральный план Ост» 1940–1942 гг., который предполагал колонизацию и германизацию всей европейской части СССР, а также физическое истребление как минимум 30 млн русских людей. 

Третья попытка продолжалась в течение всей холодной войны. В 1949 г. был утверждён план «Дроп­шот». Предполагалось нанести удар 300 ядерными и 29 тыс. фугасными бомбами по 100 советским городам и посёлкам и осуществить вторжение 250 дивизий. Итогом должна была стать «оккупация территории СССР, расчленение его на четыре зоны с дислокацией американских войск в ключевых городах».

Эта попытка частично удалась. СССР развалился, а часть бывших союзных республик перешла, по сути, под внешнее управление заокеанских хозяев. Теперь их руками пытаются проделать то же самое с Россией. Но исторический опыт показывает, что это опасные игры. Та же Польша, торжествовавшая в XVII в. победу, в следующем столетии была загнана в дальний угол. А французские и немецкие планы по разделу и колонизации России закончились визитом русской армии в Париж и Берлин.

Оцените материал
Оставить комментарий (3)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах