aif.ru counter
16887

Как тебе такое, Робинзон? История русских моряков, выживших на Шпицбергене

Сюжет Всемирная история с Андреем Сидорчиком
«Море студеное», 1954 год.
«Море студеное», 1954 год. © / Кадр из фильма

В 1719 году английский писатель и публицист Даниэль Дефо опубликовал роман «Робинзон Крузо». Полное название произведения звучит так: «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего двадцать восемь лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки близ устьев реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля кроме него погиб; с изложением его неожиданного освобождения пиратами, написанные им самим».

Герой Дефо и его прототип

Роману суждена была всемирная слава — им зачитываются в разных уголках мира на протяжении вот уже 300 лет. Путешественники, которым суждено было оказаться во время своих странствий в одиночестве в изоляции от остального мира, теперь неизменно именуются «робинзонами».

Считается, что за основу своей истории Дефо взял биографию шотландского моряка Александра Селкирка.

Вообще-то настоящая фамилия моряка была Селкрейг, однако после ошибочной записи в судовом журнале его все стали именовать Селкирком.

Будучи боцманом судна «Сэнк пор», Селкирк конфликтовал с лейтенантом Томасом Страдлингом, командовавшим судном. В 1704 году у берегов Южной Америки Селкирк в очередной раз вспылил и потребовал высадить его на необитаемом острове. Страдлинг исполнил его пожелание.

Одумавшийся боцман просил не уплывать без него, но капитан был неумолим. Так Селкирк оказался в полном одиночестве на острове Мас-а-Тьерра архипелага Хуан-Фернандес.

Положение моряка было незавидным, но и не совсем безнадежным. Ему были оставлены ружьё, запас пороха и пуль к нему, топор, нож, огниво, котел, пара фунтов табака, сундучок, навигационные приборы, Библия, другие книги духовного содержания и трактаты по навигации.

На острове росли дикие репа, капуста, черный перец, было немало ягод. Фауна острова была представлена морскими львами, тюленями, черепахами, многочисленными птицами.

Кроме того, на острове ранее жили испанские колонисты, после которых осталось поголовье коз. Одичавшие животные размножились, что помогло Селкирку разнообразить свой рацион их мясом. Часть коз ему удалось вновь одомашнить, благодаря чему у Селькирка появилась возможность пить молоко. Из шкур коз он шил себе одежду.

Компаньонами моряка стали кошки, также оставшиеся на острове после испанских колонистов.

Селкирк пережил на острове нападение испанцев, причаливших к берегу на двух кораблях Испания и Англия в тот момент находились в состоянии войны, и британцу пришлось скрываться от врагов в глубинах острова.

После 4 лет и 4 месяцев жизни на острове Селкирк вернулся на родину на английском судне «Герцог», входившем в состав экспедиции Вудса Роджерса.

Сочинение господина Ле Руа

В 1966 году остров, на котором жил Селкирк, был переименован в Робинзон-Крузо. Еще один из островов архипелага Хуан-Фернандес был переименован в Александр-Селкирк.

При всем уважении к Дефо, Робинзону Крузо и Александру Селкирку, в России в ту же эпоху случались сюжеты значительно круче.

В 1952 году писатель Юрий Герман опубликовал роман «Россия молодая», посвященный эпохе Петра Великого. Одним из его главных героев является поморский кормщик Иван Рябов, в 1701 году сознательно посадивший на мель шведский военный корабль прямо перед пушками Новодвинской крепости.

По сюжету книги кормщик считается погибшим в море во время промысла, однако Рябов возвращается домой после зимовки на Груманте, как жители Русского Севера называли Шпицберген.

Вынужденные зимовки русских промысловиков в суровых условиях Шпицбергена случались многократно, но, поскольку документально их фиксировать было некому, в большинстве своем они остались лишь в качестве преданий.

Но в 1760 году на немецком языке в Риге и Митаве было опубликовано сочинение француза Петра Людовика Ле Руа, много лет жившего в России и занимавшего пост экстраординарного академика по кафедре новой истории Петербургской академии наук. Это сочинение, переизданное в 1766 году на французском языке в Санкт-Петербурге, а в русском переводе появившееся в 1772 году, носило название ««Приключения четырех российских матросов, к острову Ост-Шпицбергену бурею принесенных, где они шесть лет и три месяца прожили».

Ле Руа в России в течение некоторого времени был воспитателем детей графа Петра Ивановича Шувалова, приближенного императрицы Елизаветы Петровны, ставшего впоследствии главой русского правительства.

До Шувалова, владевшего монополией на торговлю салом в Архангельске и Коле, а также имевшего доход с северных рыбных промыслов, дошла история о промысловиках, проведших в изоляции на Шпицбергене более шести лет.

Граф Шувалов был одним из образованнейших людей России своего времени, сразу понял, что этот случай, вполне возможно, не имеет аналогов в мире. Поэтому он решил подключить к делу Ле Руа, поставив ему задачу собрать все факты, проверить их достоверность и, если все подтвердится, написать об этом книгу.

Поморы на промысле. Начало XX века
Поморы на промысле. Начало XX века Фото: Commons.wikimedia.org

Промысел на Груманте

Ле Руа подошел к делу добросовестно. Проверив данные и поговорив с двумя из выживших поморов, специально привезенных для этого в Петербург, француз написал: все, что рассказывают эти русские мужики, является, правдой.

В 1743 году купец Иеремей Окладников нанял 14 поморов из поселка Мезень для китового и моржового промысла на Шпицбергене. Этот промысел являлся для местных жителей привычным делом.

Согласно рукописи мезенского промышленника Фёдора Кисилёва, составленной в 1796 году, для рыбных и звериных промыслов на Грумант и Новую Землю отправляются большие мореходные суда карбасы, поднимающие от 150 до 200 пудов груза. Команда обычно состоит из 10–12 человек, среди которых главный — кормщик. Для выездов на берег и охоту на морского зверя употребляются лёгкие лодки, которые можно вытащить на берег вдвоем.

На промысел отправлялись, как правило, в мае. Бывалые промысловики имели на Груманте свои избы, которые строились из специально привезенного с материка леса. Если все проходило удачно, возвращались домой спустя несколько месяцев

Если же добыча была скудной или море замерзало раньше обычного, оставались на зимовку. Для этой цели заготавливались припасы мука, крупы, мед, масло, топленое молоко, треска, говядина.

Нанятые купцом Окладниковым поморы за восемь дней почти добрались до цели, но затем ветер переменился, и их снесло к восточному побережью Шпицбергена. В трех верстах от берега, напротив острова Малый Брун (он же остров Эдж) их корабль застрял во льдах.

Пролив Фреманнсундет между островами Эдж и Баренца.
Пролив Фреманнсундет между островами Эдж и Баренца. Фото: Commons.wikimedia.org

Ситуация была настолько сложной, что единственным выходом было останавливаться на зимовку. Леса для избы промысловики с собой не везли, но 47-летний кормщик Алексей Химков еще в Мезени слышал от знакомых, что кто-то из его коллег то ли завез на Малый Брун лес, то ли даже построил жилище.

На поиски отправились четверо: сам Химков, 23-летний Хрисанф Химков (двоюродный брат кормщика), 35-летний Степан Шарапов и 30-летний Федор Веригин.

С собой они взяли ружье с 12 патронами, топор, несколько ножей, котёл, мешочек муки, трут, огниво, курительные трубки и немного табаку.

На острове, в двух километрах от берега, они действительно нашли избу с глиняной печью. Хижина была в хорошем состоянии, и выдержать зимовку в ней было вполне возможно.

Против холода, голода и медведей

Разведчики переночевали в хижине, а утром отправились назад, чтобы обрадовать товарищей.

Но на берегу они пришли в ужас – корабля не было. Неизвестно, затонуло ли судно или было унесено внезапно начавшимся штормом в открытый океан. Точно можно сказать, что десятерых промысловиков, остававшихся на корабле, больше никто и никогда не видел.

Четверо поморов оказались в полном одиночестве в одном из самых удаленных уголков Шпицбергена. Это вам не райские места у побережья Америки суровый климат, минимальное количество растительности, отсутствие судоходства. Никто не знал, где они находятся, и шансов получить помощь практически не было.

Никаких припасов и всего одно ружье с 12 зарядами трудно представить более отчаянное положение.

«Оплакав свою участь, стали они помышлять о будущем», написал в своей книге Петр Людовик Ле Руа.

Как уже говорилось, хижина была вполне пригодна для жизни, но нужно было топливо для обогрева. К счастью промысловиков, к берегам Малого Бруна регулярно приносило издалека обломки разбившихся кораблей, а порой и целые деревья. Этого вполне хватало, чтобы решить одну из проблем.

На острове обитали северные олени, питавшиеся скудной северной растительностью. Но как их добывать после того, как закончатся патроны и порох?

И снова удача была на стороне «северных робинзонов» на берегу удалось найти корень сосны, загнутый как лук. Среди деревянных обломков кораблей, которые прибивало к берегу, нашлись гвозди, из которых сделали наконечники для стрел.

На тетиву пошли жилы убитого поморами белого медведя. Он, к слову, стал единственным, которого кормщик с товарищами убили во время охоты. Еще девятерых за время нахождения на острове промысловики умертвили в целях самозащиты мишки ломились прямо в избу, желая полакомиться припасами людей и ими самими. Убивали медведей при помощи рогатин, наконечники для которых сделали из большого железного крюка, найденного на одной из досок

С помощью лука и стрел за все время зимовщики убили боле 250 оленей, которые и составляли их основную пищу. Чтобы заменить пришедшую в негодность одежду, пришлось выделывать кожу.  Иголки сделали из проволоки, нитки из медвежьих и оленьих жил.

Домой за 80 рублей

Охотились русские промысловики и на песцов, зверьков, как известно, чрезвычайно юрких и проворных. Для этого зимовщикам самим пришлось проявлять быстроту и ловкость. Ле Руа, встречавшийся в 1750 году с младшим из зимовщиков, Иваном Химковым, писал, что тот на его глазах в качестве эксперимента на небольшой дистанции опередил в беге лошадь.

Еще один страшный враг жителей Севера — цинга. От нее в таких условиях, кажется, нет никакого спасения. Но и здесь узники Малого Бруна нашли выход. Они ели сырую ложечную траву, пили еще теплую оленью кровь, ели сырое и замерзшее мясо, а также старались как можно больше двигаться.

Это помогло троим из четверых. Федор Веригин, для которого и такой рацион, и вообще условия жизни на острове оказались наиболее тяжкими, умер в 1748 году после пяти лет нахождения в ледяном плену.

Смерть товарища стала серьезным моральным ударом для троих оставшихся. Веры в спасение становилось все меньше. Казалось, они так и умрут, один за одним. Впрочем, несмотря ни на что, поморы собирались бороться до конца.

15 августа 1749 года зимовщики увидели корабль, приближавшийся к острову. Они развели огни и подняли длинный шест с привязанным наверху куском оленьей кожи. Это сигнал заметили, после чего корабль подошел к берегу.

Судно кормщика Амоса Корнилова шло к западному побережью Шпицбергена, но его, как и в свое время корабль Химкова, отнесло на восток.

Корнилов согласился отвезти троих выживших домой, получив обещание по прибытии заплатить ему 80 рублей. На борт были погружены пятьдесят пудов оленьего жира, двести оленьих шкур, больше двухсот шкурок белых и голубых песцов, медвежьи шкуры, а также все самодельное оружие и инструменты Алексея Химкова и его товарищей.

28 сентября 1749 года корабль прибыл в Архангельск. Даже среди местных возвращение людей, пропавших во время промысла шесть лет назад, произвело сенсацию. Собственно, поэтому об этом решено было известить Петербург.

«Море студеное», 1954 год.
«Море студеное», 1954 год. Фото: Кадр из фильма

Легендарная эксперт Кибрид дебютировала в картине о «русских робинзонах»

Достоверность рассказа Алексея Химкова проверяли неоднократно. Уже после первой публикации книги Ле Руа в 1764 году русский ученый Михаил Ломоносов, готовивший экспедицию на Шпицберген, встречался Амосом Корниловым. Тот подробно рассказал Ломоносову об обнаружении Химкова и его товарищей и об их возвращении в Архангельск.

Никаких разночтений и несостыковок обнаружено не было  история выживания русских на Шпицбергене полностью подтверждалась.

В 1954 году режиссер Юрий Егоров снял картину «Море студеное», основанную на книге Ле Руа. Роль Алексея Химкова сыграл знаменитый Николай Крючков, а роль невесты одного из зимовщиков исполнила Эльза Леждей, ставшая затем звездой детектива «Следствие ведут знатоки». «Море студеное» стало дебютной картиной молодой артистки.

А в начале XXI века книгу об Алексее Химкове и его товарищах написал известный американский писатель и альпинист Дэвид Робертс. Его работа называется «Четверо против Арктики. Шесть лет потерпевших кораблекрушение на вершине мира».

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы