Примерное время чтения: 5 минут
22849

Цареубийцы на пенсии. Как в СССР отблагодарили дореволюционных террористов

Россинский В.И. Портрет Веры Фигнер.
Россинский В.И. Портрет Веры Фигнер. Commons.wikimedia.org

14 марта 1926 года специальным постановлением Совнарком СССР «в ознаменование 45-летней годовщины цареубийства 1 марта 1881 г.» назначил пожизненные пенсии оставшимся в живых участникам этого террористического акта  Вере Фигнер и другим.

В результате того (седьмого по счету) покушения на императора Александра II погиб не только сам царь, но и бросивший в него бомбу террорист Гриневицкий. Пятеро непосредственных участников цареубийства  Софья Перовская, Андрей Желябов, Николай Кибальчич, Тимофей Михайлов и выдавший своих товарищей Николай Рысаков  спустя месяц были казнены. Других народовольцев судили в течение трёх лет, большинство получили пожизненные или длительные сроки каторжных работ.

Между тем уже через несколько дней после теракта исполком «Народной воли» опубликовал письмо, в котором заявил о приведении в исполнение приговора царю и выдвинул требование новому императору Александру III изменить политику правительства. В противном случае, говорилось в письме, революция станет неизбежной. Аналогичное заявление сделал на допросе и арестованный лидер «Народной воли» Желябов.

Теракт приравняли к подвигу

Судьба осуждённых народовольцев сложилась по-разному. Многие умерли в молодые годы, не выдержав тюрьмы и каторги. Лишь немногие дожили до старости и революции 1917 года и воочию смогли наблюдать переворот в сознании масс, когда на государственном уровне приравняли террористический акт к подвигу. В марте 1921 года было организовано Общество бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев. В него вошли многие народники, в том числе и организаторы убийства Александра II.

Общество ставило целью не только пропагандировать историю революционного движения в России, но и оказывать материальную помощь старым революционерам. Члены общества имели персональные пенсии, льготы по квартплате и проезду в транспорте, пользовались закрытыми продовольственными и промтоварными распределителями, лечились в специальных санаториях и домах отдыха. В частности, бывшим политкаторжанам полюбилась подмосковная усадьба Михайловское, принадлежавшая до революции графу Шереметьеву. Их дети и внуки отдыхали в специальных детских лагерях, имели преимущества при поступлении в вузы наравне с детьми рабочих.

Фигнер и её Фигнерия

Персональные пенсии старым народовольцам были назначены несмотря на то, что они часто занимали по отношению к большевикам весьма критическую позицию. Как, например, Фигнер, состоявшая до Октябрьского переворота в партии эсеров и призывавшая в середине 1920-х годов к новой революции против большевиков. Правда, «к светлой и духовной». Но большевики оказались незлопамятными, и открытый в 1928 году советскими астрономами астероид был назван Фигнерией. Другой старый цареубийца и участник двух покушений на Александра II Михаил Фроленко также относился к Октябрьской революции весьма прохладно, всю жизнь колебался перед выбором  вступать в большевистскую партию или не вступать. В результате вступил туда только за два года до смерти, которая случилась в возрасте 89 лет в 1938 году.

Вера Фигнер.
Вера Фигнер. Фото: Commons.wikimedia.org

В феврале 1933 года пятерым оставшимся в живых участникам убийства Александра II (Вере Фигнер, Анне Якимовой-Диковской, Анне Прибылёвой-Корба, Фани Морейкис-Муратовой и Михаилу Фроленко) ещё одним постановлением Совнаркома пенсию сделали повышенной  400 рублей в месяц. Средняя зарплата в стране составляла тогда 135 рублей.

Партия прибавит

О персональных пенсиях стоит сказать особо. Придя к власти, большевики отменили царскую пенсионную систему и начали создавать свою. В 1918 году появились пенсии для бойцов Красной Армии, оставшихся инвалидами. 16 июля 1920 года Ленин подписал постановление Совнаркома «О пенсиях лицам, имеющим особые заслуги перед рабочее-крестьянской революцией». Вслед за этим появились и другие — «Об усиленных пенсиях», «О персональных пенсиях лицам, имеющим исключительные заслуги перед Республикой». Пенсии тогда назначались по ходатайствам различных ведомств и уважаемых лиц. Их могли, например, получить видные представители науки и культуры.

Часто вопрос о назначении персональной пенсии решался на самом высоком уровне. Так, в 1928 году по личному указанию Сталина была назначена пожизненная персональная пенсия бельгийскому рабочему и музыканту-самоучке Пьеру Дегейтру, автору музыки «Интернационала», служившего одно время и гимном Советского Союза, и гимном компартии. Очевидно, выплата была немаленькой, поскольку стала единственным источником его существования в последние годы жизни.

Положением о персональных пенсиях 1956 года установили три вида персональных пенсий: союзного, республиканского и местного значения  их утверждали органы власти соответствующего уровня. Дадут или не дадут такую пенсию, зависело ещё и от вышестоящего руководства, у которого могло быть свое отношение к соискателю «персоналки». Хрущёв, например, распорядился назначить членам «антипартийной группы» Маленкова, Молотова и Кагановича пенсии ниже, чем простым министрам.

Персональным пенсионерам союзного значения, имеющим 50-летний партстаж, ежегодно выплачивалось денежное пособие в размере двух пенсий, за 30 лет партстажа выплачивали полторы пенсии. Суммы по тем временам порой складывались внушительные. Например, ушедший в 1988 году на пенсию председатель президиума Верховного Совета СССР Андрей Громыко получил 800 рублей. Простые пенсионеры максимально могли получить 120 рублей плюс 10 процентов прибавки за непрерывный стаж.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах