334

Потенциал не исчерпан. Как фармкомпании найти собственные точки роста

Лекарственное обозрение № 21. Аптеки: реальные или виртуальные? 12/11/2016
© / Africa Studio / Shutterstock.com

Генеральный директор АО «Нижфарм», старший вице-президент STADA AG Дмитрий Ефимов считает, что и на падающем рынке есть ресурсы.

Наша справка
В 2016 году Дмитрий Ефимов назван лучшим высшим руководителем рейтинга «ТОП‑1000 российских менеджеров» в категории «Фармацевтика». Эксперты отрасли ориентировались на результаты, которых компания добилась по итогам 2015 года: выручка АО «Нижфарм» выросла на 28%, прибыль – на 46%, а численность персонала по российскому подразделению холдинга STADA – почти на 8%. При этом объём экспорта АО «Нижфарм» достиг 4,7 млрд рублей в ценах реализации.

Важно, как хлеб

Елена Смирнова, «ЛекОбоз»: Дмитрий Валерьевич, насколько серьёзно просел фармацевтический рынок в связи с кризисными явлениями в экономике?

Дмитрий Ефимов: По сравнению с отрицательной динамикой других рынков, например автомобильного, можно сказать, что фармацевтический рынок почти сохранил исходные позиции. До 2016 года мы практически не замечали тенденции спада, связанного с экономией на лекарственных средствах. Лекарственные препараты — это тот вид продукции, от которого люди отказываются в последнюю очередь.

Однако особенность нынешнего кризиса заключается в том, что он затянулся, постепенно затронув и фармсектор. Снижение по рынку составляет около 5–7% и происходит прежде всего за счёт падения спроса на препараты не первого выбора. В частности, потребители всё чаще стали отказываться от дорогих витаминных комплексов и других продуктов, которые влияют на качество жизни, но не несут какой-либо угрозы для здоровья при отказе от их потребления. Те же лекарственные средства, которые необходимы для лечения, люди продолжают покупать, и фармацевтам есть что им предложить.

— За счёт чего фармацевтическое производство может удержаться на плаву, если рынок в лучшем случае стагнирует, а в худшем — падает?

—  То, что рынок прекратил расти, ещё не означает, что отсутствуют возможности для развития. И если мы говорим о фармацевтическом предприятии, то это не только производство. Да, производство — это важная часть, при этом продуктовый портфель формируется не только за счёт собственной продукции, но и продукции, произведённой на партнёрских или контрактных площадках. Одной из важнейших предпосылок успешного развития в кризис являются сбалансированность и разнообразие портфеля, присутствие в нём препаратов разных ценовых групп. Разумеется, особого внимания требуют технологии продвижения товара, работа с клиентами, грамотная маркетинговая политика. Думаю, что каждая фармацевтическая компания может найти собственные точки роста даже на падающем рынке.

Нюансы импортозамещения

— Зарубежные лекарственные препараты пока не попали под санкции-антисанкции, но в перспективе всякое может случиться. Что вы думаете о модной теме импортозамещения?

—  Импортозамещение последние несколько лет действительно стало очень модным понятием, однако зачастую оно употребляется не совсем корректно. В моём понимании об импортозамещении можно говорить, когда зарубежные закупки резко ограничены и приходится искать выход из ситуации путём использования только отечественных аналогов. При этом надо понимать, что лучшие фармацевтические практики, увы, не российские, наши компании пока не входят в число лидеров мировой фарминдустрии. Другой вопрос — локализация, то есть перенос лучших зарубежных решений на территорию России. На сегодня у нас уже создано немало локальных производственных площадок, в том числе на базе фармацевтических кластеров. Этот процесс начался задолго до введения санкций и разговоров об импортозамещении. Локализация — это однозначно позитивное явление, имеющее отношение к обеспечению лекарственной безопасности нашей страны.

— Какую поддержку могло бы оказать государство для развития отрасли?

— Уже несколько лет в России реализуется программа поддержки российских фармпроизводителей, обозначенная в Стратегии «Фарма‑2020». Многие принятые инициативы успешно внедрены и работают.

Если говорить о поддержке не только производителя, но и фармрынка в целом, то и здесь есть немалые резервы. Российский фармацевтический рынок обладает существенным нереализованным потенциалом, особенно в части государственного стимулирования платёжеспособного спроса. В развитых странах этот потенциал реализуется, в частности, благодаря системе страхового лекарственного обеспечения.

Безусловно, в нашей стране государство тоже оказывает влияние на развитие фармрынка: действуют программы ДЛО, «7 нозологий», осуществляются государственные закупки лекарственных препаратов для стационаров. Но всё это в сумме не превышает 25% от общего объёма реализуемых лекарственных средств. Три четверти рынка обеспечиваются за счёт личных средств населения.

Что делать с «кадровым полуфабрикатом»

— Современный кризис в отличие от предшествующих не сопровождается безработицей, и найти достойных сотрудников сложно практически во всех отраслях. Каких специалистов не хватает российским фармацевтическим предприятиям?

—  Не знаю, как у других, но мы не чувствуем дефицита по большинству специальностей. Возможно, потому, что мы всегда уделяли большое внимание формированию позитивного имиджа компании как работодателя, предлагая конкурентоспособную заработную плату, возможности карьерного роста, социальную поддержку. К нам охотно идёт молодёжь. Основная проблема кроется в производственных кадрах, здесь объективно существует дефицит специалистов.

— С чем это связано?

—  Нужных нам специалистов готовят только два вуза в стране. Мы, конечно, стремимся работать с кадрами заблаговременно, подыскиваем лучших студентов ещё на этапе обучения, проводим профессиональные олимпиады. Однако грамотных технологов всё равно не хватает. И в дальнейшем — с развитием фармпромышленности в России — ситуация будет только усугубляться. Рынку нужно больше, чем сейчас могут предложить вузы.

— Но фармацевтических вузов и факультетов в стране достаточно.

—  Да, но их выпускники не подготовлены к работе на современном фармацевтическом производстве. Грубо говоря, это некий полуфабрикат профессионала, которого нужно доучивать дополнительно. Благо у нас в компании есть люди, которые могут передать свои знания и опыт. Мы стараемся удерживать готовых специалистов, создавая благоприятные условия для работы. В Нижнем Новгороде это делать проще, поскольку других крупных фармпроизводств здесь нет, в Калужской области, где у нас находится вторая производственная площадка — «Хемофарм», гораздо сложнее. Там реализован один из крупнейших в России фармкластеров, что приводит к серьёзной конкуренции за производственные кадры.

— Какие специалисты вам ещё могут понадобиться?

—  В связи с переходом российских фармпроизводителей на стандарты GMP отрасли требуются специалисты по управлению качеством. Считаю, что было бы целесообразно выделить управление качеством в отдельную дисциплину в вузах и готовить кадры с учётом требований GMP.

— А как обстоят дела с управленческим профессионализмом? Не кажется ли вам, что тотальное увлечение западными технологиями менеджмента не всегда полезно для фармацевтической отрасли? Что правильнее: знакомить управленцев со спецификой отрасли или готовить менеджеров из числа тех, кто знает производство?

—  Важны не только знания и навыки, но и тип личности, особенности характера. От производственника требуются аккуратность и точность, от управленца — стратегическое мышление, стрессоустойчивость, организаторские способности, амбициозность, умение ставить цели и достигать их. Если человек обладает этими качествами, то сумеет понять и специфику фармацевтической отрасли.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Самое интересное в соцсетях

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы