aif.ru counter
3997

Чему учить в школе. Почему академики и профессора не могут договориться?

Ещё в начале года президент потребовал обновить до 1 декабря образовательные стандарты. Проще говоря, требования, чему и как должна учить детей школа. С тех пор в обществе не утихает острая дискуссия. 

Педагоги, профессора вузов, академики никак не могут договориться, каким на выходе из школы должен быть российский школьник, получивший аттестат об образовании. И прежние стандарты принимались непросто и с большой критикой. Зачем понадобились новые, в чём их отличие, как они соотносятся с мировой практикой?

«АиФ» узнал мнение академика Российской академии образования, доктора географических наук, профессор Виктора Дронова.

Юлия Борта, АиФ.ru: Виктор Павлович, так с чем связана необходимость новых школьных стандартов?

— Прежде всего мне хотелось бы уточнить, что, говоря о проекте новых стандартов, неправильно рассматривать их как абсолютную альтернативу действующих. Да, они во многом различаются, но большинство принципиальных положений действующих стандартов сохранены как доказавшие свою важность и жизнеспособность. То есть в отличие от ряда предыдущих попыток разработки школьных стандартов — а их было 5 или 6 — в данном случае обеспечена определенная преемственность. Чего, кстати, практически не было при разработке действующего стандарта. Так называемые стандарты 2004 года и действующие Федеральные государственные образовательные стандарты (ФГОС) по своей идеологии антиподы. 

— Если есть преемственность, для чего же тогда понадобился новый проект стандартов? 

— По закону стандарты должны обновляться не реже одного раза в десять лет. Действующие стандарты начального общего образования приняты в 2009 году, основного общего образования — в 2010 году, то есть школа с ними работает уже 10 лет. Довольно понятно, что в них удалось, а что требует корректировки. 

— Но сроки — формальная причина, а что конкретно и почему потребовало обновления? И почему учителю сложно работать с действующими стандартами? 

— Здесь придется обратиться к истории разработки действующего ФГОС. Он задумывался как комплексный проект. Текст его главного документа, собственно стандарта, создавался как набор общих установок развития образования. По стилю он больше походит не на стандарт, а на концепцию. Положения, сформулированные в нем, верны, но слишком обобщенны и не могут выполнять полноценные функции стандарта. Поэтому по первоначальному замыслу эти общие положения должны были конкретизироваться в программах, методических рекомендациях для учителей. Но эти самые школьные программы так и не были сделаны. В школу пришли только общие тексты, краткие формулировки ФГОС. В итоге все остальное — написание конкретных программ, уроков и т. д. — легло на плечи учителей. Но национальные традиции российской системы образования таковы, что учитель привык работать с достаточно определенным предметным содержанием. А что прикажете делать, например, учителю химии, от которого требуют конкретных образовательных результатов по предмету, а он, пытаясь перестроить учебный процесс в соответствии с требованиями ФГОС, не понимает, как это сделать. Потому что видит в стандарте 6 (на весь школьный курс!) формулировок типа «приобретение опыта использования различных методов изучения вещества»? 

Школа, учителя, ученики, родители были поставлены в очень сложное положение не только в плане реального образовательного процесса, но и в деле обеспечения учебниками. Используя обобщенные формулировки действующего ФГОС, было невозможно провести обоснованную экспертизу учебников на соответствие его требованиям. Все соответствовали. Это привело к гигантскому количеству учебников по одному и тому же предмету. При этом каждый учебник имел свою структуру, методику, манеру изложения и пр. 

— Но, может, это наоборот хорошо, ведь многообразие открывает широкие возможности для индивидуализации обучения? 

— Вовсе нет. Ведь каждый ученик в классе не учится по «своему» учебнику. Да и учитель не сможет вести урок одновременно по нескольким учебникам. А вот негативные последствия подобного «разнообразия» были очень значительны и многообразны. 

Фактически было нарушено единство образовательного пространства страны. Тогда как, согласно федеральному закону «Об образовании», это главная задача ФГОС. Подобное единство — не просто важный критерий работы образовательной системы. Оно, без сомнения, одно из важных условий обеспечения национальной безопасности страны. Наряду с политическими рисками возникли и существенные социальные издержки. В тяжелейшем положении оказываются учащиеся при переходе из одной школы в другую. Родители несут дополнительные затраты и на покупку новых учебников, и на репетиторство. Возникли сложности в разработке проверочных процедур и т. п. 

— В чем самое главное отличие нового проекта от действующих стандартов? 

— По прошествии последних 10 лет, на мой взгляд, можно констатировать: действующий ФГОС в том виде, в котором он дошел до школы, по названию стандарт, а по содержанию — нет. Поэтому и назрела необходимость его доработки. Министерству образования и науки Российской Федерации было поручено обеспечить единое образовательное пространство на всей территории страны, чтобы дети от Москвы и Калининграда до Дальнего Востока получали одинаково качественное образование. Разработка нового проекта стандарта — практическая реализация данного поручения. 

— А как новый проект стандартов соотносится с мировой практикой? 

— Отставание российского образования от передовой мировой практики — любимая «страшилка» определенной части нашего педагогического сообщества. Но никакой единой мировой практики в области школьных стандартов нет, как нет и единого «мирового уровня». В разных странах стандартизация школьного образования ведется в различных формах. Она, кстати, совсем не обязательно предполагает использование термина «стандарт». Но это не главное. Гораздо существеннее другое. Практически во всех странах так называемые (или не называемые) «стандарты» разрабатываются с учетом ценностей и традиций национальных систем образовательных. Более того, в ряде стран, находящихся в числе мировых образовательных лидеров, вообще не применяют термин «стандарт», считая, что он задает неправильные установки для образования: увлечение тестированием и пр. В этих странах используют совершенно иные, более близкие и понятные и для российской образования документы: Национальная образовательная (учебная) программа (Великобритания), Национальный учебный план (Финляндия и Швеция). Само понятие «национальных ценностей и традиций» отнюдь не означает следования законсервированным догматам, а нацеливает на необходимость подготовленных изменений системы образования, учитывающих и ее лучшие традиции, степень ее готовности к внедрению предлагаемых новшеств. В этом плане проект новых стандартов сохраняет необходимую преемственность, возвращая в школьное образование лучшие традиции отечественной школы. А многие сильные стороны российского образования бесспорны, несмотря на имеющиеся попытки их извратить. 

— К проекту новых стандартов предъявляется много претензий. Например, его большой объем, который затруднит работу с ним. Якобы стандарт излишне жестко разбит по годам обучения, излишне детализирован и т. д. 

— На мой взгляд, странная претензия. А сколько страниц в примерных образовательных программах? Ведь учителя же работают с ними? Да и зачем учителю работать со всем стандартом? Он использует общие, основополагаюшие разделы, плюс раздел по своему предмету. 

Возьмем и другой пример. Мы ведь любим по любому случаю оперировать зарубежным опытом. За рубежом большой объем стандартов никого не смущает: британская национальная программа по математике для школы — это 23 страницы текста. А что касается разбивки и детализации, для примера можно обратиться к той же британской программе, где, например, по математике подробно расписано, чему должен научиться ученик на каждом году обучения. 

— Но ведь столь подробное описание не оставит места для творческих экспериментов учителей, считают критики новых стандартов. 

— Могу всех успокоить. В новой редакции сохранено важное положение действующих ФГОС о том, что для обеспечения принципа вариативности предметное содержание, описанное в стандарте, рассчитано примерно на 2/3 учебного времени, остальное содержание на федеральном уровне не регламентируется и формируется участниками образовательных отношений. Вот вам и простор для творчества и индивидуализации. 

— А что делать с требованиями к материально-техническому оснащению? Не все школы, особенно сельские, смогут им соответствовать. 

— Вопрос непростой, особенно если стандарт трактовать как уголовный кодекс: нет чего-то — закроем. Но действующий стандарт тоже обвиняли в завышенных требованиях. А разработчики справедливо отвечали, что одна из функций стандарта — мотивируюшая, показывающая направление необходимой перестройки. В новом проекте, на мой взгляд, тоже поставлена задача обеспечения того, что должно быть. И, если этого нет сейчас, к этому нужно прийти через определенное время. Критики нового стандарта возмущаются: где взять концертный зал? Но в стандарте же не написано, что это должен быть зал Чайковского. В школе это может быть выделено небольшое помещение для организации каких-то мероприятий. То же со спортивным залом. 

Я, например, учился в школе довоенной постройки. Специально построенного спортзала не было. Как вышли из ситуации: объединили на первом этаже две классных комнаты. В них и шли уроки. А спортзал пристроили, но много позже. Приведу другой пример, из стандартов высшей школы. В них написано, что каждый вуз должен иметь стадион. Понятно, что не у всех он есть и не везде его можно построить. Выход — аренда у счастливых обладателей. Я думаю, что перечень подобных требований стандарта важен еще и потому, что он позволяет школе ставить соответствующие вопросы перед муниципальным и региональными органами власти. 

— Чем же объяснить такую непримиримую дискуссию вокруг проекта новых стандартов, если их необходимость так очевидна? 

— В нынешней дискуссии нет ничего необычного. Образование — сложно организованная система, затрагивающая интересы различных слоев и структур общества. Поэтому достичь абсолютного консенсуса по большинству проблем и вопросов, на мой взгляд, невозможно. Дискуссия, если она ведется корректно и доказательно, очень полезна для поиска истины. 

К сожалению, сегодняшнюю дискуссию относительно нового проекта часто отличает другое: эмоциональные, мало аргументированные оценки, нетерпимость к иному мнению и иным трактовкам и т. п. Это само по себе печально. Но в определенной мере это следствие того, что в начале пути работы над отечественными стандартами не было сделано главное: не было разработано четкое «техническое задание» на проектирование национального формата ФГОС. Мы пошли более долгим и сложным путем, путем экспериментов. Дискуссия связана и с тем, что обществе нет единства мнений по многим вопросам, в том числе и во взгляде на основные функции школы. По результатам исследования Института образования Высшей школы экономики и корпорации «Российский учебник», учителя считают своей основной задачей научить учеников «хорошо излагать свои мысли» (89,3% опрошенных) и дать им «хорошие знания по основным предметам» (81,7%). По логике учителей, формирование таких важнейших личностных качеств и компетенций обучающихся, как «находить общий язык, работать с разными людьми», «планировать свое время, расставлять приоритеты», «быть ответственным гражданином», «уважительно относиться в другим людям», — преимущественно зона ответственности семьи. 

В свою очередь родители не ожидают, что в школьных стенах учащихся научат применять на практике полученные знания и критически анализировать информацию и мыслить креативно. Не учитывать эту противоречивость взглядов разных участников образовательного процесса нельзя. В проекте нового стандарта предпринята попытка достижения необходимого баланса. Я бы определил его как еще один важный шаг на пути к созданию эффективной национальной модели ФГОС.

 
 
Оставить комментарий (4)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы