aif.ru counter
03.07.2015 11:09
7463

Трудности и радости. История Елены и семи её приёмных детей

Варя, Елена, Кира.
Варя, Елена, Кира. © / Из личного архива семьи Елены

«Мы жили спокойно, — рассказывает Елена. — Я работала бухгалтером, муж — шахтёром. Сын 15 лет, отличник, самостоятельный, серьёзный мальчик. Второго ребёнка мы хотели давно, были попытки ЭКО/ИКСИ, но они остались неудачными». 

Срочно нужна девочка!

В мае 2009 Елена с мамой посмотрела передачу про мужчину, который один воспитывал нескольких приёмных детей, и эта история сильно её впечатлила. «Мы поговорили дома и решили — нам срочно нужна девочка, — вспоминает она. — На сбор документов у нас ушло 5 месяцев. И вот получили разрешение усыновить трёхлетнюю малышку Наташу

Мы пошли в детский дом знакомиться. В детдом пришло несколько потенциальных мамочек, но одна отказалась и ушла в последний момент. Первой вывели девочку Киру 5,5 лет — именно для той женщины, которая ушла. Кира зашла в зал и начала оглядываться, её никто не звал, а меня потянуло к ней: Кира была моя копия в детстве. Я позвала её к себе, начала с ней разговаривать. Её любимой игрушкой оказалась большая мягкая собака, а у нас дома как раз жила большая собака. 

Елена и Кира
Елена и Кира. Фото: Из личного архива семьи Елены

Тут вывели маленькую Наташу — красивая девочка, большие глаза, волосы длинные, кудрявые, одним словом, ангелочек. А передо мной словно стена: я никого не вижу кроме Киры. Потом был долгий разговор с опекой: Киру два раза брали в семьи и возвращали назад. Но меня уже ничего не могло остановить, это был мой ребёнок, моя дочка». 

Через 17 дней Кира была дома у Елены, в первый раз она обругала всех, пинала собаку и кота. И началось притирание друг к другу... «Долгих 6 месяцев мы, взрослые люди, были в шоковом состоянии — и только нашей Кире было всё нипочём. Мы прошли сложный путь: Кира врала, воровала, бродяжничала, любила нами манипулировать. Я начала искать хороших специалистов, нам нужна была помощь. Нам повезло, с нами начала работать грамотный психотерапевт. Сейчас моей дочке скоро 11 лет, она танцует в шоу-балете (ездила с концертами в Европу), занимается фортепиано, дополнительно посещает занятия по английскому, ходит в бассейн и катается на сноуборде. В школе Кира учится слабо, мы сейчас наблюдаемся у психолога, который нам объяснил, что вся проблема в самой школе: девочка хорошо успевает по английскому и в то же время плохо по русскому, математике. Сейчас она перешла в 5 класс, теперь у неё будут разные учителя по всем предметам, и вот тогда посмотрим на её результаты. А пока приглашаем репетиторов, пытаемся подтянуть учёбу».

От двух до семи

В 2013 году старший кровный сын Елены закончил школу с золотой медалью, поступил в престижный институт в другом городе, в 500 километрах от дома. Сын всегда поддерживал родителей, он знал, как они хотели второго ребёнка, помогал с воспитанием Киры. «Кто отправлял своих детей учиться, тот представляет, какая это тоска по ребёнку, — говорит Елена. — Он уже на 3 курсе, учится на отлично и подрабатывает, к нам приезжает только на каникулах».

Супруги решили взять ещё одного мальчика. Начали смотреть, искать и нашли Романа 3,5 лет. У ребёнка была сестричка Варя 2,5 лет. В апреле 2013 года дети были уже в новой семье. 

Рома, Елена, Варя
Рома, Елена, Варя. Фото: Из личного архива семьи Елены

Елена: «Когда мы забирали детей из детского дома, нас предупредили, что Роман — очень хороший мальчик, а с Варей мы намучаемся. Но оказалось, что всё наоборот: Варя с хорошим интеллектом, подвижный, активный ребёнок, сразу стала любимицей всей семьи. Роман с сильнейшей депривацией, часто стоял в ванне и раскачивался, это было очень жутко. Но мы не стали ждать, когда всё изменится само по себе: пошли к хорошему неврологу, который избавил от всех проблем. Сейчас у Романа есть проблемы с поведением, обучаемостью — у него, как и у Киры, диагноз «минимальная мозговая дисфункция». 

Родители с Ромой и Варей
Родители с Ромой и Варей. Фото: Из личного архива семьи Елены

В 2015 году Елена с мужем смотрели видеоанкеты детей-сирот на сайте фонда «Измени одну жизнь», и супругам очень понравились пять братьев и сестёр. Региональный оператор сказал, что разделять детей не будут, поэтому они и живут в детском доме — ведь не каждый решится взять пятерых сразу. Но приёмных родителей это не остановило. «Мы с мужем начали собирать документы, — рассказывает Елена. — Дети были в другом городе, за неделю до выезда нам позвонили и сказали, что к ним уже приехали приёмные родители и их забирают. Мы решили, что это судьба, а поскольку мы уже подписали заключение, стали искать других». Дети нашлись: Оля 12 лет, её брат Антон 7 лет, Вика 6 лет и Дима 4 лет.

Оля
Оля. Фото: Из личного архива семьи Елены

«Вот так мы и стали большой приёмной семьёй! — говорит Елена. — А на Киру сейчас подали документы на удочерение — это её собственное желание, она хочет поменять фамилию, чтобы никто больше не задавал ненужные вопросы. Когда Кире было 6 лет, воспитательница в детском саду сказала ей, что у детей и родителей должна быть одна фамилия, а у нас разные. Кира была сама не своя, столько слёз было пролито. У меня был разговор с заведующей садом. И так у нас везде многие просто не понимают, что иногда нужно держать язык за зубами. Конечно, Кира уже подросла и научилась на многое не обращать внимания, но для неё важно, чтобы в свидетельстве о рождении были вписаны её настоящие родители, ведь ребёнок постоянно выступает, много ездит по другим городам».

Кира
Кира. Фото: Из личного архива семьи Елены

У всех приёмных детей живы биологические мамы, но только Оля общается с кровной мамой, а Вика — с тётей и родной старшей сестрой. «Я не запрещаю им общаться, — говорит Елена. — Но родственники живут в другом городе, и общение происходит по телефону. Не знаю, как бы я себя вела, если бы родственники жили рядом. Домой к себе не стала бы их приглашать, только на нейтральной территории».

Как приёмные семьи воспринимает общество? 

«Работаю я бухгалтером, коллектив у нас женский (интересы — новые вещи, косметика, покупки, сериалы). Сначала у всех был шок, когда узнали, что я взяла в семью Киру, потом долго рассуждали и решили, что я взяла её из-за денег, — вспоминает Елена. — Мне как приёмной маме платят на содержание ребёнка 7100 рублей и вознаграждение 4500 рублей. Конечно, это большие деньги, если учесть, что прожиточный минимум на ребёнка — 7800 рублей в месяц. А если посчитать одежду, обувь, игрушки, книги, сноуборд, коньки, ролики, репетиторов и все кружки, которые посещает моя девочка? Разговоры не прекращаются — столько гадостей я услышала в свой адрес и в адрес моего ребёнка. Когда собирались в Европу, потом в Турцию, поток грязи был, даже повторять не хочу. Сейчас больше молчу. О том, что я взяла ещё четырёх детей, никому не говорю, иначе начнётся новый виток сплетен. Нужно изменить своё отношение к происходящему или уволиться, но у меня достойная зарплата, если уйду — на что тогда жить? Вот и молчу, ни с кем ни о чём не разговариваю.

Старший родной сын Марк и Варя
Старший родной сын Марк и Варя. Фото: Из личного архива семьи Елены

И такое негативное отношение везде, начиная с отдела образования и кончая родственниками (со многими перестали общаться). Что творят наши чиновники, как они с нами разговаривают — это отдельная тема, в последнее время пишу жалобы, один раз уже написала в прокуратуру. 

Как лично я выхожу из этого негатива? Помогают мои подруги (приёмные мамы), моя семья и интернет. Большое спасибо моей маме, она живёт с нами, без её помощи мы бы не справились, пришлось бы мне уходить с работы. Мой муж, наш папа, много работает, но всегда очень помогает с ребятишками. Сейчас в нашей семье воспитывается семь приёмных детей, живём мы дружно и весело, проблемы решаем по мере поступления».

Смотрите также:

Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество