aif.ru counter
4098

Таких не берут в президенты. Трамп в Китае был бы максимум главой деревни

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 28. От бедности до сытости иногда один шаг 08/07/2020
Китайский миллиардер Лю Хань, приговоренный в 2015 году к смертной казни. Он брал взятки и продвигал на должности своих родственников и друзей.
Китайский миллиардер Лю Хань, приговоренный в 2015 году к смертной казни. Он брал взятки и продвигал на должности своих родственников и друзей. © / Pang Xinglei / www.globallookpress.com

Чем ближе президентские выборы в США, тем чаще в мировом обществе звучит вопрос: а так ли уж хороша их выборная система?

Прочитано  в  сети

Ужинали с китайцем – хозяином фабрики, речь зашла о политике. Торговая война Китая и США, требования «репараций» за вирус и прочее. В один момент китаец говорит: «Да если бы Трамп был китайцем, он максимум на какую должность мог бы претендовать – это глава деревни. Какой он президент? Позорище».

Я отвечаю: конечно, у вас же прямых выборов президента нет, поэтому и не смог бы. «Нет, – говорит китаец. – Дело в другом. Потому что у нас меритократия!»

Я попросил его объяснить, в чём же суть меритократии в Китае. Вот что он мне рассказал.

Низшее звено административного деления – «деревня» или микрорайон в городе. Главу деревни или микрорайона выбирают прямым голосованием местные жители. Из кого выбирают? Обычно это старшие по подъезду или старшина улицы и подобные активисты-коммунисты. Все кандидаты должны иметь выс­шее образование, быть членами компартии (кого попало туда не берут, даже экзамены какие-то есть) – то есть даже на этом этапе отбор.

Поехали дальше: нужен глава района города (или уезда в сельской местности). Из кого будем выбирать? Из числа глав деревень или микрорайонов. К выборам допущены будут только лучшие, каждый микрорайон анализируется – обстановка, порядок, чистота, вывоз мусора и прочие моменты. Тут прямых выборов нет, главу выбирает совет компартии соответствующего района. Впрочем, члены совета выбраны из местных жителей.

Нужен мэр города. Из кого будем выбирать? Из глав районов с лучшими показателями. Глава провинции (губернатор области) выбирается из числа лучших по показателям мэров городов и глав районов области.

После того как губернатор показал себя в своей должности, он может быть избран членом политбюро (Госсовет – аналог в новых поправках в российскую Конституцию). Допускаются к высшей власти только лучшие губернаторы, оценивается экономика региона, рабочие места, борьба с бедностью, экология и прочее.

Президента выбирают обычно из числа членов политбюро и/или из губернаторов провинций. «Левых» людей даже не допустят к выборам, в принципе это невозможно. Даже если он лучший друг, сын, одноклассник влиятельного человека, протащить его во власть ни­кто не даст.

Я говорю китайцу: «Ага, а как же текущий президент? Он же сын шишки из компартии. Точно по блату стал президентом». Да, говорит, он сын влиятельного человека. Но! Начал свою карьеру с того, что во времена культурной революции чистил загоны со свиньями. При этом оставался в компартии, был активистом, стал главой деревни, прошёл все ступеньки и стал в итоге президентом. Через 30 лет безупречной карьеры.

А кто такой Трамп? Бизнесмен, три раза обанкротившийся? Ну, главой деревни его можно ещё сделать. Если люди выберут и экзамен сдаст. Пусть организацией вывоза мусора займётся, а там посмотрим, лучше он в этом, чем другие главы деревень, и пойдёт ли он дальше. Человека с таким опытом в президенты? Это смешно. Знаешь, говорит, на Западе выбирают «меньшее из двух зол», а в Китае принято выбирать «лучшее из лучшего». Министр обороны? Бывший рядовой. Здравоохранения? Обычный врач с 30-летней безупречной карьерой. В этом суть китайской меритократии – власть должна быть у самых достойных, опытных людей…

Тонкости китайской системы подготовки управленческих кадров комментирует доктор исторических наук, руководитель центра Юго-Восточной Азии Института востоковедения РАН, профессор, завкафедрой истории и регионоведения Московского гуманитарного университета Дмитрий ­Мосяков.

Бюрократия со знаком плюс

– Давайте сперва разберёмся с демократической системой выдвижения кандидатов. У неё есть как свои плюсы, так и минусы. Минусы очевидны: на выборах может победить человек, сумевший угадать настроения масс, но который не обладает при этом возможностями и навыками, чтобы всё обещанное воплотить в жизнь. Выбрали же на Украине Владимира Зеленского.

Вопрос: может такое быть в Китае? Ответ однозначный: в Китае такого быть не может! Потому что в рамках сложной системы отбора руководящих кадров на более высокие должности выдвигается человек, уже имеющий опыт государственной работы на более низких ступенях.

А вот термин «меритократия» (власть достойных) к китайской системе применить сложно. Мы видели множество примеров, как выдвиженцы этой самой системы оказывались в тюрьме, потому что были банальными коррупционерами. Как чиновников публично судили и расстреливали за взятки и расхищение госсредств. Вспомните случай политика Бо Силая, приговорённого к пожизненному заключению за коррупцию. Или бывшего министра общественной безопасности КНР Чжоу Юнкана, у которого были изъяты миллиарды долларов.

Так что правильнее именовать эту систему не меритократической, а бюрократической.

Без партии – ни шагу

В теории через партийное «сито» китайской системы отбора кадров протащить своего человека наверх кажется невозможным. Считается, что ключевой аппарат управления там строится из людей, реально себя проявивших, обладающих опытом. Все должностные лица включаются в так называемый кадровый реестр. Реестр этот курирует отдел административных органов ЦК Компартии Китая. Даже на самую низшую должность человека выдвигает партком. По кадровому реестру можно отследить, как работник движется вверх по карьерной лестнице, нарабатывает опыт.

Но на практике есть масса примеров, когда человек выдвигался не столько из-за своих заслуг, сколько из-за своего происхождения, близости к влиятельным людям. 

К тому же в Китае разработана целая система как поощрений, так и наказаний управленцев: от выражения недовольства до увольнения. В результате складывается двуединая ответственность – и перед людьми, живущими в том или ином городе, районе, области, и перед вышестоящим руководством. Ведь чтобы двинуться на ступеньку выше, человек должен заслужить поощрение своих старших коллег. А чтобы заслужить это поощрение, он должен сделать позитивные вещи для своего города или района – чтобы проверяющие приехали и оценили, как живётся людям под началом этого кандидата. Во многом это напоминает ситуацию в СССР, когда успешным считали руководителя, который мог обеспечить свою область продовольствием, добиться экономического роста и повышения уровня жизни. Тогда, чтобы подняться наверх, надо было обладать определёнными навыками, образованием, хорошей биографией.

Слабостью всех этих систем было то, что принципы их организации постоянно нарушались, верх брали не соображения делового опыта и способностей, а принадлежность к какому-нибудь регио­нальному или социальному клану или группе, когда власть формировалась по принципам личной преданности. Тогда система начинала рушиться и для поддержания её равновесия высшее руководство или устраивало чистки, или, как сегодня в Китае, объявляло войну коррупции и коррупционерам. Если высшие эшелоны власти оказывались не заражены вседозволенностью, такие операции эффективно очищали и мобилизовывали управленческие кадры, резко поднимали эффективность их работы. Если нет, то происходили события вроде переворота в СССР в 1991 г.

Незабытое старое

Китайская система подготовки кадров – это хорошо знакомая нам система демократического централизма, которая была основой компартии Советского Союза. В ней ведь не исключалось обсуждение, выдвижение и сравнение разных точек зрения. До определённого момента это была весьма эффективная система организации партии и власти – вспомните те грандиозные свершения, которых достиг СССР, да и не только он. Многие страны на Востоке до сих пор с успехом её применяют, и их темпы развития – возьмите, например, Вьетнам и Китай – одни из самых высоких в мире. Более того, эффективность, с какой современный Китай борется с коронавирусом, и неэффективность, с какой борются с коронавирусом, например в США, показывает, насколько в критических ситуациях бюрократическая система власти, основанная на принципах демократического социализма, может быть эффективнее демократического хаоса.

Но ведь и демократия раньше не была такой безбрежной, как ныне. Всё начиналось с идеи, что только ответственные люди, обладающие имуществом, могут участвовать в выборах. В Японии, например, в первых в истории выборах участвовали только 12 тыс. избирателей. Считалось, что эти люди авторитетны, опытны и никогда не изберут какого-нибудь никому не известного популиста, не доверят власть сомнительным личностям. А в условиях нынешней системы, когда демо­кратия сменяется охлократией, то есть прихотями толпы, попадающей под влияние разного рода демагогов, любая власть теряет внутреннюю сплочённость и эффективность. А когда власть разделена, беспомощна и малокомпетентна, то и происходят исторического масштаба катастрофы, массовые организованные беспорядки, которые уже стали обычным зрелищем.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы