Примерное время чтения: 8 минут
2731

На распутье. Эксперт Надоршин объяснил, что будет с курсом рубля в сентябре

Yegor Larin / Shutterstock.com

Курс рубля продолжит слабеть, если Центробанк и правительство не примут срочных и решительных мер по возвращению в Россию валютной выручки экспортеров, ограничению движения капитала и снижению цен на импортные товары. Эффективные действия властей укрепят нацвалюту как минимум до 90 рублей за доллар, иначе курс станет трехзначным, рассказал в интервью aif.ru главный экономист консалтинговой компании «ПФ Капитал» Евгений Надоршин.

Сергей Болотов, aif.ru: — Правда ли, что выручка российских экспортеров на миллиарды долларов, которая могла бы спасти рубль от обвала этим летом, застряла в Индии? Говорят, что часть российской нефти оплачена рупиями, на которые ничего нельзя купить.

Евгений Надоршин: — Для меня это удивительно, потому что Индия производит широкий набор фармпрепаратов, различную технику — от смартфонов до автомобилей, грузовиков и спецтехники, драгоценности и не только. Учитывая, сколь крупные объемы техники РФ закупает в Китае, замена хотя бы части поставщиков позволила бы увеличить объемы импорта из Индии на многие миллиарды долларов. Да и недорогие фармпрепараты и субстанции не были бы лишними. Вот и вывели бы валюту, и заодно потребность российского рынка в импортных товарах удовлетворили.

Можно понять нефтяные компании, для которых это будет непрофильный вид деятельности, и потому они не очень хотят этим заниматься. Но при поддержке правительства поставки несырьевых товаров из Индии наладить вполне возможно. Учитывая санкции, можно поставлять энергоресурсы по бартеру, это простой, но эффективный способ избавиться от тех финансовых ограничений, которые Запад накладывает на Россию и ее торговых партнеров.

Другое дело, что мы точно не знаем, сколько именно миллиардов долларов выручки застряло в Индии, ведь торговля там идет не только за рупии, но и за доллары, евро, юани и дирхамы. Возможно, что раз власти не сильно напрягаются по этому поводу, то проблема с рупиями не такая уж большая.

— Товары из Индии дешевле или дороже, чем китайские?

— Индия, насколько я могу судить, вполне в состоянии давать неплохие цены на те же смартфоны и лекарства. Это касается и автомобильного производства, у них есть крупные игроки с очень привлекательными ценами в бюджетных сегментах, а это для российского рынка стало бы настоящим глотком свежего воздуха на фоне тех неадекватных цен на автомобили, которые мы имеем.

Тем не менее Россия сейчас закупает в Китае, Европе и Японии автомобили сотнями тысяч на миллиарды долларов, и это только один вид техники. Многие заменяемые лекарства идут с «Запада» окольными путями. На оплату импорта уходят десятки миллиардов долларов. Если бы ответственным министерствам удалось бы найти нужный импорт по более низким ценам, то дополнительного спроса на валюту удалось бы избежать, а значит — и резкого повышения ключевой ставки, которое мы наблюдали 15 августа.

— Пока рублю повышение ставки ЦБ не особенно помогает.

— Проблемы с курсом столь остро проявились в том числе потому, что правительство опаздывает не только с импортом и решениями по валютной выручке, но и с валютными интервенциями, а также другими мерами регулирования. Вместо этого они пытаются выйти из сложившейся ситуации путем резкого повышения ключевой ставки. Хотя этот инструмент не предназначен для того, чтобы прямо влиять на курс рубля.

В сложившихся обстоятельствах совершенно неправильно кивать только на Центробанк. У проблемы слабого рубля гораздо более широкий спектр ответственных, начиная от профильных министерств и комитетов в правительстве и заканчивая таможенной службой. За недостатки в работе правительства и резкое ужесточение денежно-кредитной политики будет расплачиваться вся страна. Курс рубля — это следствие и индикатор этих недостатков.

— Почему бы не обязать российских экспортеров сбить тенденцию на ослабление рубля продажей валютной выручки?

— Судя по дискуссии в СМИ, какой-то потенциал у этой меры есть. Однако возврат валюты в Россию сегодня сильно усложнился из-за санкций против российских банков. Значительная часть российских компаний создали запутанную сеть зарубежных структур, на которых они накапливают валюту и затем используют ее для различных целей, как для экспорта, так и для параллельного импорта. Они научились строить сложные маршруты движения товара и скрывать происхождение денег на его оплату, подставляя различные юридические лица из разных стран и регионов.

Свобода маневра этим ребятам нужна, но все это работает не только как защита от санкций, но и в обратную сторону. Тем не менее, полагаю, добиться возвращения большей доли валютной выручки — посильная задача для ЦБ и правительства, которую, полагаю, сейчас полезно решить. Они сами уже несколько месяцев говорят, что для стабилизации рубля в стране не хватает доходов от экспорта, и это основная причина падения курса.

— Выходит, что сейчас курс рубля прямо зависит от эффективности работы правительства?

— Безусловно, это так и есть. Те условия, в которых Россия оказалась из-за санкций, весь этот огромный комплекс внешних ограничений делает очень многие показатели в экономике очень зависимыми от эффективности деятельности правительства. К сожалению, она оставляет желать лучшего.

Прошлым летом у нас доллар стоил на минимуме 55 рублей, а недавно дошел до 102 рублей — отличие почти в два раза. Экономика такого размера, как российская, не может называться стабильной, когда столь значимый параметр, как курс национальной валюты, в течение приблизительно года меняется в два раза. Такая амплитуда колебаний — это, мягко говоря, ненормально, и работать над этой проблемой активнее надо было начинать еще в прошлом году.

Кстати, в 2022 году удалось избежать негативного воздействия многих санкций на экспорт, и это позволило российской экономике чувствовать себя увереннее, чем могло быть. В этом году проблем стало больше, но есть и возможности их решать. У России остался доступ к резервам в юанях, сохранились резервы в золоте на сотни миллиардов долларов. Все это можно использовать для поддержания курса, и, если нехватка экспортной выручки временная (официальная позиция такова), то это была бы самая эффективная мера.

— Власти боятся остаться без резервов?

— На то похоже. Не впервой. Безусловно, резервы полезны не сами по себе, а как финансовый инструмент. И тратить их надо не ради поддержания курса рубля как такового, а чтобы избежать негативных явлений в экономике, которые уже начали проявляться. Все импортные товары и отечественные с импортными компонентами дорожают, дорожает еда, а значит, и рабочая сила.

Люди вынуждены тратить больше, а потреблять меньше, это тормозит экономический рост. Само государство увеличивает расходы на решение задач, которые при крепком рубле обошлись бы бюджету дешевле. Возвращаясь к теме рупии, возможно, нет смысла экспортировать нефть или другие энергоресурсы, если экономика потом не может с пользой распорядиться выручкой от этих операций.

— А рынок сам себя не отрегулирует без помощи государства, как нам много лет говорили?

— Доказана возможность для рынка быть эффективным только в условиях, когда вся важная информация в максимально возможном объеме доступна самому широкому кругу участников, и у всех есть свобода действий. Наши условия совершенно не такие, поэтому невозможно рассчитывать на эффективность рынка на регулярной основе. Доступ к важной информации о внешней торговле и не только ограничивают сами власти РФ. Рынок также сильно ограничен санкциями и контрсанкциями с обеих сторон и уже неплохо зарегулирован. В этой ситуации, боюсь, временные вмешательства с целью поддержания стабильности — норма. Это сейчас сродни антимонопольному регулированию, борьбе с картелями и иными мерами по борьбе с неэффективностями рынка.

— Что будет с рублем в сентябре?

— Сейчас все выглядит так, как будто эффект от повышения ключевой ставки оказался довольно ограниченным. Мы увидели, что рубль отступил от уровня 100 за доллар, но не так уж сильно — до 93 за доллар, а теперь и вовсе ослаб до 96. Обесценивание рубля продолжается, он все ближе и ближе приближается к трехзначным курсам.

Повторю: ключевая ставка — это не инструмент прямого воздействия на валютный рынок. Должно пройти много различных процессов в экономике, чтобы изменение ставки сказалось на курсе рубля. Теперь этот путь еще длиннее, потому что на российском рынке нет значительной части игроков-иностранцев, и не все инструменты влияния на курс работают, как раньше. Так называемые каналы передачи воздействия от ставки на валютный курс существенно подпорчены, их эффективность гораздо ниже, чем обычно.

При прочих равных это означает, что резкого укрепления рубля мы, видимо, не получим, хотя резкое повышение ставки ЦБ нам показал. Чтобы обеспечить укрепление рубля на коротком интервале времени к решениям ЦБ о ставке, потребуются дополнительные меры, но не факт, что они последуют. На более длинном ставка все же должна помочь рублю подорожать.

Видно, что российские власти готовы бороться за стабильность рубля, но делают они это не очень эффективно и с побочным ущербом для экономики. Удержать курс около 90 рублей за доллар вполне возможно, более того, экспорта для этого, по статистике, достаточно, но я вынужден признать, что что-то развивается не так, как выглядит, и вероятность сценария дальнейшего ослабления рубля до трехзначной цифры этим летом стала значительно выше.

Оцените материал
Оставить комментарий (1)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах