aif.ru counter
386

Ренат Акчурин: «Россия – наполовину отравленная страна»

«АиФ. Здоровье» № 33. Ренат Акчурин: «Инфаркт боится оптимистов» 14/08/2008

В историю российской медицины его имя вписано золотыми буквами. Один из создателей отечественной коронарной микрохирургии, впервые в Европе внедривший операционный микроскоп, автор более трехсот научных трудов по сердечно-сосудистой хирургии, профессор Акчурин по праву считается одним из ведущих кардиохирургов страны. Всемирную известность он получил в 1996 году после успешно проведенной операции по аортокоронарному шунтированию Борису Ельцину. Первому лицу Российского государства наперебой предлагали свои услуги ведущие клиники и кардиохирурги мира. Ельцин выбрал Акчурина. И не прогадал. Та операция подарила президенту 11 лет жизни.

Профессия риска

– Ренат Сулейманович, признайтесь, прежде чем согласиться на такую ответственную операцию, долго сомневались?

– К Борису Николаевичу я старался относиться как к обычному пациенту. Но волнение, безусловно, было. До тех пор, пока я не принял решение его оперировать. Благо, коллектив меня тогда поддержал, хотя поначалу многие мои помощники были против той операции.

– Должно быть, самой сложной в вашей жизни?

– Самым сложным моим пациентом был больной Щелочков, которого я оперировал в 1984 году. Это была моя первая самостоятельная кардиохирургическая операция. К счастью, тогда все закончилось хорошо.

– С тех пор вы сделали тысячи успешных операций. Этот процесс у вас уже отлажен до автоматизма?

– Чем больше работаешь, тем более требовательно начинаешь к себе относиться. С каждым разом ответственность повышается.

– Рисковать часто приходится?

– Сплошь и рядом. Есть такие случаи, за которые мы беремся, что называется, помолясь всем миром. Как правило, это тяжелейшие больные с ишемической болезнью сердца и поражением сердечных клапанов. Или с сочетанными поражениями сосудов сердца и сосудов мозга, у которых в любой момент может случиться или инсульт, или инфаркт. Но последние 4-5 лет у нас в Кардиоцентре смертность после таких плановых операций не превышает одного процента.

Ломать – не строить

– Сегодня все только и говорят, что о росте сердечно-сосудистой патологии, на которую приходится 60% всех заболеваний в России. Как вы думаете, в чем причина?

– Факторов много. Главные из них – избыточное потребление алкоголя и однотипное питание. Россия – наполовину отравленная страна, где едят картошку и свинину. То есть – крахмал и жир. Другая беда – это вакханалия реформ в нашей медицине, за время которой мы потеряли лучшее, что имели, – тот стандарт оказания медицинской помощи, который вырабатывался у нас на протяжении 70 лет и который в 1975 году был признан Всемирной организацией здравоохранения самой лучшей моделью в мире.

– Мы же взяли американскую?

– Ничего мы не взяли. В Америке на нужды медицины отчисляется до 14% от ВВП. У нас – 2,5-3. В результате вместо 200 тысяч операций на сердце в России делают около 20. О каком уж тут прорыве можно говорить...

– А как же стартовавшая недавно федеральная целевая программа «Медицина высоких технологий», за создание которой вы в свое время так ратовали?

– Скорость строительства новых медицинских центров высока. Но они нуждаются в квалифицированных кадрах. В программе, которую я разработал в 1996 году и которая стала востребована, предусматривалось, что новые центры будут строиться на базе уже действующих лечебных учреждений. Ведь в каждой больнице есть своя медицинская школа. Увы, у нас пошли по другому пути. Центры возникают быстрее, чем специалисты. Но и о тех, что есть, многие больные просто не знают. Нет пока у нас и рейтинга лучших клиник, как на Западе, куда бы пациенты могли отнести квоту.

– И, судя по читательским письмам, нет права выбрать лечебное учреждение, в котором они хотели бы лечиться. К примеру, к вам в Кардиоцентр попасть реально?

– Вполне. По квотам. Но нужно отстоять очередь. Примерно 4 месяца.

Трудно быть богом

– Какая кардиологическая операция в России самая востребованная?

– Стентирование. Это более быстрая и менее болезненная операция, чем шунтирование. Но есть категория больных, которым без шунтирования просто не обойтись. Другой вопрос, что некоторых пациентов не то что оперировать, вообще нельзя трогать.

– И что же с ними делать?

– Последние три года таким больным в Кардиоцентре одновременно с реконструктивной операцией на сердце мы проводим клеточную терапию стволовыми клетками. Эту научную экспериментальную разработку мы ведем вместе с Медицинским радиологическим научным центром РАМН в Обнинске. Забираем у пациента собственные клетки из костного мозга, выращиваем в лаборатории до многомиллионного количества в специальной питательной среде и возвращаем ему. У нас уже около 20 таких больных. Результаты обнадеживающие.

– А какова судьба комплекса для операций на бьющемся сердце, позволяющего одновременно собирать кровь и снова возвращать ее больному, за разработку которого в 2002 году вы получили престижную международную премию?

– Система существует. Но до ее серийного производства пока, увы, далеко. В России до сих пор подавляющую часть инструментов и оборудования для кардиологических операций предпочитают закупать за рубежом.

– А также – медицинские технологии. Вот и вы в свое время ездили за опытом в Хьюстон к знаменитому американскому хирургу Майклу Дебейки...

– То, чему научился в Америке, я потом усовершенствовал, стал работать с микроскопом (они тогда этого не делали). Но вот чего нам не хватает до сих пор, так это их подхода к делу, основанного на четко выверенном и расписанном стандарте лечения. У нас же все кулибины: лечат и оперируют кто во что горазд. Хирурги вообще часто любят сравнивать себя с богами. И в этом случае я бы очень советовал им вспомнить о разнице, которая здесь существует. Знаете, какая? Бог точно знает, что он не хирург! Не грех бы то же самое знать и хирургам.

Пешком от инфаркта

– А нам неплохо бы знать, как не оказаться на операционном столе. Что посоветуете?

– Как можно больше ходить, ежедневно нахаживая в среднем темпе как минимум 4-5 километров. Мужчинам после 40 лет и женщинам с наступлением менопаузы – принимать хотя бы по 75 мг кардиоаспирина.

– А к ежедневным 50 г коньяка вы как относитесь? Помнится, ваш шеф, академик Чазов, даже рекомендовал такое «лечение».

– Небольшое количество вина или коньяка и впрямь способствует укреплению здоровья: прием небольших доз алкоголя (особенно в преклонном возрасте) приводит к тому, что в местах сужения артерий скорость кровотока увеличивается, что препятствует тромбообразованию. К тому же, регулярный прием лечебных 50 г угнетает синтез тромбоцитов в организме. Но здесь главное – соблюсти меру. И еще. Очень важно исповедовать оптимизм. Тогда никакой инфаркт вашему сердцу не грозит.

Факты

  • 10 тонн – именно столько крови перекачивает здоровое сердце за сутки,
  • 250-300 г – вес сердца здорового человека.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы