217

Геннадий Воробьев: «Игнорировать проблемы колопроктологии опасно»

«АиФ. Здоровье» № 17. Любовь Казарновская: «Все проходит, душа остается» 23/04/2009

Поведать об истинном источнике своих мучений, а главное – о месте их локализации страдающие этими недугами пациенты подчас не решаются даже доктору. И дотягивают до такого состояния, что попадают на операционный стол.

У проктологов такое положение дел ничего, кроме возмущения, не вызывает. По степени грозных осложнений «несерьезные» на первый взгляд недуги не уступают таким «серьезным» болезням, как инфаркт и варикозное расширение вен. Слово – академику РАМН, профессору, доктору медицинских наук, директору Государственного научного центра колопроктологии, главному колопроктологу Минздравсоцразвития РФ Геннадию Воробьеву.

Издержки цивилизации

– Геннадий Иванович, давно хотела узнать, почему целый раздел медицины, которым вы занимаетесь, посвящен заболеваниям прямой кишки? Чем заслужил к себе такое пристальное внимание специалистов этот орган?

– Тем, что очень часто выходит из строя. Кстати, колопроктология не только проблемами толстой кишки занимается, но и диагностикой и лечением заболеваний анального канала и промежности. И возникли эти болезни вместе с появлением человека. С тех самых пор, как он принял вертикальное положение, которое создает более высокое давление крови в венах ног, таза и прямой кишки, чем если бы мы, как братья наши меньшие, передвигались на четвереньках.

С развитием цивилизации эти заболевания лишь усугублялись, чему во многом способствовал образ жизни наших предшественников – тяжелый физический труд и частая езда верхом, от которой образовывались свищи прямой кишки.

– Ну, на лошадях-то мы уже не скачем, а геморроем и прочими проктологическими проблемами страдаем ничуть не меньше…

– Потому что с лошадей мы пересели в машины. Знаете, как называли геморрой в ХIХ веке? Болезнью начальников. Когда человек все время сидит, кровь приливает к его заднему проходу, в этой области происходят застойные явления, которые и способствуют образованию геморроидальных узлов.

Другой фактор, пагубно отразившийся на состоянии нашего кишечника, – изменившийся характер питания. Стремление к хорошей жизни привело к тому, что мы ушли от традиционного, веками апробированного рациона, перейдя на рафинированные продукты, которые обработаны до такой степени, что, попав в организм, быстро растворяются вплоть до аминокислот. А если толстая кишка не получает необходимого объема пищи, она просто перестает нормально работать. Так же, как атрофируются мышцы неработающей руки.

В нормальном рационе у человека должен присутствовать и растительный, и животный, и жидкостный компонент. А посмотрите, что мы едим! Возьмите, к примеру, состав любимой многими докторской колбасы. Чего в ней только нет – и крахмал, и молочный белок, и кардамон, и пищевой краситель, и стабилизатор, и усилитель вкуса. Все, кроме мяса. Я уж не говорю о консервантах. Если добавить к этому беспорядочный прием пищи, стрессы и привычку «запивать» их алкоголем, картина получается удручающая. Неудивительно, что заболевания прямой кишки вышли сегодня на одно из первых мест.

Все выше, выше и выше

– Да уж, статистика к оптимизму не располагает. За последние 10 лет заболеваемость раком прямой кишки выросла на 20%. А какие заболевания сейчас заботят проктологов больше всего?

– Воспалительные заболевания кишечника – болезнь Крона и язвенный колит. По своим последствиям они иногда даже страшнее, чем онкология. Если при опухоли мы удаляем часть толстой кишки, сохранив пациенту сам орган, то при несвоевременной или неправильной терапии язвенного колита, например, приходится удалять всю толстую кишку, заменив ее суррогатом – искусственным анусом, или стомой. К сожалению, ничего другого пока в проктологии не изобретено. А ведь среди наших пациентов часто встречаются совсем молодые люди.

– А как же консервативное лечение? Неужели нет альтернативы калечащим операциям?

– Есть, конечно! Особенно если речь не идет о запущенной форме заболевания. Операция – все же крайняя мера. И мы поначалу стараемся обходиться консервативными методами лечения. В последнее время в колопроктологии все чаще стала использоваться и биологическая терапия с использованием новой группы препаратов, разработанных генно-инженерным путем и прицельно воздействующих именно на те клетки и молекулы, на которые нужно. В большинстве случаев такое лечение помогает избежать операции. Но 15-20% больных все же без нее не обойтись.

– Насколько я знаю, в хирургии сейчас тенденция к более щадящим методам оперативного вмешательства…

– И колопроктология – не исключение. На самом деле за последние 10 лет подходы к хирургическому лечению наших больных сильно изменились. Если раньше мы стремились к тому, чтобы больной хотя бы выжил после операции, то теперь  главная задача – сохранить качество его жизни. И как можно быстрее вернуть его в строй, сократив время лечения. Раньше средний койкодень в нашем институте составлял 24-25 дней, сейчас – 10. Во многом это стало возможным благодаря тому, что нам удалось объединить усилия врачей двух специальностей – гастроэнтерологов и хирургов-проктологов. Пока в рамках нашего института. Результат долго ждать себя не заставил. У нас теперь практически нет летальности (смертности). В том числе – и при лечении опухолей прямой кишки. Сегодня 70-80% таких больных после операции живут и 5, и 10, и более лет.

Опасные тенденции

– Наша колопроктология – впереди зарубежной или отстает?

– Не отстает, это точно. Мы – на уровне. Проблема в другом. Мы постоянно оперируем запущенных больных. В то время как за границей – совсем иная картина. Мы начинаем лечить тогда, когда там уже делают операцию. Поэтому и результаты хирургических вмешательств за рубежом выше. Всему виной – святая вера наших гастроэнтерологов в эффективность консервативного лечения, которая нередко превращается в настоящую гордыню. Свою отрицательную лепту вносят и сами больные, всеми правдами и неправдами оттягивая время операции.

– А может, они просто не нашли своего врача? Говорят, что колопроктологию у нас в стране сейчас пытаются заменить онкологией, хирургией, гастроэнте­рологией. Это правда?

– Увы. Такая тенденция есть. В некоторых регионах колопроктологические отделения начинают постепенно переводить в разряд общехирургических или гнойных. На мой взгляд, это неправильно. Чтобы овладеть нашей специальностью, нужно делать не меньше 30 операций в год. Если за лечение таких больных возьмутся хирурги общего профиля, это будет шагом назад, а результаты оперативного лечения будут в 5-10 раз хуже. Но я думаю, что жизнь все же заставит поменять отношение к этой области медицины, которая заслуживает особого к себе внимания. Тридцать лет работы в колопроктологии меня постоянно в этом убеждают. Область-то у нас деликатная…

Кстати

Согласно мировой статистике, ежегодно в мире выявляется более 800 тысяч случаев рака толстой кишки. Из них примерно 150 тысяч приходится на США. И 30 тысяч – на Россию. 

Распространенность язвенного колита отличается в разных странах.  Самая высокая заболеваемость отмечается в северных странах, в том числе в США, Великобритании, Норвегии и Швеции. В Европе язвенным колитом страдают примерно 500 000 человек.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы