2129

В «зоне» особого внимания. Что происходит в больнице, где борются с COVID

Сюжет Меры против распространения коронавируса в России
/ Пресс-служба мэра и правительства Москвы / РИА Новости

В ГКБ им. Виноградова открылось отделение для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией. За две недели два этажа бывшей неврологии отремонтировали и перепрофилировали. В палатах на 2–3 человека — свой санузел, к каждой кровати подведено кислородное оборудование. Уже в первые дни отделение заполнилось целиком: больница приняла свыше 250 человек.

«Большинство пациентов госпитализируются на основании КТ лёгких, которую им сделали в поликлинике. А вот анализы на коронавирус делаются уже при поступлении», — рассказала завотделением терапии Елена Сибикина. Самому молодому пациенту её отделения — 19 лет, самой пожилой пациентке — 94 года. Правда, у женщины пневмония бактериальная, не имеющая отношения к коронавирусу. Есть среди больных и доктора скорой помощи, врачи поликлиник. «Все насмотрелись ужасов за границей, как врачи работают в мусорных мешках, перемотанных скотчем, а после смены показывают громадные пролежни и раны на лице. Не так всё ужасно, — рассказывает Елена Александровна. — Да, вмятины от маски остаются после 6 часов ношения. Они проходят через час. Все средства индивидуальной защиты у нас в достаточном количестве, ИВЛ регулярно подвозят. Никто не ходит в памперсе с целью экономии защитных костюмов. Конечно, работать на порядок тяжелее, чем раньше. Пациенты напуганы. Многие дома начитались страшилок в интернете, а здесь ещё сама обстановка пугает. Если раньше человек видел лицо доктора, понимал, что перед ним живой человек, то теперь все в белых костюмах, масках и респираторах, как из фантастических фильмов».

Чтобы уменьшить чувство тревоги и дискомфорта у пациентов, врачи придумали большие наклейки на защитные комбинезоны, где есть фото лица медика, его должность и подбадривающая надпись: «Мы здесь ради вас». По словам Елены Сибикиной, особенность заболевания в том, что пациентам нужно постоянное наблюдение. «Ухудшение может настать в любую минуту. Правду говорят: вот сейчас ты разговариваешь с человеком, а через час он уже на ИВЛ», — отмечает доктор. К слову, все сотрудники терапевтического отделения Сибикиной полностью перешли в новый корпус. «Слышала, что в других больницах люди отказывались, даже увольнялись, чтобы не работать с COVID-больными. Поэтому у меня особая гордость: в моём отделении не отказался ни один человек. Это очень спасает при трудной работе». Не было отказов пойти на работу в «зону» и среди медсестёр и санитарок. «Мы за три дня набрали штат, — поделился старший медбрат реанимационного отделения Александр Голубев, 21 год работающий в больнице. — Да, работа тяжёлая, поступлений много и бессонные сутки. Но этим среди медперсонала реанимации никого не удивишь. Здесь специфика только в том, что нужно защищать ещё и себя. Рабочий день начинается с санпропускника, где нужно надеть средства индивидуальной защиты. Выходим из отделения так же: снимаем СИЗы, принимаем душ, обрабатываемся антисептиками. Поначалу чувствовался дискомфорт от постоянного хождения в спецкостюмах: бывает, и душно, и очки давят, но теперь уже привыкли».

Шоковая пневмония

«Страшно ли заходить в красную зону?» — «Об этом не думаешь, — рассуждает Александр. — За неделю мы поняли, что 6-7 часов отходить на дежурстве в полном обмундировании — это вполне нормально».

С первого дня работы в новом отделении всем желающим сотрудникам больница предоставила номера в гостинице.

Завреанимацией Дмитрий Чебоксаров живёт в больнице. «Редко выезжаю с территории. С семьёй, естественно, не вижусь. Общаемся по телефону, — рассказывает реаниматолог. — Да, работа намного тяжелее, чем обычно. Если постоянно думать о том, как это страшно, опасно, прочих негативных сторонах, какой тогда смысл находиться здесь?»

Все 36 коек реанимации полностью заполнились пациентами уже в первые 28 часов. Всё это пациенты с большим поражением площади лёгких, которые нуждаются в искусственной вентиляции лёгких (ИВЛ) либо будут нуждаться, поэтому заранее взяты под наблюдение. Примерно половина — старше 60 лет. Самому молодому пациенту меньше 30. По словам реаниматолога, все эти люди получили тяжелейшую пневмонию, потому что изначально имели хронические заболевания: сердечно-сосудистой системы, эндокринной (сахарный диабет), дыхательной (астму и другие). Во время вентиляции лёгких пациентов вводят в медикаментозный сон. «Наша терапия направлена в первую очередь на то, чтобы защитить и восстановить лёгкие, — объясняет Дмитрий Чебоксаров. — Проще на некоторое время выключить орган, который регулирует жизненно важную функцию, чтобы дальше человек вышел без последствий из реанимации. Кстати, коронавирус даже по своему течению отличается от тех вирусных пневмоний, которые мы видели раньше. Протекает намного тяжелее».

Изначальные же симптомы заболевания ничем не отличаются от описанных раньше: недомогание, температура высокая (38-39) либо очень низкая, например, 35 градусов, когда ощущается сильнейшая слабость и никуда не хочется идти. Плюс сухой кашель. Изредка — нарушение обоняния и вкуса.

Дмитрий Чебоксаров уверен, что в его работе есть и позитивные моменты: «Интересно работать с таким заболеванием. Это новый опыт. Возможно, мировой опыт. Даже своего рода кураж, потому что хочется победить, отстоять у смерти людей».

Врачи больницы им. Виноградова советуют не поддаваться провокациям в интернете. «Не стоит пренебрегать правилами гигиены и карантина, а иначе можно оказаться у нас в стационаре, — поддерживает коллегу Дмитрий Чебоксаров. — Если все проявят ответственность, мы быстрее сможем победить эпидемию. А я очень хочу снова отрастить бороду, которую мне пришлось сбрить, чтобы маска плотно прилегала к лицу».

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество