17624

Беженцы с Украины: «Не знаешь, кого бояться. На всякий случай боишься всех»

Сюжет Силовая операция на востоке Украины
© / Валерий Мельников / РИА Новости

Ростов. «Нахлебниками быть не хотим»

Ростовская область, ставшая прифронтовой в связи с военными действиями на Украине, уже почти месяц принимает беженцев из сопредельного государства. Приграничные районы работают на пределе своих возможностей, поэтому беженцев передислоцируют вглубь области.

Общежитие 5 б приютило более 100 беженцев из Украины
Общежитие 5 «б» приютило более 100 беженцев из Украины. Фото: АиФ

Студгородок Южного университета перестал жить размеренно. На огороженной территории теперь можно увидеть не только молодых девушек и парней с конспектами, но и семьи с маленькими детьми. Студенческая столовая, услугами которой студенты особо не пользуются, вновь получила серьёзную нагрузку. Здесь три раза в день кормят приезжих.  

Беженцы живут в общежитии. Этим летом здание планировали капитально отремонтировать, студентов переселили в другие общежития, но к ремонту так и не приступили. Освободившиеся комнаты заняли те, кто остро нуждается во временном жилье.

28-летний Константин Сердюк выходит вместе с женой Анной и трёхлетним ребенком погулять, осмотреться.

«Уезжали в день, когда погибли ваши коллеги-журналисты, начал разговор Константин, по профессии таксист. У нас нет родственников на Украине, поэтому будем оформлять документы на постоянное место жительства в России».

Семья Сердюк бежала из Луганска от бомбежек
Семья Сердюк бежала из Луганска от бомбежек. Фото: АиФ

По словам мужчины, оставаться в Луганске а они жили недалеко от посёлка Металлист, где произошла кровавая зачистка нацгвардией Украины, было уже невозможно: постоянные бомбёжки, убитые на улицах, и трупы даже некому забирать.

«Мой друг таксист погиб, достаёт сигарету Константин. Хочется элементарной мирной жизни, воспитывать дочку. Луганск стоит полупустой, из города уехало большинство».

Закурив сигарету, он добавляет: «Нахлебником и обузой для России быть не собираюсь возьмусь за любую работу. Уже предложили водителем общественного транспорта».

Из Луганска бегут не только в Россию, но и на западную Украину, если есть там родные. Но чаще всё же спешат укрыться на российской территории.

10 % на содержание армии Украины

Родных братьев Антона и Никиту Рябцевых можно было бы принять за студентов, но что-то подсказывало, что это не так.

«Мы из Луганска, подтвердили догадку молодые люди. В квартире многоэтажного дома, где жили, выбило стену снарядом, благодаря соседям и выжили».

Братья Рябцевы, Антон (справа) и Никита (слева), собираются устроиться на работу в Ростове-на-Дону
Братья Рябцевы, Антон (справа) и Никита (слева), собираются устроиться на работу в Ростове-на-Дону. Фото: АиФ

Ребята говорят, что прибыли в Россию через украинский пропускной пункт «Изварино». Им пришлось отстоять в очереди не один час из-за трёхкилометровой автомобильной пробки.

Антон работал на военном заводе, делал патроны, вот и сейчас он интересуется, где есть в Ростове-на-Дону военные предприятия, чтобы туда устроиться.

Никита шахтёр, трудился на «Ореховской шахте», откуда его уволили по статье. «Заставили платить 10 процентов от зарплаты на содержание украинской армии я отказался»,  вспоминает он.

У них остались родители и сестра в Краснодоне. Пока в городе спокойно, и родственники ещё не решили, покидать ли страну.

«Стариков жалко, что остались», добавляют братья.

Новые жильцы общежития 5 «б» обживаются, и большинство из них не собирается возвращаться на родину. По словам психолога Марины Житковой, которая дежурит в холле, эмоциональное состояние прибывших не критичное.

«У них есть беспокойство и переживания за близких, оставшихся на Украине», комментирует специалист.

В студенческих общежитиях Ростова-на-Дону украинские дети чувствуют себя в безопасности
В студенческих общежитиях Ростова-на-Дону украинские дети чувствуют себя в безопасности. Фото: АиФ

Волгоград. «Они называли нас москалями»

Новые книжки, игрушки, дом, а главное, свобода и спокойствие семья Карпенко из Украины всё это обрела не в родной Макеевке, а в российском городе Волжском.  

Они не перестают удивляться человеческому сочувствию и участию в их судьбе обычных россиян, с которыми даже не знакомы. Семья Карпенко из Украины вынужденно покинула свою страну и уже почти месяц строит новую, мирную жизнь в Волжском.

Читайте также: Беженцы с Украины о своей жизни в Москве →

Оксана и Владимир родились и выросли на Украине, в городе Макеевка, неподалёку от Донецка. Но даже этот факт не мешал соотечественникам с Запада считать их москалями:

«Из-за того, что мы живём близко к России, они нас всех там считают москалями, делится Оксана. У нас же никто не говорит на украинском языке, может быть, только где-то в сёлах».

Из Макеевки семья Карпенко уехала быстро, буквально наспех собрав все необходимые вещи и кое-какие документы. Говорят, побоялись вдруг события, как в Славянске и Краматорске, дойдут и до их небольшого города. Последней каплей, которая, со слов главы семейства, ускорила их отъезд, стал случай, когда неподалеку от Макеевки были расстреляны женщина и маленькая девочка. Неизвестные просто так выстрелили в них из автомобиля и скрылись.

«Перед тем, как ехать, мы почти всю ночь не спали, рассказывает Владимир, ехали, как на ёжиках сидели. Пустая дорога, ни впереди, ни сзади никого нет. До границы километров 7–10, а вокруг лесополоса. Всё зелёное не видно, кто там может стоять». В таком напряжении Карпенко преодолели путь до российской границы и, говорят, только когда оказались на территории России, почувствовали облегчение и запах свободы.

Владимир Карпенко наливает чай домочадцам
Владимир Карпенко наливает чай домочадцам. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

«Нам помогали совершенно чужие люди»

В Волжском семейство приютила двоюродная сестра Владимира. Именно она настояла на том, чтобы родственники как можно скорее покинули территорию Украины. Там, в Макеевке, Карпенко бросили всё: большую квартиру, гараж, работу. Оба по образованию экономисты Оксана работала в банке, а Владимир на мясоперерабатывающем комбинате. Они оставили всё, спасая жизнь своих детей и свою собственную.

Сейчас, буквально ошалевшие от человеческого сочувствия, они приходят в себя и налаживают новую жизнь в новом городе.

«Мы только приехали, и буквально через несколько дней нам стали звонить люди чужие вообще и говорить: "Нам дали ваш телефон и сказали, что вы приехали из Украины, чем вам помочь?",  не перестаёт удивляться Оксана. Нам помогли и с одеждой, игрушки привезли, книги для детей, посуду дали, и вилки, и ложки, и кастрюли. Мы очень благодарны и рады. Деньги даже нам насобирали два коллектива на первое время. Мы очень рады, что люди так доброжелательно относятся и понимают, что мы приехали, потому что были вынуждены это сделать, а не по своей прихоти».

Маленький Илья рад новым игрушкам
Маленький Илья рад новым игрушкам. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

«Нам никто не сказал нет, или нельзя, или приходите потом, добавляет Владимир, -  все настроены очень доброжелательно. Просто спрашивают: вы действительно с Украины? А как вам удалось убежать? Переживают».

Старший сын Карпенко Никита уже в России отметил своё 13-летие. Среди вещей, которые беженцам передали неравнодушные к их судьбе люди, были и книги, которыми подросток сейчас зачитывается с упоением. 1 сентября Никита пойдёт уже в российскую школу.

13-летний Никита читает подаренную книгу
13-летний Никита читает подаренную книгу. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

«В ту сторону не стоит даже смотреть»

На вопрос о возможном возвращении на Украину Владимир Карпенко отвечает однозначно:

«Я уверен, что лет пять в ту сторону даже смотреть не стоит. Неважно, какой будет результат всей этой войны. Если даже предположить, что они оставят в покое нас, наши республики, то нужно, чтобы было сформировано своё правительство, банки, нужно восстановить дома. А кто это будет делать и за какие деньги? Если нет, то, вернувшись, мы попадём или в тюрьму, так как уехали в сложное для страны время, либо нас так и будут гнобить и издеваться за то, что мы разговариваем на русском языке».

Оксана на Украине работала в банке
Оксана на Украине работала в банке. Фото: АиФ / Надежда Кузьмина

«Поэтому мы лучше будем приносить пользу стране, в которой к нам проявляют участие, добавляет Оксана, мы не привыкли сидеть сложа руки и не приехали сюда развлекаться. Мы приехали работать».

На сегодняшний день в Волжском находятся, по официальным данным, свыше сотни беженцев. В ближайшее время Карпенко планируют встретиться с бывшими соотечественниками и передать вещи и некоторые предметы быта, которые они, в свою очередь, также получили от простых, но таких неравнодушных людей.

Краснодар. «Без бумажки ты никто»

Беженка из Украины Евгения Фарений приехала в Краснодар с двумя маленькими детьми. Женщина покинула Алчевск, опасаясь, что её город начнут бомбить так же, как соседний Луганск. В России её приютила знакомая.

Евгения до сих пор не может спокойно спать даже здесь, под мирным небом Краснодара, каждую ночь она в тревоге просыпается от рёва летящего вертолёта или грохота упавшей плиты в соседнем строящемся доме, думая, что это рвутся снаряды.

«Я понимаю, что здесь сейчас нет войны. Но в сердце тревога и страх», говорит Евгения и закрывает глаза руками.  

Евгения приехала в Краснодар две недели назад не стала ждать, когда начнут бомбить родной Алчевск.

«Муж мне говорил ехать, ещё когда я в положении была. Но я ни в какую. Хотела родить там. А когда родила, начали бомбить Луганск. Ждать какого-то мирного разрешения конфликта уже было бессмысленно», Евгения вспоминает это и качает коляску, где спит месячный младенец.

Фразой «3Д» беженцы обозначают 3 компонента, без которых не обойтись при побеге это Дети, Документы и Деньги.

«Ведь бежать, возможно, придётся в любой момент. Всё необходимое должно быть всегда при тебе», поясняет Евгения.

Евгения с двумя детьми бежала из Алчевска в Краснодар
Евгения с двумя детьми бежала из Алчевска в Краснодар. Фото: АиФ-Юг / Алина Менькова

«Боишься всех  на всякий случай»

«Никто не хотел везти нас до таможни. С трудом нашли таксиста. Он не хотел тоже ехать, но я его уговорила. И мне повезло. Но, пока я ехала на машине, видела, как женщины и мужчины идут вдоль обочин, с сумками и детьми. Понимаете, люди были в таком отчаянии, что шли своими ногами столько километров!»

По дороге у таксиста сел телефон. И он стал нервничать.

«Девочки-операторы думали, он погиб уже, когда не могли дозвониться. Проехали 5 блок-постов, на трёх нас остановили. Едешь и боишься, потому что не знаешь, кому верить. Кого бояться национальную гвардию или ополченцев? Боишься всех на всякий случай».

На украинской границе к Евгении подошёл мужчина и стал шёпотом спрашивать, бежит ли она.

«Я сказала, что еду в гости. А он понимающе кивнул и говорит: "А я семью вывожу из Краматорска". Когда он стал мне рассказывать, что у них происходит, у меня просто мурашки побежали по телу»…

Евгения пересказывает его слова: людей в Краматорске просто закапывали живьём.

«20 человек просто засыпали землёй, и всё. Так же изуверски, как когда-то делали фашисты. Он сказал, что когда вывезет семью, то вернётся обратно  терять ему уже нечего, и он стоять за город будет до конца».

Евгения вспоминает лица людей, которые встретились ей на украинской границе.

«Эти люди видели войну. Дети видели войну, представляете? А я не хочу, чтобы мой шестилетний Веня это видел».

В Алчевске у Евгении осталась мать.

«Она сказала, что будет там до конца, уезжать не хочет: "Пусть меня здесь закопают, на родине". Я её понимаю ведь там её дом. Мы тоже много лет копили деньги на квартиру, купили её, только сделали ремонт и тут такое, что приходится уезжать. А там всё  кроватка, вещи на три года вперёд. Я так домой хочу», со слезами говорит беженка. Но плакать ей нельзя:

«Всё. Сейчас успокоюсь, боюсь, что пропадёт молоко»…

От сердца

Скоро малышке надо делать прививку, ведь ей будет 2 месяца. Но у Евгении нет никаких российских документов на руках.

В Краснодаре разобраться с документами Евгении помогают местные активисты.

«Мне самой неудобно куда-то ездить сами понимаете. Чужой город, малышка грудная. По закону мы как беженцы должны были зарегистрироваться в УФМС в течение 7 дней. Мы обратились позже неизвестно, в какой штраф это ещё выльется. И чем его платить?»  разводит руками Евгения.

«Мы пришли в УФМС по Краснодарскому краю, там нам сказали гуляйте 90 дней, а потом приходите. Статус беженца они не оформляют. Говорят, что на Ростовской границе в миграционном листке нужно было поставить цель приезда "беженец". Но пограничники там говорили написать цель визита "частная". Слово "беженец" даже не было там напечатано. В УФМС Прикубанского округа тоже не знают, что делать с беженцами. Мне кажется, им и указаний никто не давал», удивляется добровольная помощница Евгении Виктория. 

Как позже выяснила Виктория, чтобы стать «официальным беженцем», нужно написать ходатайство, которое рассмотрят только в течение 3 месяцев.

В Краснодарском крае беженцы могут находиться в статусе иностранных граждан, зарегистрировавших свой приезд, только 90 дней. После они должны покинуть территорию края.

«И приехать вновь Евгения может только через 90 дней. Но что если в Украине война не закончится? Останется здесь нелегально? Нам сказали, что можно получить какой-то патент на проживание, какой, на сколько  ещё не известно. Прошло две недели уже, у нас до сих пор нет ни одной бумаги, кроме того документа, что получили на границе. А мальчику в школу надо будет идти, а малышке прививки делать. А если дети заболеют? Кто их будет лечить и как? Ведь без бумажки ты никто»,  вздыхает Виктория.

Люди приезжают с надеждой, но им не помогают. Виктория задаётся вопросом  зачем тогда власти говорят, что они готовы принять беженцев:

«В оперативном штабе по оказанию помощи беженцам Украины по телефону горячей линии 112 мне просто дали телефон УФМС. Но я его и сама в интернете могу найти! Разве это помощь?».

Евгения надеется, что её сын Вениамин пойдёт во второй класс в родном Алчевске
Евгения надеется, что её сын Вениамин пойдёт во второй класс в родном Алчевске. Фото: АиФ / Алина Менькова

С 23 июня из-за большого потока беженцев краснодарская миграционная служба обещает работать без выходных.

Оренбург: «Внук просил сходить на баррикады»

11-летний Максим с силой жмёт на велосипедные тормоза и с визгом останавливается около бабушки. Нина Николаевна даёт ему мобильный, а запыхавшийся мальчишка почти кричит в трубку: «Привет, мам! Как дела?».

Подросток не видел родителей почти две недели, с тех пор, как он с бабушкой уехал из Украины. Нина Саплинова взяла из дома лишь один чемодан с вещами, а внук прихватил паззл с городским пейзажем. 13 июня на рейсовом автобусе вместе с десятками других украинцев они пересекли границу России, а из Ростова на поезде добрались в Оренбург к родственникам. Хотя так везёт далеко не всем: нацгвардия может отцепить тепловоз, а ищущих защиты за границей оставить посреди поля.

Паззл <span class= единственная игра, которую мальчик взял из дома" src="https://static1-repo.aif.ru/1/34/182627/75b7d06150d2eff5cc5f668c20047ccf.JPG" width="100%" />
Паззл единственная игра, которую мальчик взял из дома. Фото: АиФ

«Когда начались страшные события в Киеве, мы думали, повоюют-повоюют и успокоятся. Мы жили достаточно далеко, в Донецкой области, в Горловке. Но дошло и до нас», Нина Николаевна отворачивается, чтобы вытереть салфеткой глаза.

В Горловке было относительно спокойно до президентских выборов, но после инаугурации, когда Порошенко пригрозил Донецкой области зачистками, люди стали паковать вещи. Дедушка Максима всерьёз забеспокоился и на семейном совете убедил жену бежать с внуком ради его спасения. Сам он остался дома, в первую очередь для того, чтобы уберечь жильё от мародёров. Родители Максима продолжают работать и поэтому пока тоже не уезжают из родного города.

Бабушка и внук надеятся на скорейший мир на Украине
Бабушка и внук надеятся на скорейший мир на Украине. Фото: АиФ

Как ни тяжело сейчас взрослым украинцам, детям приходится ещё сложнее. Максим в свои 11 лет не понимает, как может один украинец стрелять в другого, но уже выбрал свою политическую позицию. На Украине он вместе с друзьями даже сочинял речёвки типа «ДНР, круши бендер».

«Он очень просил меня сходить на баррикады, которые возвели у нас возле здания УВД, хотел сфотографироваться на них. И мы ходили вместе с его одноклассниками! Ополченцы достали для Максима и его друзей несколько георгиевских ленточек. За эти ленты у нас могут убить, но их ценность понимают даже дети. Вы бы видели, с каким восторгом они их надели!» вспоминает Нина Николаевна, с трудом сдерживая слезы.

Сейчас беженцы в растерянности не знают, что делать дальше: если оставаться жить в Оренбурге, то надо искать работу и жильё, а Максима оформлять в школу. На Украине из-за нестабильной обстановки в школах разрешили свободное посещение.

Украинцы, уехавшие из родных домов, пока не знают, что будет впереди
Украинцы, уехавшие из родных домов, пока не знают, что будет впереди. Фото: АиФ

Пока бабушка ломает голову над трудными вопросами, Максим вместе с троюродным братом Сашей, который встретил его в Оренбурге, собирает на полу картинку-паззл из тысячи кусочков. Это та самая единственная игра, которую мальчик смог привезти из родного дома. Красивый замок пока не выстраивается в целую картину: где-то не хватает фрагмента, а где-то и вовсе неясно, как и в каком порядке соединять кусочки мозаики. Сбор паззла сильно напоминает нынешнюю реальность украинцев, вынужденных заново строить свою жизнь в чужой стране.

Можно ли беженцу устроиться на работу в России? Читайте подробнее >>

Оставить комментарий (4)

Самое интересное в соцсетях

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы