aif.ru counter
924

В России появится Бродвей? «Призрак Оперы» вошёл в тройку лучших постановок

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 1. Как в новогоднюю ночь не эволюционировать обратно 30/12/2015
Российский «Призрак Оперы» признан одним из лучших в мире.
Российский «Призрак Оперы» признан одним из лучших в мире. © / пресс-служба «Стейдж Энтертейнмент»

Проблема в кадрах

Валентина Оберемко, «АиФ»: Дмитрий, на сегодняшний день можно сказать, что мюзикл окончательно прижился в России?

Дмитрий Богачев: Мюзикл не просто прижился, а стал едва ли не самым любимым и популярным массовым театральным жанром. Хорошие первоклассные постановки в Москве посещают сотни тысяч зрителей, в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Новосибирске, Перми сложилась огромная аудитория поклонников жанра, сравнимая по размеру с киноаудиторией, а российские сборы наиболее успешных мюзиклов, таких как «Призрак Оперы», «Русалочка», «Красавица и чудовище» и MAMMA MIA! значительно превышают сборы самых кассовых кинофильмов. И, кстати, наши заслуги оценили и на Западе. По мнению международной творческой команды именно наша российская постановка входит в тройку лучших в мире за всю тридцатилетнюю историю «Призрака Оперы». Такая оценка дорогого стоит!

Дмитрий Богачев на Премьере Призрака Оперы.
Дмитрий Богачев на Премьере Призрака Оперы. Фото: пресс-служба «Стейдж Энтертейнмент»

— В прошлых своих интервью вы говорили, что «внедрить» этот жанр в российское сообщество было непросто. В чем были главные трудности?

— Трудности были просто во всем. Зрители не знали, что такое мюзикл. Мои коллеги по цеху, продюсеры мюзиклов, которых вместе со мной лет десять-пятнадцать тому назад можно было пересчитать по пальцам одной руки, даже убеждали меня придумать вместо слова «мюзикл» какой-нибудь термин: мол, слово чуждое, иностранное, непонятное. Для меня стало делом принципа — познакомить российских зрителей с лучшими образцами мировой классики, нигде не пойти на компромисс по отношению к качеству и художественному уровню постановок и при этом поставить самые зрелищные, технически сложные спектакли. 

— Чем все-таки наш музыкальный театр отличается от бродвейского?

Можно было бы сейчас начать рассуждать о русском психологическом театре, обязательной глубокой проблематике сюжетов и многих других «отличиях». На самом деле все это было есть и будет в мировом музыкальном театре, независимо от географии. Просто на Бродвее палитра мюзиклов в десятки раз шире, чем в России, в силу того, что самих мюзиклов ставится в десятки раз больше: от аскетичных и минималистских постановок типа CHICAGO или ONCE до зрелищных и масштабных блокбастеров, таких как «Король Лев» или «Призрак оперы». Сейчас рекорды популярности на Бродвее бьют историческая драма «Гамильтон», главным героем которой является известный американский общественный деятель и первый министр финансов, чей портрет украшает 10-долларовую купюру, и «Американец в Париже» по мотивам одноименного фильма с великой музыкой Джорджа Гершвина

Дмитрий Богачев на премьере мюзикла CHICAGO.
Дмитрий Богачев на премьере мюзикла CHICAGO. Фото: пресс-служба «Стейдж Энтертейнмент»

— Как вам кажется, мог бы появиться в России свой Бродвей?

— Я в это очень верю и прикладываю к этому все усилия. Скорее всего это произойдет в Москве, так же, как это произошло в Нью-Йорке и Лондоне. Впрочем, третий по величине мюзикловый город мира — это Гамбург, а вовсе не столичный Берлин. Так что, поживем — увидим. 

— Что, по-вашему, можно назвать истинно российским жанром?

Мне кажется, что, несмотря на то, что балет родился во Франции, наибольшего расцвета и популярности он достиг именно в России. Как оперу традиционно соотносят с Италией, так и Россию по-прежнему считают страной балета. Российские танцовщики и хореографы в XX веке задали основной вектор развития мирового балета в Европе и Америке. 

— Почему бы его не продвигать так же, как мюзикл?

Потому что современный балет не является жанром массовым, а значит, не предполагает аналогичного маркетингового подхода. Главными средствами художественной выразительности в балете являются музыка и танец, которые понимают и любят ценители — подготовленная публика. Аудитория мюзикла в десятки и сотни раз шире. Это более доступный жанр для понимания именно массовой аудитории. Мюзикл — это формат взаимодействия с сотнями тысяч и миллионами людей. В увлекательной форме можно доносить до зрителей действительно хорошую музыку, литературу, историю, давать пищу для размышлений, прививать хороший вкус. Для этого к созданию постановки привлекаются первоклассные профессионалы своего дела. А можно с тем же успехом предлагать людям суррогат, назвав его блокбастером или хитом, как это случается сплошь и рядом. К счастью, время все расставляет на свои места.

Дмитрий Богачев и Бьорн Ульвеус в Стокгольме накануне премьеры MAMMA MIA.
Дмитрий Богачев и Бьорн Ульвеус в Стокгольме накануне премьеры MAMMA MIA. Фото: пресс-служба «Стейдж Энтертейнмент»

— Вы как-то говорили, что у нас есть большая проблема с кадрами для мюзиклов. Сегодня эта проблема так же актуальна?

— Это сейчас главная проблема, причем на всех уровнях: от продюсеров и менеджмента до артистов, постановочного и технического персонала. Учебные заведения почти не выпускают профессионалов, адекватных современным требованиям. И вовсе не потому, что нет талантливых и способных студентов, а потому, что крайне мало профессиональных педагогов с собственным практическим опытом. А что касается менеджмента и продюсирования, то студентам повсеместно предлагаются курсы, состоящие из лекций и семинаров на основе «джентльменского набора» теоретических знаний, усвоенных по книжкам. Это так же эффективно, как учить по книжке водить машину.

— Когда Филипп Киркоров начал заниматься мюзиклами, он старался на сцене представлять публике одну-две звезды, людей, которые раскручены, которых любит публика. Сегодня эта практика применяется нечасто — почему?

— Эта практика применяется, но не является основополагающей. Все-таки фундаментальный принцип при постановке спектакля — это не натянуть постановку на существующую звезду, а найти звезду, удовлетворяющую требованиям постановки, режиссерскому замыслу, критериям творческой команды. Это идеальный случай. И такое бывает. Например, так произошло с Ларисой Долиной в мюзикле ЧИКАГО, в котором ее Мама Мортон не уступала многим бродвейским звездам. Филипп Киркоров в том же ЧИКАГО был замечательным Билли Флином. Нона Гришаева блистала в роли цыганки Инес в мюзикле ZORRO. Настя Стоцкая — абсолютная звезда и украшение в мюзикле «Поющие под дождем». Это, скорее, исключения из правила. Чаще всего эстрадные звезды живут в своем раз и навсегда созданном образе и не могут выйти из него ни на сцене, ни в жизни. Со звездами театральной сцены легче, но поющих и танцующих среди них почти нет.

Дмитрий Богачев и артисты мюзикла Русалочка в момент получения «Золотой маски».
Дмитрий Богачев и артисты мюзикла Русалочка в момент получения «Золотой маски». Фото: пресс-служба «Стейдж Энтертейнмент»

— Какой из ваших проектов вы считаете самым успешным? 

Самым успешным — «Призрак оперы», а самым любимым — «Звуки музыки». Хотя, в каждый период времени я влюбляюсь в тот мюзикл, над которым работаю. Просто я всегда стараюсь выбрать то, что с одной стороны, по моему мнению, полюбят зрители, а с другой стороны, нравится и мне самому. Невозможно полностью и без остатка посвятить отрезок своей жизни нелюбимому делу. Для меня мюзиклы — это не работа, а жизнь. 

— В чем секрет успеха Призрака Оперы?

Мне кажется, что авторы задумали его как очередной мюзикл, а создали произведение искусства и подлинный шедевр. С одной стороны, это провидение — сошлись звезды. С другой стороны, звезды действительно сошлись в прямом смысле: Эндрю Ллойд-Уэббер, Харольд Принс, Джиллиан Линн — великие имена в истории современного музыкального театра. Каждый до конца посвятил свой талант и опыт созданию мюзикла, и все получилось! А моя задача была сделать российскую постановку еще лучше, воспроизведя на российской сцене безупречное английское качество, но при этом привнеся эмоциональность и образность русского перевода, традиции российской актерской школы, драматизм и накал, которыми отличается игра наших талантливых артистов. По мнению международной творческой команды, именно наша российская постановка входит в тройку лучших в мире за всю тридцатилетнюю историю «Призрака Оперы». 

Дмитрий Богачев вручает Уэбберу первый диск Призрак Оперы на русском языке.
Дмитрий Богачев вручает Уэбберу первый диск Призрак Оперы на русском языке. Фото: пресс-служба «Стейдж Энтертейнмент»

Пародия на Голливуд

— Что нового и действительно интересного сегодня можно предложить зрителю, особенно в кризис, когда люди предпочитают отложить деньги на потом, а не покупать билеты на представления?

— Не обязательно тратить на постановки огромные деньги. Если в основе мюзикла первоклассная музыка и увлекательная история в исполнении талантливых артистов под руководством режиссера, хореографа, которые знают свое дело, и если при этом оформлением спектакля занимаются профессиональные художники, то успеха можно добиться и при сравнительно небольшом бюджете. Примеров много. А в театр люди будут ходить всегда. Потому что сидеть у телевизора невыносимо, а кино не может предложить эмоции живого контакта и сиюминутности происходящего. Другой вопрос, что люди будут более тщательно выбирать, на что потратить деньги. А это, в свою очередь, будет стимулировать продюсеров и постановщиков конкурировать за зрителя. Именно жесткая конкуренция установила и продолжает поднимать столь высокую планку бродвейских стандартов, к которой и нам нужно стремиться. А те, кто говорят, что нам Бродвей — не указ, просто ленивы, не хотят или не умеют работать.

— Вы, несмотря на кризис, растущий доллар и падающий рубль, продолжаете запускать новые проекты. Не боитесь финансового кризиса?

Боюсь. Но, боязнь, точнее, опасения и осторожность — это нормально состояние. Просто нужно быть осмотрительнее и аккуратнее, анализируя риски, избегая откровенных авантюр. Это тоже часть профессии. 

— Как удается справиться с большими затратами на подготовку шоу?

Путем максимальной локализации затрат там, где это только возможно. Мы стараемся отвязаться от валютных обязательств перед европейскими и американскими коллегами или партнерами, ищем новые интересные возможности, не предполагающие больших денежных инвестиций. Но, повторю, ни одна из наших постановок на театральной сцене или на ледовой арене не была и не будет компромиссом по качеству. Недорого — это не значит некачественно. Я предпочту не делать совсем, нежели делать плохо.

— У вас прошла премьера нового ледового шоу — «Синдбад». Что в нём необычного? 

— Это ледовый мюзикл о том, что происходит в головах у детей и подростков, переполненных впечатлениями виртуального мира кино, компьютерных игр, соцсетей. Помните пиксаровский мультфильм «Головоломка»? Его герои — это эмоции, живущие в голове у девочки Райли, поступки которой связаны с событиями, происходящими с героями в ее сознании. В нашей же истории про Синдбада мы становимся свидетелями не причин, а следствия эмоционального переполнения двух впечатлительных сорванцов — брата Алика и сестры Ани, которые без спроса родителей сбегают из дома на последний сеанс фильма про Синдбада и пиратов. Вдруг, неожиданно, прямо из зала кинотеатра они волшебным образом перемещаются прямо в фильм и оказываются «по ту сторону экрана», где становятся участниками удивительных приключений и встречают героев, знакомых нам по голливудским фильмам и мультикам. Это добрая пародия на Голливуд с его клише и штампами. Я надеюсь, что благодаря увлекательному сюжету, зрелищности, отличной музыке, множеству песенных хитов, прекрасному фигурному катанию и потрясающей воздушной акробатике ледовый мюзикл «Синдбад и принцесса Анна» станет главным хитом новогодних каникул!

Оставить комментарий (0)

Самое интересное в соцсетях

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы