51

Кредит за гранты не дают

АиФ Москва № 12 21/03/2007

"Утечка мозгов" продолжается. Страну покидают 15% выпускников российских вузов. О том, можно ли остановить этот процесс и на что сейчас живут люди науки, мы решили поговорить с молодым учёным, работающим в столице.

Владимир ШЕВЧЕНКО - кандидат физ.-мат. наук, старший научный сотрудник Института теоретической и экспериментальной физики. Окончил МИФИ в 1996 г. Область интересов - квантовая теория поля. Два года работал в Нидерландах, сейчас активно сотрудничает с Европейским центром ядерных исследований (ЦЕРН), который находится в Швейцарии.

Меценаты деньги не "моют"

- ТО, ЧЕМ вы занимаетесь, - фундаментальная наука в чистом виде?

- Да, я занимаюсь физикой элементарных частиц. Но, как это ни удивительно, самый интересный объект изучения здесь - это вакуум, который живёт своей весьма сложной жизнью, хотя реальных частиц в нём и нет. Здесь есть много очень глубоких и пока нерешённых научных проблем. А в ЦЕРНе я работаю с группой, которая изучает различные редкие процессы, а также ищет новые частицы.

- Из чего складывается ваш доход?

- Как и у большинства учёных, работающих основное время в России, мой доход многокомпонентный. Он набирается из различных источников как российского, так и западного происхождения. К сожалению, о той его маленькой части, которая по идее должна быть основной, - базовой ставке старшего научного сотрудника - стыдно даже говорить, она составляет где-то около 2 тыс. руб. А если вести речь о грантах, то, например, грант фонда "Династия" - 15 тыс. руб. в месяц в течение трёх лет - был, конечно, важной компонентой моего бюджета.

- Как распределяются гранты, за какие заслуги? И чьи это, собственно, деньги?

- Фондов существует множество - в каждой области науки и в разных возрастных категориях. Есть программа молодёжных президентских грантов, есть именные стипендии. Чьи деньги? В частных фондах это личные деньги основателя фонда. Или привлечённые каким-то образом - с помощью спонсоров, меценатов. Но главный грантодатель - это, конечно, государственные организации. Так во всём мире, нигде финансирование науки на меценатстве частных лиц не основывается. Гранты распределяются по результатам оценки заявок, оцениваются научный потенциал и предыдущая работа студента, аспиранта или учёного. И принимается решение - давать или не давать.

- Нет опасности, что это какие-то "отмытые" деньги?

- Нет, наука - не та область, которая привлекает отмывателей денег. У них есть другие способы. Во всяком случае, о подобных скандалах ни у нас, ни за рубежом я не слышал. Грант даётся под конкретный научный проект, и за него нужно отчитываться.

Пирамида

- МОЖЕТ ли талантливому молодому учёному хватить дохода, чтобы взять, скажем, ипотечный кредит?

- Если основными источниками дохода являются гранты и работа за рубежом по кратковременным контрактам, ни один банк серьёзный кредит под это не даст. Вообще жилищная проблема - одна из самых острых. У нас сегодня нет научных организаций, которые могли бы предложить своему сотруднику ясную перспективу структуры его доходов, с которой он мог бы претендовать на ипотеку. Так что нет ничего удивительного в том, что "утечка мозгов" продолжается. Более того, если говорить об индивидуальных грантах, то их основная масса сосредоточена в молодёжном секторе. Есть механизмы отбора, развития и поддержки способных школьников, студентов... С аспирантами уже сложнее, а на уровне профессоров полный провал. А ведь именно в этом возрастном промежутке, от 35 до 55 лет, находятся лидеры настоящих и будущих самостоятельных научных проектов. Есть примеры, когда руководитель научного подразделения имеет доход меньший, чем его подчинённые. Это нонсенс! Каждый из сотрудников должен хотеть стать руководителем. Но если он видит, что его профессиональный рост не будет скоррелирован с материальным благосостоянием, он лучше сразу займётся другим.

- Выходит, деньги, которые государство вкладывает в молодёжь, давая ей гранты и стипендии, бесполезны? Повзрослев, люди уедут или подадутся в бизнес?

- Во многом, к сожалению, так и происходит, а дело в том, что надо развивать всю научную "демографическую пирамиду", а не только "молодёжь" или, наоборот, только "академиков". В науке всё тонко завязано, необходимо думать о конструкции в целом. Из мирового опыта известно, какая доля людей в данной области науки приходится на каждый возрастной слой этой пирамиды и сколько стоит их работа. Если мы хотим иметь конкурентоспособную науку, мы должны чётко следовать этому стандарту. Тогда у нас сформируется нормальный рынок интеллектуального труда в сфере науки. А пока его нет.

- Что посоветуете студентам, которые по окончании учёбы хотят остаться в науке и при этом иметь хороший доход?

- Нужно ещё задолго до окончания учёбы начать общаться с профессиональными учёными высокого уровня. В России такие люди по-прежнему есть. Но самое главное - необходимо понять, интересует ли вас сама наука - как способ познания устройства окружающего мира. Если основная цель в том, чтобы "иметь хороший доход" или, например, стать знаменитым, - нет смысла идти в науку. Для достижения этих целей есть более простые пути. Думаю, что получить Нобелевскую премию - один из самых неэффективных способов заработать миллион долларов. Ни у одного серьёзного учёного, сколь бы он ни был честолюбив, деньги не занимают первое место в системе ценностей. Так было со времён Архимеда, ничего не изменилось. Уместна аналогия с большим спортом: нельзя стать чемпионом мира по фигурному катанию, если не любишь кататься на коньках.

Смотрите также:

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество