49

На морозе шерсть гуще

АиФ Москва № 42 15/10/2003

ДМИТРОВСКИЙ район Подмосковья оккупировали американцы. Заморские гости в нелегких местных условиях внедряют передовые технологии и пытаются доказать, что сельское хозяйство может приносить прибыль даже в нашей стране.

Корни

В ПРОАМЕРИКАНСКОМ хозяйстве "Насадкино" нас встречал Андрей Даниленко. Он представился президентом международного общественного фонда "Русские фермы". Смущали некоторые моменты: во-первых, слишком юный "фейс" начальника; во-вторых, для выпускника исторического факультета МГУ он слишком хорошо разбирается в парнокопытных и производстве овощей. И наконец, где же американские фермеры? Оказалось, 36-летний Даниленко - уроженец... Сан-Франциско. А история его семьи похожа на роман.

В 1921 г. на Тамбовщине подавили восстание крестьян. На глазах у дедушки (тогда 11-летнего мальчишки) расстреляли родителей. Парнишка попал на пароход, отправляющийся из Одессы в Нью-Йорк. Рос, работал, женился. Участвовал во Второй мировой войне. Вместе с американскими войсками дошел до Берлина. От немедленного переезда в Россию отговорили советские солдаты, разъяснив, что его ждет в СССР. Но мечта вернуться осталась и передалась по наследству дочери Полине. Шестнадцатилетняя девушка накопила на трехдневную туристическую поездку в Москву. Романтические представления об исторической родине оправдались. У судьбы оказалось лицо гида - студента иняза Льва Даниленко. Началась любовь по переписке. Через год - следующая поездка и заявление в загс. Но виза у Полины заканчивалась раньше, чем назначили дату бракосочетания. Невеста вернулась в Америку, а через девять месяцев родила сына. Семья воссоединилась в Москве после того, как американская компартия ходатайствовала перед КПСС. К тому времени, когда Андрею предстояло идти в школу, родители уже развелись. Но из Москвы мама не уехала. Школьные годы кроме теплых отношений с одноклассниками запомнились некоторыми маразмами: Андрея не допускали к урокам НВП, а на каждую загородную экскурсию он должен был брать разрешение в КГБ. После школы поступил на истфак МГУ и подрабатывал в американском посольстве. После чернобыльской аварии решил уехать навсегда. На американской родине начинал карьеру с заправщика бензоколонки. Мама взахлеб писала о перестройке. В Москву вернулся из любопытства. И застрял.

Фонд "Русские фермы", обучающий наших крестьян передовым технологиям, сначала привлек его как эксперта со знанием русского языка (и души). Но дмитровские аграрии хотели не столько знаний, сколько денег. В 1996 г. 20 хозяйств района получили ссуды от фонда на 600 тыс. долл. Через год 93% из них вернули деньги. А поскольку тем, кто не вернул, долги простили, то еще через год кредиторы лишились уже половины возвратных средств. Затея прогорела. Задача-максимум у Даниленко - на базе обанкротившегося племенного колхоза обустроить молочную ферму (в перспективе таких будет 12-15), а также обеспечить поставку овощей на бывшую московскую овощную базу.

Коровник

ВЪЕЗД контролирует колоритный охранник: нетороплив, в меру пузат, длинноволос. Слева по курсу силосные... нет, не ямы (привычное для нашего слуха), а ровные бетонные площадки. Принципиальное отличие номер один: силос - рубленую кукурузу - складывают штабелями и тщательно укрывают от дождя НАД поверхностью земли. Чтобы он перебродил, но грунтовые воды не подтапливали. Справа - коровник. Никаких бетонных стен. Скотина живет под брезентовым навесом с ярко-зеленой шиферной крышей. Никаких веревок на шее. Пятнистые животные, завезенные из Голландии, свободно перемещаются по загону. Чтобы стабильно выдавать высококачественное молоко, буренки должны круглосуточно и круглогодично пережевывать силос. Всякое разнообразие в меню им противопоказано. А на пастбище корова может зажевать и камень, и железяку. Недостаток витаминов восполняют различными добавками.

Два раза в сутки коровы отправляются на дойку. Процесс полностью компьютеризирован. На шее у каждого животного пластмассовый брелок - электронный паспорт. Там записана вся информация от рождения, состояния здоровья и до последней дойки в количественных и качественных показателях. Между цистерной и выменем - никаких посредников с ведрами. Молоко по сложной системе труб через фильтрационные устройства стекает в огромную емкость.

Пока мы знакомились с технологическим процессом, удивлялись наворотам, тискали телят, на территории появилось главное действующее лицо. Шен Бетзольд - скотник. Сейчас у Шена на попечении 500 голов, а в скором времени будет 1200. Телята - уроженцы Насадкино - уже подрастают, и еще телок из Голландии привезут. Каждая такая особь обходится в 1 тыс. долл. В прошлом Шен практиковал на ферме в родном штате Висконсин. Посадить кормовую кукурузу в середине апреля, палаточная конструкция для скотины - это его идеи. Шен считает, что подмосковные морозы при хорошем питании голландским коровам не страшны. Природа сама о них позаботится - шерсть вырастет длиннее. Чтобы не скучать на российских просторах, Шен привез в Подмосковье всю семью. Две дочери ходят в местную школу, а в свободное время помогают папе и маме.

Все хорошо на американской ферме, но ощущение, что чего-то не хватает. Вспомнила! Коровьих кличек! Наша доярка погладит по вымени свою Ночку, Зорьку, Буренку... А у них все под номерами. Номера - на ярко-желтых клипсах в ушах. Мы буренок пожалели, а упитанные рогатые "иностранки" бодро промычали на прощание.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество