aif.ru counter
41

Страсти по антиквариату

АиФ Москва № 46 14/11/2001

ДАМЫ поправляли свои прически, глядя в зеркала, которые запросто могли украшать туалетные столики их бабушек. Потускневшая фольга и состарившееся дерево с еще большим чувством отражали блеск камней на посетительницах XI антикварного салона, который всю прошлую неделю шумел в Центральном доме художника. Почти каждый из 100 участников салона кроме мебели и картин имел витрину с украшениями и дорогими безделушками.

Ярмарки всегда дороже

ЯРМАРКИ антиквариата уже несколько лет проходят дважды в год. И каждый раз, чтобы попасть на салон, нужно заплатить 100 руб. (в другое время вход в ЦДХ стоит в четыре раза дешевле), отстояв в приличной очереди таких же страждущих. Те, кто не готов платить, смотрят на процесс "свысока": залы второго этажа, где проходит салон, частично просматриваются с третьего. Одна старушка перевесилась через перила так, что чуть не свалилась на сундук со столовыми приборами одного из императорских заводов. Устроители отмечают, что и настоящая салонная публика стала раскованнее в поступках, ведь прикупить колечко конца прошлого века с бриллиантом чистой воды за 20 тыс. долл. еще пару лет назад считалось не публичным делом. А теперь, что называется, можно и при свидетелях.

Кроме известных галерей и аукционных домов свой антиквариат предлагают магазины. Говорят, что не в салонные дни пейзажи Бакста стоят дешевле. Но на то и ярмарка, чтобы с удовольствием переплачивать. Среди новых богатых, отличающихся от новых русских образованием и вкусом, в большем почете предметы старины фирм, которые прекратили свое существование. Например, пасхальные яйца от Фаберже предпочтительнее шкатулок от ныне здравствующего ювелирного дома Болин. Видимо, дело в законах антикварного рынка: дороже стоит то, что уже нельзя и некому повторить.

Купил подделку - сам дурак

НЕ ВСЕ на салоне продавалось. Нет, неизбежные Шишкин, Айвазовский, Репин, обязательный Кандинский, милый Маковский и спорная Гончарова - продались. Почем - станет известно позже. Хотя, казалось, среди кроватей, комодов, этажерок, кресел и стульев, заставленных подсвечниками, лампами и сервизами, их невозможно было разглядеть.

Но проблема любых антикварных предметов не в деньгах, а в подлинности. И решать ее ценителям и покупателям приходится самостоятельно. Устроители салона ответственности за возможные подделки на себя не берут, хотя и приглашают для предварительной оценки экспертов, профессоров и научных сотрудников ведущих музеев. Так, из всего предложенного вопрос у экспертов был к натюрморту Натальи Гончаровой. И все, что могли сделать, это не включили ее в топ-лист (своеобразный лист рекомендаций) экспертного совета салона. А между прочим, Гончарова вместе с Айвазовским и Маковским входит в десятку "русских стотысячников" - художников, на чьи работы цены начинаются от 100 тыс. долл.

Большинство посетителей салона тратилось на драгоценности. Я наблюдала сцену, когда дама с йоркширским терьером под мышкой купила цветочную композицию от Фаберже - такой маленький фарфоровый букетик с клеймом, как бы подтверждающим подлинность. Но я знаю точно, что подлинные цветы Фаберже... не маркировали из-за хрупкости фарфора. Только дама это обнаружит не раньше, чем соберется букетик продать. Знаете, чем обычно утешают коллекционеров антиквары?! Рассказами, что не с ними одними такое случалось. В знаменитом собрании византийских эмалей академика Боткина тоже подделки попадались. Один такой крест до сих пор хранится в Оружейной палате. И ничего.

Смотрите также:

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы