aif.ru counter
65

Принцесса утренних звезд

Статья из газеты: Я молодой № 31-32 08/08/2001

Я забегаю в подъезд: рубашка - хоть выжимай, с носа одна за другой падают капли дождя. Москва, лето, ливень - я приехала к Чулпан Хаматовой в гости, познакомиться и взять интервью

Я забегаю в подъезд: рубашка - хоть выжимай, с носа одна за другой падают капли дождя. Москва, лето, ливень - я приехала к Чулпан Хаматовой в гости, познакомиться и взять интервью. Не успеваю, как приличная, сказать "здрасьте" и извиниться за свой абсолютно нетоварный вид, как Чулпан, которая ростом едва ли доходит мне до плеча, разворачивает вокруг меня активную деятельность заправского спасателя: "Мокрое давай сюда. Вот тебе сухая футболка. Сейчас будет чай - согреешься. Там, кстати, еще есть пряники". И вот я уже сижу на кухне, согретая вниманием и чаем, а рядом со мной Чулпан - маленькая хозяйка большого дома, взрослая актриса с глазами грустного ангела. OK, будем общаться.

В ЖИЗНИ она изящная, трогательная, тихая, как замечтавшийся нежный ребенок. Не боится долгих пауз, но если говорит, то с необычайным жаром, забавно сбиваясь и порой даже путаясь. Чулпан - это не влюбленная идеалистка Рита из "Страны глухих" и не глупышка Мамлакат из "Лунного папы", она настоящая, но в то же время абсолютно неземная, нереальная... Настоящая принцесса утренних звезд.

- Чулпан, я знаю, что в детстве вы были хиппи и толкиенисткой. В этом выражался ваш личный протест окружающему миру или это было что-то еще?

- Если бы вы жили в Казани 80-х годов, где я выросла, вы бы поняли, что это был, пожалуй, единственный вариант остаться нормальным человеком. Вокруг были одни придурки, и нужно было либо с ними как-то находить общий язык, либо пытаться существовать автономно. Мне повезло, потому что в какой-то момент у меня появились хорошие друзья - студенты из математического лагеря, в котором все, собственно говоря, и началось - и хиппи, и увлечение Толкиеном. Потом все стали взрослеть и массово решили стать панками. Я тоже как-то попыталась, но очень быстро поняла, что на уровне идеи, самой сути, - это не мое. Вообще все эти увлечения были не более чем тяга к романтике - песни у костра, рваные джинсы, проблемы в школе.

- Получается, вы нарочно эпатировали своим отвязным поведением учителей в школе, родителей?

- В школе - пожалуй, а родителей - нет. Они в молодости и сами были такими, я все свои джинсы перешивала из их штанов. Они очень спокойно относились ко всему этому, только предостерегали, что нужно все-таки держать себя в рамках, потому что философия очень свободная и может завести тебя достаточно далеко. Но, в общем-то, они мне полностью доверяли. Я думаю, когда у меня будут дети, что буду воспитывать по той же шкале и ни в коем случае не буду мешать им принимать собственные решения.

- К сожалению, нынешнее молодое поколение отнюдь не ограничивается хипповскими прикидами и лазаньем по лесам. Как по-вашему, откуда сейчас в молодых столько агрессии, злобы, массовое увлечение наркотиками и вообще безнадега какая-то?

- Мне кажется, это все из-за внутренней слабости. Нынешнее поколение, по всей видимости, духовно слабее, чем предыдущее. Люди, выросшие на переломном этапе времени, вынужденные бороться, всегда внутренне крепче, они тратят свои силы совсем в других направлениях. И еще, наверное, это просто время такое... Молодые думают, что агрессия и хамство в общении - это своего рода какое-то новшество. Быть скромным нынче не принято, люди зарабатывают свой авторитет у окружающих исключительно грубостью, силой и считают, что они идут в ногу со временем.

- А как у вас самой в юношестве складывались отношения с теми же наркотиками?

- Наркотики... у меня всегда по отношению к ним был какой-то внутренний запрет. Конечно, я что-то пробовала, но это так и осталось на уровне какого-то опыта - чтобы войти в некое пространство, а потом также легко из него выйти. У меня уже есть одна зависимость - сигареты, я уже не свободный человек. Вокруг и так столько форм несвободы, что зависеть еще и от каких-то гадостей, которые причиняют боль тебе и твоим близким, - это было бы уже слишком.

- Чулпан, я знаю, что в актрисы вы метили не сразу. В юности вы много сил и времени отдавали математической школе, потом финансовому институту. Как и когда вдруг пришла мысль, что актерская профессия - это ваше и это надолго?

- На самом деле я до сих пор не отношусь к этому как к профессии. Я зарабатываю себе на жизнь и вообще живу тем, чем люди обычно занимаются в качестве какого-то хобби, развлечения. А случилось все это тоже очень необычно. Я очень хорошо помню этот день - было лето, мы все только что вернулись из математического лагеря, и вот я шла с рюкзаком, из которого торчал огромный букет душицы, уже смеркалось, и мы с друзьями о чем-то спорили... И я не знаю, как это у меня вырвалось, но я вдруг сказала: "Спорим, что я брошу все и пойду в театральное училище". И мы поспорили. А дальше деваться уже было некуда - на следующий день я забрала документы из финансового института, в который только-только поступила. Очень поздно, но все-таки успела, и была зачислена в театральное училище. Год в нем отучилась, а потом приехала в Москву. Вот, собственно говоря, и все.

- С тех пор как вы выбрали для себя этот отнюдь не легкий путь, хоть раз об этом пожалели?

- Нет. Нет, ни разу. Меня, видимо, очень оберегает судьба, потому как все, что связано с какими-либо лишениями, унижениями в этой профессии, для меня происходит преимущественно в рамках какого-то геройства, подвига, а грязная и недостойная сторона актерской жизни меня в принципе не касается и не касалась. Да, я устаю. Иногда устает нервная система, иногда сдает физика, но не на уровне идеи, чтобы пожалеть и все поменять. Нет, такого у меня не было и, я надеюсь, никогда не будет.

- Чулпан, вы в 18 лет вышли замуж. Это была та самая Большая Любовь, которая не оставляет пространства для каких-либо сомнений и расчетов?

- Во-первых, конечно, это была любовь! Во-вторых, даже если бы мы не расписались, все равно были бы вместе. Штамп в паспорте был тогда необходим только потому, что мы оба были иногородние и нужно было как-то выбивать комнату в общежитии, чтобы жить вместе. И тогда у нас родился такой план: давай мы сейчас распишемся, не понравится - тогда разведемся. Все это оказалось очень легко, но у меня даже на тот момент было четкое ощущение, что мы будем вместе всегда, у нас будут дети и умрем мы в один день. Я как-то сразу увидела это тогда и вижу это так до сих пор.

- Вы оба были такие молодые, неопытные, наверное, было много сложностей и проблем? Кто помогал и как вообще родители отнеслись к такому положению дел?

- Родители, к счастью, были далеко. К счастью - потому что мы на самом деле оказались один на один с суровой действительностью, с бытом, и это было хорошей школой. Денег не было вообще, это была гитисовская общага, когда поют всю ночь и репетируют фехтование у твоей двери. Хочешь не хочешь, пришлось отказываться от собственного эгоизма, наступать на собственные желания и пытаться делать что-то вместе.

- Сейчас у вас в семье четыре человека, и все творческие личности. Вы, ваш муж (клоун) и его родители - актерская чета Волковых. Сложно жить таким большим актерским домом?

- Все правильно, только мы уже не живем такой семьей. Получилось так, что Лужков мне подарил квартиру. Так что теперь мы с Ваней будем жить отдельно от родителей, и с нами будет жить еще мой младший брат, который в этом году поступил в театральное.

- Чулпан, а как складывались ваши отношения со свекровью Ольгой Викторовной Волковой в то время, когда вы жили под одной крышей?

- Жилось замечательно, наверное, потому, что мы вчетвером, и непосредственно я с Ваниной мамой, просто психологически подходим друг другу. Кубики "Лего" так сложились, что мы оказались не противны друг другу. На самом деле очень редко получалось так, что мы все четверо и все дома, - обязательно всегда кто-то был в отъезде, и за счет такого броуновского движения мы не успевали уставать друг от друга.

- Насколько я знаю, вы с Ваней постоянно в разъездах. Как это сказывается на ваших отношениях?

- Дело в том, что я не могу находиться с человеком долго, как бы я его ни любила. Мне обязательно нужно периодически быть одной, чтобы иметь возможность вести внутренний диалог с самой собой в полном уединении. Это моя необходимость. Наши разлуки мне лично абсолютно не мешают. Может быть, Ване немного тяжелее, но так уж получилось, что он взял меня в жены, - поэтому приходится терпеть.

- Вы с Ваней оба люди творческие. А вдруг кому-то одному придется пожертвовать собственной карьерой ради сохранения семьи?

- Я бы этого очень не хотела, потому что, если кто-то из нас двоих уйдет из профессии, он останется каким-то обрубком и это будет уже совсем не тот человек, с которым ты начинала свой путь. Этот вариант, я думаю, у нас просто не пройдет.

- А как муж относится к вашим поклонникам?

- Нормально. Наверное, потому, что они пишут письма и это преимущественно девочки. А так, чтобы настойчивые мужчины, - нет. Наверное, они просто очень быстро понимают, что миф, созданный сценой, не очень-то соответствует, например, моему виду, когда я выхожу из театра после спектакля. Стоит трижды споткнуться об это, чтобы вся романтика сошла на нет.

- Получается, вы абсолютно не ревнивый человек, если так спокойно отпускаете любимого мужа далеко и надолго?

- Пока не было поводов. Я и не знаю, как это у меня проявится при случае. Но если вдруг случится такое, думаю, что я буду бороться за него до последнего просто потому, что мне будет жаль тех шести лет, которые мы вместе.

- Чулпан, вам 25 лет, у вас за плечами несколько очень удачных ролей в кино, бурная театральная жизнь. Вы талантливы, умны, чертовски обаятельны, да к тому же еще и любимы - казалось бы, чего можно еще желать. Так о чем все-таки мечтает принцесса утренних звезд (Чулпан - в переводе с татарского "утренняя звезда")?

- У каждого человека счеты с самим собой. Я не гневлю Бога и не говорю, что жизнь моя не удалась, но у меня на самом деле очень много претензий - в первую очередь, конечно, к самой себе. Поэтому я бы хотела для себя таких ролей, чтобы, сыграв их, можно было сказать, что след оставлен. Я жду, когда во мне откроется некий клапан и я всё-таки сделаю нечто абсолютно настоящее. Пусть это будет один спектакль, и увидят его всего лишь 100 зрителей, но зато это будет то самое соприкосновение с небом, после которого и умереть не страшно. Потому что тогда жизнь прожита не зря.

Смотрите также:



Актуальные вопросы

  1. Какие организации смогут звонить должникам и встречаться с ними?
  2. Кто такая Ирина Богачева?
  3. Когда включат отопление в Москве?