aif.ru counter
60

Кому достанется медвежонок?

Сначала было письмо в редакцию. "У меня очень счастливая жизнь. Есть муж, дочка и сын, хорошая работа. Недавно мы получили новую квартиру. Все было бы замечательно, но у меня еще есть сын от первого брака. Он живет в другом городе у родителей мужа. Недавно он прислал письмо, хочет приехать к нам учиться. Я уже несколько ночей не сплю, все думаю, что ему ответить. Так вышло, что никто, кроме мужа, не знает о нем. Как я скажу это своим детям?.. Лариса". Вместо обратного адреса написано лишь "Московская область", и в конце письма номер мобильного телефона, по которому я и позвонила.

СНАЧАЛА было письмо в редакцию. "У меня очень счастливая жизнь. Есть муж, дочка и сын, хорошая работа. Недавно мы получили новую квартиру. Все было бы замечательно, но у меня еще есть сын от первого брака. Он живет в другом городе у родителей мужа. Недавно он прислал письмо, хочет приехать к нам учиться. Я уже несколько ночей не сплю, все думаю, что ему ответить. Так вышло, что никто, кроме мужа, не знает о нем. Как я скажу это своим детям?.. Лариса". Вместо обратного адреса написано лишь "Московская область", и в конце письма номер мобильного телефона, по которому я и позвонила.

Лариса с радостью согласилась встретиться, но через слово говорила о мерах предосторожности. К себе домой она категорически отказалась приглашать, не назвала она ни город, в котором живет, ни номер домашнего или рабочего телефона.

Заинтригованная такой таинственностью, я представляла себе буквально героиню из бразильского сериала. Какую-нибудь томную изысканную красавицу, глубоко несчастную, волею обстоятельств разлученную с ребенком. Она хочет воссоединиться с сыном, но злые силы мешают ей в этом, вот и решила просить помощи.

Но на встречу пришла совсем другая героиня. Симпатичная молодая женщина в модных остроносых сапожках и простеньком жакете совсем не выглядела несчастной. Скорее, озабоченной, встревоженной. И сразу огорошила меня вопросом:

- Я подумала, может, вы мне подскажите какого-нибудь психолога? Я бы сходила проконсультироваться, что мне делать. Ну в смысле, как не обидеть мальчика своим отказом...

ИСТОРИЯ действительно местами напоминала латиноамериканское "телемыло".

Первый раз замуж Лариса вышла, едва ей исполнилось восемнадцать. Муж был всего на полгода старше, уже учился в институте и работал. Она же сразу после школы провалила вступительные экзамены, а на второй год поступать не стала из-за беременности. Безумная любовь, скрепленная штампами, длилась все лето, а с началом нового учебного года у молодого мужа появились и новые интересы. Даже ради любимой жены он не собирался жертвовать веселой студенческой жизнью. Лариса устраивала скандалы, вываливала из окна на голову мужа яичницу, когда он вечером возвращался из института домой, его встречали летящие в него тарелки, тапки и детские ползунки.

- С ним я вела себя как истеричка, - слегка кокетливо говорит мне Лариса. - Просто он был не тот мужчина... Обзывал меня дурой, которая не хочет учиться. А ведь когда я вышла замуж за Юрия - это мой настоящий муж, - Лариса подчеркивает последнюю фразу, - я поступила в пединститут и закончила его. И потом бывший совсем мне не помогал. Когда же мне было учиться, все на мне: и постирать, и приготовить. А он лишь возьмет Вовку на руки, потетешкает его полчаса и убегает: на работу или в институт.

Когда сыну было полгода, семейная жизнь его родителей закончилась. Папа, вероятно уставший стряхивать с головы омлет и собирать в коридоре осколки посуды, взял свои вещички, пока ребенок с мамой гуляли, и ушел к друзьям в общежитие. Лариса с мальчиком остались у свекра и свекрови.

- Вот уж кто мне помогал, - вздыхает Лариса. - Они так переживали, что Вовка будет расти без отца, все пытались его вернуть, звонили ему в общежитие. И меня очень жалели. Мы-то с бывшим мужем и его родителями жили в Архангельске, а мои родители - в районном городке. На кого мне было рассчитывать? Раз муж бросил, только на свекровь. Когда я устроилась на работу, она вышла на пенсию, чтобы Вовку пораньше из сада забирать и водить его на... - Лариса тут запинается. - Забыла, каким спортом он хотел заниматься. Ну, не важно, не помню уже, столько лет прошло.

Я мысленно прикидываю: прошло лет 12-13. Неужели это такой большой срок, через который уже действительно не помнишь, что любил твой ребенок? Или забывчивость связана с расстоянием? Лариса так и не смогла вспомнить, что она сама любила, пока жила в Архангельске, как праздновала Новый год, что дарила на день рождения свекрови и сыну Вовке.

- Что-то, конечно, дарила, - вздыхает Лариса. - У нас были очень хорошие отношения. А с Вовкой мы вообще были как друзья. Он с бабушкой ходил к автобусной остановке встречать меня с работы. Мы были очень привязаны друг к другу. А потом я вышла замуж...

КОГДА Лариса говорит о Юрии, своем втором муже, она преображается. Становится улыбчивой, оживленной, рассказывает мельчайшие подробности их семейной жизни и через слово повторяет: "Я с ним так счастлива..." Поначалу мне показалось, что это просто маска, за которой Лариса хочет скрыть свою не сложившуюся жизнь. Но нет, похоже, она действительно была счастлива.

Этот роман родители ее бывшего мужа только поощряли, легко отпускали ее на свидания вечерами и на выходные. Даже в свой отпуск она не осталась с ребенком, а поехала с Юрием на море.

- Конечно, он знал, что у меня есть сын, но хотел, чтобы мы побыли вдвоем. К тому же Юрик заботился обо мне, ведь с ребенком отдыха уже не получилось бы...

- А со своими общими детьми вы тоже вместе не ездите в отпуск? - удивляюсь я.

- Ну, это же совсем другое дело, - улыбается Лариса и снисходительно добавляет: - Я понимаю, что вы имеете в виду. Конечно, Юре не нравилось, что у меня был ребенок. Он и не скрывал этого, и не обязан был его любить. Юра однажды пришел к нам домой, но Вовка нам все время мешал.

Как мешал, Лариса сказала, что не помнит. В памяти остались лишь ощущения раздражения на мальчика и страха, что и Юра ее бросит.

Они встречались больше года, когда Юрий сообщил, что его переводят служить в Подмосковье, и предложил Ларисе выйти за него замуж и ехать вместе с ним. Ей было тогда 25, большинство ее подруг-ровесниц только начали выходить замуж, и она очень переживала по поводу того, что уже была разведена. Сыну Вовке исполнилось семь, и осенью он должен был пойти в первый класс. Это обстоятельство и определило дальнейшее развитие событий. Несмотря на Вовкины слезы и просьбы, его не взяли с собой: неизвестно, как сами устроятся, найдут ли школу. Юрий предложил: пусть мальчик пока учится в Архангельске, а потом, если у них все будет нормально, Лариса заберет его к себе. Она пообещала сыну вернуться в августе, чтобы собрать и проводить его в школу.

- Я думала, что буду навещать его, пока не заберу к себе, - говорит Лариса, и ее взгляд из оживленного становится отстраненным. - Но так вышло, что поначалу было много проблем - то с жильем, то с работой. Я нужна была мужу, поэтому и не успела приехать к первому сентября. А потом оказалось, что я жду ребенка. Куда же в таком состоянии трястись в поезде?

Когда Лариса позвонила свекрови, чтобы объяснить ситуацию, та накричала на нее: либо забирай сына к себе, либо больше не звони, не травмируй ребенка. Но Юрий был категорически против, чтобы в их еще не устроенной жизни появился ее первый сын. Когда же родился его собственный, сказал жене:

- Давай не будем ничего усложнять. Пусть мальчик живет у родных бабушки и дедушки. В нашу семью он не впишется.

ДОМА у Ларисы до сих пор хранится небольшая пачка писем, которые первые несколько лет писали свекровь и сын. Некоторые из них Лариса принесла с собой.

В самом первом бабушка подробно описывает, как ребенок переживал, что мама не проводила его в первый класс, ругает своего сына, который тоже не пришел. В конце приписка корявыми печатными буквами: "Я хочу к маме". Еще одно письмо написано на листочке в узкую линейку старательным почерком младшеклассника. Оно начинается и заканчивается словами: "Мамочка, я по тебе скучаю, когда ты за мной приедешь?" Там же рассказ о драке с одноклассником: тот дразнился, что его бросили родители. И обещание показать маме, как здорово он научился кататься на коньках. А еще - полный отчет об оценках за вторую четверть: ни одной тройки.

Мама переписывалась с сыном два года, сначала довольно регулярно, потом отвечала ему все реже и короче.

- Он в каждом письме спрашивал: "Ты заберешь меня?" Потом стал просто звать в гости, - рассказывает Лариса. - Я как получу письмо, собираюсь поехать, но все время что-то мешает. А недавно у нас второй ребенок родился, маленького и не оставишь, и с собой не возьмешь. Да и Юра мне не разрешал. Он говорил, что ты мучаешься? У тебя же есть дети, а тот - отрезанный ломоть.

РАЗВЯЗКА произошла неожиданно. Ларисе позвонил сын и попросил выслать ее фотографию.

- У меня ведь всего одно твое фото. А бабушка говорит, что ты, наверное, сильно изменилась. Боюсь, приду тебя встречать и не узнаю!

Лариса долго рыдала и уже совсем собралась ехать, но муж опять не пустил. Более того, он запретил ей звонить сыну, писать письма и даже говорить о нем. С этой тяжелой ситуацией было решено покончить самым категорическим образом: забыть, вычеркнуть из жизни. Лариса предполагает, что муж сам позвонил в Архангельск и все объяснил бабушке, потому что с тех пор больше не было ни звонков, ни писем...

Она достала из сумки фотографию, на которой изображен подросток, сидящий в обнимку с плюшевым медведем и серьезно глядящий в объектив. Сын Вовка в этом году заканчивает школу, хочет дальше учиться в Москве и, как считает Лариса, поэтому решил написать матери. Письмо написано таким же старательным почерком, как и то, почти десятилетней давности. И такой же подробный отчет о своих достижениях, как лишний аргумент для мамы, что он хороший, его есть за что любить: "Я победил в олимпиаде по истории, мне предлагают серьезно заниматься волейболом ("Да, - задумчиво замечает Лариса, - он и в детстве любил играть в мяч".), я хорошо разбираюсь в компьютерах - могу научить своего братика". "Он даже не знает, что у меня потом еще дочка родилась", - поясняет Лариса.

- Вы не хотите увидеть сына? - спрашиваю я.

- Зачем? Как я объясню ему, почему оставила его? И что я скажу своим детям, которые даже не знают, что у них есть старший сводный брат? Тогда вся моя жизнь потеряет смысл, - ее взгляд становится беспомощным, но голос при этом звучит очень твердо.

И я понимаю, что по большому счету ей не нужна никакая психологическая поддержка, ей нужно оправдание, дополнительная уверенность, что она не могла поступить иначе. И она не хочет слышать, что 12 лет - это еще не вся жизнь, и их можно попытаться переосмыслить. Начиная с того момента, когда она оставила семилетнего ребенка и так и не вернулась к нему, как обещала.

Мне показалось, что я в чем-то убедила Ларису. Убирая фотографию, она грустно заметила:

- Этого мишку я подарила ему, когда уезжала из Архангельска. Еще сказала: "Когда очень заскучаешь, обними медвежонка и вспомнишь меня". Вот он его и обнимает...

Я ПОЗВОНИЛА Ларисе через неделю - узнать, какое она приняла решение. Она говорила со мной довольно сухо:

- Вы знаете, речь идет не только о моей жизни, но и о судьбе мужа, моих детей. Я не могу ее ломать, поэтому мальчику не надо приезжать.

- Вы так и напишите ему?

- Я поделилась этой проблемой с мужем. Он сказал, чтобы я не волновалась, он сам все решит. У меня очень заботливый муж. Может, мы просто вернем письмо, как будто адресат выбыл...

Смотрите также:



Актуальные вопросы

  1. Какие организации смогут звонить должникам и встречаться с ними?
  2. Кто такая Ирина Богачева?
  3. Когда включат отопление в Москве?