207

Кровать Одиссея

АиФ Дочки-Матери № 24 28/12/2004

ПОДРУГА Ольга нашла жениха. Не для себя, у нее какой-никакой муж имелся. Для Кати. У Кати уже второй год мужа не было. Был да сплыл. Вернее, улетел. В Америку. Но перед этим Катя с ним развелась. "Подумаешь, изменил, - шумела Ольга, - да кто сейчас не изменяет?!" "Я!" - отвечала Катя. "Ты - баба, а он - мужик, за десять лет брака все приедается, захотелось новых ощущений, погулял бы да и вернулся", - не унималась Ольга. В общем, развелись. Теперь он в Америке, а она, гордая и одинокая, тут. Ольга сказала, что надо, пока не поздно, устраивать личную жизнь. По Ольгиному разумению, личная жизнь - это муж. Катя слабо сопротивлялась, но Ольга заявила, что в этом деле нельзя пускать все на самотек, надо искать жениха. И нашла. Какой-то бывший одноклассник ее мужа. Сама она его не видела, но муж сказал, что подходящий, не пьет, не курит, разведен, детей нет - ну чем не жених? Такие теперь на дороге не валяются. В общем, Ольга велела мужу пригласить его встречать Новый год. Там и познакомятся.

Катя покорно (не хотелось огорчать подругу) согласилась. И вот теперь сидит перед зеркалом, замазывает крем-пудрой изъяны. Ладно, что есть, то есть, все свое ношу с собой, и новые морщины, и плохое настроение, и тоску по Гришке, будь он неладен. Может, Ольга и права, надо было перетерпеть. А, да что теперь говорить, что сделано, то сделано! Катя подошла к кровати, где лежало аккуратно расстеленное выходное платье, - и обмерла! Из батареи, к которой была придвинута кровать, капала вода! Катя позвонила Ольге, что задерживается, и вызвала аварийку.

Пьяные слесари ("А что, имеем право, Новый год, а тут вы со своей батареей") приехали к одиннадцати вечера. Долго не понимали, что она от них хочет, ложились поперек кровати, трогали батарею, требовали бутылку, периодически, притулившись на кровати, впадали в спячку и наконец потребовали, чтобы кровать отодвинули, иначе к батарее не подступиться. Кровать не могли сдвинуть даже втроем. Чугунное литье, авторская работа с клеймом мастера на раме. XVIII век. Откуда Гришка ее приволок и как установил - загадка. Катя приехала из санатория - кровать стоит. "Сюрприз!" - Гришка страшно гордился. Теперь этот сюрприз не сдвигался ни на миллиметр, вода капала. Слесари ушли.

Беспрерывно звонила Ольга, злилась, жених сидел под елкой, как дура с мытой шеей, но ехать было уже поздно, да и не хотелось. Катя налила в бокал шампанского, которое приготовила взять с собой, чокнулась с зеркалом - и легла спать.

Рано утром примчалась Ольга. "Ну и подумаешь, залило бы соседей, невелика беда, а теперь жди другого праздника, а жениха кто-нибудь уведет", - расстраивалась Ольга. "А что, больно хорош?" - "Да обыкновенный", - призналась Ольга. "Лучше придумай, что делать с кроватью, как ее подвинуть", - попросила Катя. "На моего надежды нет - у него радикулит, - вздохнула Ольга. - То радикулит, то геморрой, врет небось, чтобы ничего не делать". Подруги долго молча пялились на кровать. "Ну хорошо, - нарушила молчание Ольга, - ведь как-то Гришка ее втащил? Не ковал же он ее здесь, прямо у батареи?" - "Может, и ковал. С него станется".

Наконец решили, что Ольга приведет к Кате жениха, он вроде антиквариатом интересуется, вот пусть и купит, все-таки XVIII век. Купит - и сразу увезет. "Да я ему так отдам", - оживилась Катя. "Еще чего, - возмутилась подруга, - да тут одного чугуна больше тонны небось, а ты - отдам. А если не возьмет, то это - двинет. Влюбится - и отодвинет. Твой Гришка из-за любви к тебе приволок эту дуру, а наш жених из-за любви пусть уволакивает обратно. Через пару дней придем".

ВСЕ праздники Катя стерегла батарею с баночками и тряпочками. Наконец явилась Ольга с женихом. Унылое лицо, залысины, покатые плечики, букетик из трех жалких гвоздик. Не Ален Делон, но лишь бы с кроватью помог. Жених молча съел все котлеты - ее фирменное блюдо. Сделал замечание: котлеты надо подавать с пюре, а не с жареной картошкой. Жареную картошку, впрочем, тоже всю съел. Потом съел пирог с черникой. Отметил, что "черника свежезамороженная, не то что свежая...". Потом Катя, толкаемая под столом Ольгой, спела два романса, аккомпанируя себе на гитаре. Жених похвалил, сказал, что поет она с чувством. Чувство, безусловно, заменяет отсутствие голоса. Наконец обессиленная Катя повела его к кровати. Гость милостиво согласился принять подарок. Хотя на XVIII век не похоже, стиль не выдержан, типичная эклектика. Но возьмет. С условием, что доставят ему домой. Доставку он оплатит. Тут уж не выдержала Ольга. И открыто выдала: "Котлеты сожрал, хозяйке нахамил, да еще кровать ему на дом доставляй! Давай, вали отсюда!" Жених ушел, подруги повеселели. "Свежую чернику в январе захотел!" - заливалась Катя. "А пюре-то, пюре!" - Ольга вытирала слезы от смеха.

Вечером приехала из Тамбова тетя Лиза. Походить по театрам и еще по каким-то делам. "Потом скажу, если получится, - загадочно щурила глаза тетя. - И не зови меня "тетя Лиза". Лиля, можно Лилечка". Она была актрисой, играла в тамбовском театре. Катя обрадовалась ее приезду, из-за дырки в батарее она не могла отлучиться из дому, а надо было ехать в бюро переводов сдавать работу, и много чего еще надо. Лилечка согласилась подежурить у батареи, но недолго. История с Катиным разводом (она об этом еще не знала) ей не понравилась, зато история с кроватью понравилась, и даже очень. Она сказала, что подобный сюжет использовал Гомер. "Это же кровать Одиссея!" - объяснила Лилечка. Узнав, что Катя не читала Гомера, она осуждающе покачала головой. Дело в том, что Одиссей сделал супружеское ложе из пня оливы. Пень врос корнями в землю, и отодвинуть кровать, естественно, было невозможно. Эту тайну знала только его жена Пенелопа. Когда через двадцать лет Одиссей возвратился к ней из своих странствий, Пенелопа его не узнала. Тогда он рассказал ей об их общей тайне, и она его признала! "Никто, кроме твоего бывшего мужа, тебе помочь не сможет!" - вынесла Лиля свой вердикт. И закончила загадочно: "Это судьба!"

Судьба - не судьба, но вдруг позвонил Гриша. Из Детройта. Поздравил с Новым годом. Сказал, что замечательно устроился, работает в серьезной фирме, собирается покупать дом. И чтобы она, Катя, срочно прилетала. "Зачем?" - не поняла Катя. Сердце в груди билось как сумасшедшее. "Как зачем? Тебе в этом доме жить, ты сама должна выбрать!" - "Гришка, ты сошел с ума! Скажи лучше, как сдвинуть кровать, этого мастадонта, это прокрустово ложе, которое ты повесил на мою шею! У меня течет батарея, а слесари не могут ее поменять, пока я не отодвину кровать, понял? Бросил меня с этим железом, а сам дом покупаешь в другом полушарии", - Катя заплакала. "Катька, дура, я люблю тебя, не плачь!" - кричал бывший муж из другого полушария...

Лилечка придумала, как избавиться от кровати. Надо ее продать вместе с квартирой, а потом купить другую квартиру, без кровати. Договориться с риелторской конторой, пусть ищут покупателей. "А когда покупатель будет на крючке, разыграем сцену (если он заметит дырку, самим не говорить ни в коем случае!). Мол, какая дырка, где дырка, не знали, не ведали. В крайнем случае сбавим немного цену. Ты, главное, молчи и хлопай глазами, остальное я беру на себя, я же актриса!" Ольга тоже придумала: найти мужиков со сварочным аппаратом - и они разрежут кровать на части. Всего делов-то. Жалко, конечно, все-таки XVIII век, хоть и эклектика. А где ж взять мужиков, которые могут ее сдвинуть? Таких сейчас нет в природе, и с этим печальным фактом надо смириться.

В общем, Ольга искала мужиков со сварочным аппаратом, Лиля периодически куда-то исчезала с загадочным видом, а в перерывах репетировала сцену: "Где дырка? Какая дырка?" Катя договорилась с риелторской конторой, со дня на день ждали покупателей. Дело двигалось по всем направлениям, вода тоже текла своим чередом, бегали с банками и тряпками, все были при деле.

ВСЕ решилось неожиданно и сразу. Сначала Лялечка открыла тайну своих загадочных исчезновений. Оказывается, у нее есть старый приятель, вместе учились в театральном, но он пошел по административной линии. А вот сын его стал режиссером, снимает на телевидении сериалы. И этот сын, с подачи папы, предложил ей роль в новом десятисерийном фильме. Она будет играть жертву маньяка! Она - мать, у которой украли сына в грудном возрасте и продали за границу. И вот сын вырос и приехал разыскивать мать, которая, как он считает, его продала. И она тоже его ищет двадцать лет. И вот они встречаются, она бросается к нему: "Сын мой!" - а он зверски вонзает ей в сердце нож! А до нее он, оказывается, еще десяток женщин зарезал! Так он мстит за свою несчастную судьбу! Кровь льется рекой все десять серий! Лилечка в восторге. "Конечно, это не "Без вины виноватые", но режиссер сказал, что Островский - это сейчас пресно, никто такой фильм не купит, надо что-нибудь позабористее. Да я из этой роли конфетку сделаю! У меня будет многомиллионная аудитория!" - ликовала Лилечка.

Вечером ждали Ольгу со сварочным аппаратом. Но приехал Гриша из своего Детройта.

"Кровать, - заявил Гришка, - мы возьмем с собой. Поставим в новом доме. Таких там нет ни у кого! Чугунное литье!"

"А ты говорила, что Гомер - ерунда", - шепнула Кате на прощание Лилечка.

Ничего подобного Катя не говорила. Шлиман ведь тоже знал, что Гомеру надо верить. И нашел свою Трою...


"АиФ. Дочки-матери" продолжают конкурс рассказа. Победители получат ценные призы, а авторы всех опубликованных историй - гонорар 3000 руб. (без вычета налогов). Рассказ должен быть неожиданным и занимать не более 5 стандартных машинописных страниц (7500 знаков). Второй вариант - малый жанр - рассказ не более 27 строк (то есть одна страница) будет по достоинству оценен в 500 рублей. Не забудьте оставить свои координаты: точный почтовый адрес, паспортные данные, ИНН и номер пенсионного удостоверения (это обязательно, бухгалтерия у нас строгая). Редакция категорически не вступает в переговоры и переписку с авторами.

E-mail: boyarkina@aif.ru

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество