aif.ru counter
43

Наши кормильцы, кто они?

АиФ Долгожитель № 20 28/10/2005

На фоне многих полуразвалившихся крестьянских хозяйств эти два ставропольских колхоза выглядят вполне благополучно. Высокий урожай и стабильная прибыль позволяют обоим председателям вовремя рассчитываться с кредитами, в срок выплачивать зарплату и даже премию по итогам года. Отличие только в том, что председатель "Казьминского" Александр Шумский - коммунист, а председатель "Гиганта" Александр Ворожко - "новый русский".

Тесты на выживание

ШУМСКОМУ 67 лет, но выглядит моложе. Был депутатом сначала советского парламента, а затем первого российского, мятежного. ("После 1993 года принципиально не стал избираться. Только дураки способны стрелять в собственный парламент!")

Когда село шагнуло из социализма в капитализм, каждый, кто имел к колхозу хоть какое-то отношение, получил свою долю колхозной собственности. В том числе и земельный пай. В Казьминском на одного человека пришлось 5 га. На общем собрании казьминцы решили не кромсать землю на делянки, а обрабатывать ее, как и прежде, совместными усилиями. Полученная прибыль позволила не только прикупить новую технику и построить завод по выращиванию семян, но и выделить часть средств на социальный сектор, в том числе и на бассейн.

Но почему тогда соседние колхозы в руинах, средняя зарплата - 700-800 рублей, молодежь разбегается? Представьте себе такую картину: вырастил колхоз урожай, собирается продать зерно. Приходит к председателю перекупщик и говорит: "Продай мне подешевле, а я тебе за это заплачу". Все хорошо, но только как потом расплачиваться с кредиторами, у которых в течение года брали деньги и на зарплату, и на горючее, и на удобрения? Колхоз сразу становится должником, потом и банкротом. Колхозники называют такую историю хрестоматийным тестом на председательство.

Есть еще один тест - на предприимчивость. "В начале девяностых банки активно предлагали хозяйствам кредиты под двести-триста процентов годовых, - рассказывает Шумский. - Кое-кто взял, понадеялся, что долги спишут..."

Председатель "Казьминского" играть с банкирами "в рулетку" не стал, в долги не влез, и сегодня банки дают ему кредиты на льготных условиях.

Следующий тест - на дальновидность. С началом реформ в страну хлынул поток импортного мяса, и животноводство перестало быть выгодным. Многие пустили колхозные стада под нож и занялись зерном. Но беда в том, что российский климат далеко не всем производителям гарантирует ежегодное получение высокого урожая. А нет урожая - нечем расплатиться за кредиты. Между тем прибыль можно получать и на молоке. Например, "Казьминский" в сутки продает 40 тонн молока и ежегодно имеет с него прибыль в 12 млн. рублей.

Но Шумский сохранил колхозное стадо и по другой причине. Отказаться от животноводства ему не позволяет чувство долга перед страной и односельчанами. Шумский - человек идейный. Пустив под севооборот занятые под животноводство земли, получили бы прибыль в четыре раза больше. Кажется, выгоднее было бы сократить доярок и скотников. Но безделье развращает народ. Только сохранив рабочие места, можно удержать колхоз от развала.

Свинья - как сберкнижка

В ПОЛЕ нас везет старший агроном Николай Сычевский. От него мы узнаем, что студентов, будущих агрономов, в село не зазвать даже на практику: кто за тысячу рублей будет работать на земле? Уж лучше податься в трактористы или комбайнеры - они зарабатывают больше всех на селе.

На дальней кромке поля тарахтит трактор. Трактористу Александру Дмитриевичу Великоконю 66 лет, на тракторе с 1957 года. За ударный труд награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени и орденом Октябрьской Революции. В год Александр Дмитриевич зарабатывает 140 тыс. рублей. В летнюю пору встает в пять утра, ложится в полночь. "Мог бы и не работать, но пенсия мизерная, - говорит орденоносец. - Внукам нужно помочь, пока силы есть. Плохо, что наша зарплата от погоды зависит. Если дождь пойдет, на поле уже не выйдешь".

Следующая наша остановка - механизаторная станция.

- Сколько нужно зарабатывать, чтобы хорошо жить в селе?

- Семейный бюджет минимум должен быть пятнадцать тысяч рублей в месяц, - говорит тракторист Виктор Шеметов. - Зимой трудно приходится, без работы сидим, по двести-триста рублей получаем. Выручает хозяйство: вырастил свинью, корову, бычка - продал. Или заработанное за лето зерно (нам платят деньгами и зерном) можно продать.

- Сколько со свиньи можно денег выручить?

- Если посчитать все расходы плюс уход, - размышляет Виктор, - то можно и в убытке остаться. Свинью держишь на крайний случай. Продал - вернул затраченные деньги с небольшим процентом. Это как сберкнижка.

- Зажиточно можно сегодня жить?

- Только если водку паленую продавать, - смеются ребята.

У женщин запросы скромнее.

- Жить хорошо в селе сегодня можно, - считает разнорабочая Надежда Шлаузер. - Мне бы хватило четырех тысяч рублей плюс зарплата мужа - шесть тысяч. Это чтобы не занимать все время. Ну и домашнее хозяйство (сейчас очень выгодно свиноматку держать из-за поросят), свой огород выручает. Главное, чтобы муж непьющий был.

Анекдот наоборот

БРИТАЯ голова, боксерские плечи, массивная золотая цепь с крестом на груди... Бывший ветврач, а теперь председатель успешного колхоза "Гигант" Александр Ворожко - типичный персонаж анекдотов про "новых русских". Но анекдоты про него в селе не рассказывают. Может быть, потому, что ежегодно колхоз тратит на социальный сектор около 10 млн. рублей, а средняя зарплата механизатора - более 9 тыс. рублей в месяц.

У входа в правление колхоза пустуют два куба-постамента. По словам старожилов, на каждом когда-то стояла скульптура Сталина. "Вы хоть бы вазы с цветами на них поставили", - говорим мы Александру Ворожко. "Нет, - смеется он, - это пьедестал для двух будущих памятников - лучшему работнику и первому разгильдяю колхоза".

Есть вероятность, что тумба для разгильдяя так и останется пустой: быть разгильдяем невыгодно. В колхозе действует система штрафов. Так решили сами колхозники. Зампредседателя по коммерции Василий рассказал нам, что однажды в "Гиганте" за два стакана вина, выпитые в страду, годовой премии лишили всю бригаду.

Во время нашей беседы Ворожко то и дело поглядывал на экран ноутбука (у Шумского в кабинете компьютера нет), к которому подключен спутниковый Интернет. Невольно подумалось: "Суббота, можно расслабиться, зачем ему сейчас ноутбук?" Ответ пришел сам собой. На колхозном складе лежит 10 тыс. тонн непроданного зерна. Сейчас продавать его невыгодно - низкая цена, и председатель следит за новостями на рынке, ждет повышения цены.

Проблему убыточности мясомолочного производства Ворожко решил, не потеряв ни одной коровы. Просто раздал весь скот по личным подсобным хозяйствам. Надои выросли в семь раз. Ежедневно девять заводских молоковозов вывозят из Сотниковского молоко. "Раз в десять дней, - говорит Ворожко, - молокозавод расплачивается за полученное молоко". В среднем одна корова приносит семье в месяц доход от молока около 2 тыс. рублей. "А если это будет стадо в пятьдесят голов? - спрашивает нас Александр. - В ближайших планах у нас создание семейных ферм".

Ворожко и Шумский: найди шесть отличий

АЛЕКСАНДР Ворожко от Александра Шумского отличается не только внешне, но и по мировоззрению. Домик Шумского на улице Ленина ничем не выделяется среди соседских. Строящийся коттедж Ворожко по размерам напоминает скромный дворец из бруса. Школа в Сотниковском работает в три смены, нет свободных помещений. Через село проходит незаасфальтированное шоссе, ехать по которому можно лишь со скоростью пешехода, полсела дышит пылью. При этом председатель "Гиганта" не спешит вкладывать в ремонт дороги колхозные средства - говорит, что это не его дело. А в Казьминском за счет хозяйства введена в эксплуатацию новая дорога с асфальтовым покрытием протяженностью 8 км и отремонтировано 10 км старых дорог, построен большой рынок в центре села, а на базе бассейна организован лечебно-оздоровительный комплекс. Зато Ворожко ежемесячно платит отличникам в школе стипендию в 250 рублей и построил целый спортивный комплекс с залом для мини-футбола, тренажерным залом, бильярдной и сауной.

Приехать и жить в Казьминском могут все, кто хочет, в Сотниковском - только русские. Во время раскулачивания родителей Шумского, зажиточных крестьян, не тронули, а только отобрали скот и все добро. Дед Александра Ворожко сгинул в Сибири за отказ передать колхозу свою борону. Шумский был членом КПСС, сегодня состоит в Аграрной партии России. Ворожко называет советскую власть "самым большим злом на Руси".

Два таких разных человека растят на ставропольской земле хлеб для страны. Несмотря на почти полную противоположность мировоззрений, кое в чем можно увидеть и единство. Возводится в Казьминском на колхозные средства новый православный храм. Оглашает окрестности Сотниковского колокольный звон пожертвованной сельскому храму колхозом "Гигант" семиколокольной звонницы. Собирает в выходные сельских бабушек сотниковский автобус и везет на богослужение в Никольский храм, а потом развозит по домам. И хотя Шумский говорит, что о Боге и вере он "подумает потом", когда выйдет на пенсию, а для "верующего в душе" Ворожко православие - только традиция, сплачивающая людей, как знать, может быть, в этой полуосознанной потребности вернуть односельчан к истокам христианской жизни и кроется тайна успеха и благополучия двух ставропольских председателей.

Смотрите также:

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество