aif.ru counter
09.03.2007 00:00
118

Роман Мадянов: "Профессия - это воздух!"

«АиФ. Здоровье» № 10 09/03/2007

Роман МАДЯНОВ - человек необычной судьбы. Он стал актером в совсем юном возрасте, когда его ровесники еще играли в машинки, а к окончанию школы на его счету числился уже добрый десяток ролей в кино!

- СКАЖИТЕ, пожалуйста, жизнь актера - это поезда, самолеты, гастроли, съемки, недосыпы, недоедания... Зачем человеку такая жизнь?

- Профессия - это воздух! Мы действительно без этого дышать не можем! Мы все мечтаем в конце сезона пойти в отпуск, но проходит день, два отпускного безделья, максимум неделя, и у тебя возникает ощущение, что чего-то не хватает. Ты уже не в своей тарелке, начинаешь психовать, нервничать, потому что тебя вдруг оторвали от этого адреналинового допинга. Это жуткое состояние - не работать. Такого врагу не пожелаешь! Слава богу, что у меня это есть! Работа - это потребность! Это уже диагноз!

- А когда вы в детском возрасте снимались в кино, вы это воспринимали как работу или это все-таки было игрой?

- Гек Финн - это была главная роль в фильме. А мне всего 9 лет. Меня, естественно, жалели. Если можно было, вызывали на съемку чуть позже. Если вызывали вместе со всеми с утра, значит, чуть пораньше отпускали. А вот эта эйфория, что интересно сниматься в кино, что за тобой приезжает черная "Волга", детское восприятие - такие "понты", это очень быстро прошло. С меня эту спесь быстренько сбили. Я, мальчишка, очутился на съемочной площадке с суперпрофессионалами: Леоновым, Кикабидзе, Скобцевой... Режиссер один чего стоит - Георгий Николаевич Данелия! И я очень быстро понял, что это не развлекаловка, не прогулка, а серьезная, подчас нудная, изнурительная работа. Работа, когда нужно было иной раз вымучивать из себя в кадре слезы. Даже сейчас, с возрастом, с приобретением опыта, это достаточно сложно для меня. Я всегда завидовал тем артистам, которые могли молниеносно и без перехода заплакать. Так что я понимал, что это работа, и у меня не было особой эйфории.

- А как, по-вашему, это благо или беда для ребенка - сниматься в кино?

- Наверное, скорее беда. В моем случае меня Бог миловал в том плане, что я прошел достаточно мягко и плавно этапы перехода от детской непосредственности к зрелому осознанию самого себя, что я могу что-то в этой профессии. Но лишь единицы из тех маленьких звезд, которые блистали в кино прошлых лет, Господь направил не идти дальше в профессию. Закончилось детство. А ведь десятки, сотни, может быть, тысячи детей, вкусивших немножечко этой славы, продолжали кинокарьеру и становились совершенно несостоятельными как актеры в зрелом возрасте. Некоторые даже погибали, когда понимали, что все почему-то исчезло, пропало, ушло... К этому надо быть готовым, это очень непросто. Здесь спасением для меня были советы моего отца, театр. Театр лечит. Он остается с тобой навсегда. Это постоянный тренинг.

Я сравниваю профессию артиста с человеком, который идет наверх по эскалатору, движущемуся вниз. У нас у всех ощущение, что ты вроде бы чего-то достиг, но вот ты остановился перевести дух. Тебе кажется, что ты остаешься на том же самом уровне, а ты уже на 2 метра внизу. И, для того чтобы достигнуть места перед этим вздохом, надо затратить еще столько усилий! А работа в театре - это как бы залог профессионального здоровья для артиста.

- А насколько вы "трюковый" человек?

- Я очень неспортивный человек, потому что лентяй. У меня неспортивная фигура, мне никогда не хватало силы воли даже на то, чтобы заниматься зарядкой. Прыгать, скакать в кадре - зачем это? Есть каскадеры - люди, которые занимаются этим профессионально, зарабатывают на этом деньги, и я так никогда не прыгну. Мне же надо, скажем, когда упала машина, потом вовремя из-за забора вылезти. А дальше я уже все сыграю так, как ни один каскадер не сыграет. Так зачем же нам подменять друг друга?

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество