62

НАШЕ ИНТЕРВЬЮ. Права человека: как понимаем их мы и как - на Западе

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 12 18/03/1986

С заместителем директора Института государства и права АН СССР доктором юридических наук, профессором А. ВАСИЛЬЕВЫМ беседует наш корреспондент.

КОРР. Андрей Михайлович, сейчас на Западе развернута шумная пропагандистская кампания вокруг проблем прав человека. Как трактуется это понятие у нас и на Западе?

ВАСИЛЬЕВ. Отвечая на вопросы, связанные с правами, свободами человека, мы прежде всего должны иметь в виду, что подход к решению этих вопросов у советской юридической науки и у буржуазных идеологов совершенно различный. Для нас эти понятия включают то, что возвышает человека, дает ему возможность активнее участвовать в общественной жизни и в то же время не нарушает интересов других граждан.

Наше понимание свобод и прав человека всегда связывалось с представлением об ответственности человека за свои поступки перед обществом, перед другими людьми. Я бы сказал, что это коллективистская концепция, при которой права каждого человека используются для того, чтобы обеспечивать права всем членам общества.

Буржуазные идеологи трактуют права человека совсем в другом плане. Они трактуют их, исходя из принципа вседозволенности, я бы сказал так - в духе старого купеческого высказывания "что хочу, то и ворочу". И не важно, задевает ли это права и личное достоинство других людей.

В этом - принципиальное различие в подходе к проблеме.

КОРР. В чем оно конкретно выражается?

ВАСИЛЬЕВ. Наша Конституция дает широкие права и свободы всем гражданам нашего общества. И в то же время она говорит и об обязанностях перед обществом, о том, что нужно делать каждому, чтобы эти права были обеспечены. Иными словами, Конституция ставит вопрос о правах человека на реальную почву. Для нас важны не вообще свободы, не вообще права, а вполне конкретные, которые обеспечивают разумные потребности каждого человека, возможности для развития и движения всего общества вперед.

Мы говорим о правах и свободах человека в области социально-экономической, о праве человека на труд, на образование, на медицинское обслуживание, на жилище, социальное обеспечение и т. д., то есть о необходимых жизненных потребностях человека. И в Программе КПСС, и в Основных направлениях экономического и социального развития СССР совершенно очевидно прослеживается линия на то, как лучше обеспечить разумные жизненные потребности человека, которые и составляют содержание прав и свобод при социализме.

В то же время наряду с социальными обеспечиваются также и политические права, свобода творческого самовыражения, т. е. самые широкие права и свободы.

Мы отвергаем такие идеи и свободы, которые идут вразрез с нашими установками, с нашими завоеваниями. Поэтому разговоры, например, о свободе предпринимательства в том смысле, как это нам пытается навязать Запад, для нас просто неприемлемы, потому что социально-экономическая система в нашей стране совершенно иная.

КОРР. На Западе вновь и вновь поднимают вопрос о "правах советских евреев". Как это можно расценивать?

ВАСИЛЬЕВ. Для меня и как для человека, и как для юриста вопрос о "правах советских евреев" не существует. У нас вообще нет вопроса об особых правах какой-либо нации или народности. У нас есть право на самоопределение наций, и это право используется. У нас есть право на труд, на отдых, на социальное обеспечение и т. д. Все граждане нашей страны в этом отношении равны. Значит, ставить вопрос о "правах советских евреев" означает ставить вопрос о введении каких-то исключительных прав для них. А дальше уже недалеко и до расистских концепций. Очевидно, исходя из наших принципов, мы на это пойти не можем.

У нас невозможны такие расистские, националистические выпады, какие случаются в США и других западных странах, потому что и пропаганда антисемитизма, как и других форм расовой дискриминации, считается по нашим законам преступлением.

Империализм неоднократно пытался "испытать" нас по национальному вопросу. И вновь он стремится подкинуть нам его, на этот раз в виде "еврейского вопроса", чтобы нарушить монолитность нашего государства. Проблема "прав советских евреев" выдумана идеологами сионизма и преследует далеко идущие политические цели.

Этот вопрос, как отметил Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев в интервью газете "Юманите", стал частью разнузданной антисоветской кампании, настоящей психологической войны против СССР.

КОРР. Как, по-видимому, и вся кампания в защиту "прав человека в СССР"?

ВАСИЛЬЕВ. Во всяком случае, у нас в стране эта проблема не стоит. Она навязывается нам в "психологической войне", которую ведет Запад. Скажем, вопрос о наличии у нас "принудительного" труда. То, что мы тунеядцев заставляем работать, то, что для нашего общества вполне естественно, у них рассматривается как принуждение. Вынесите эти вопросы на обсуждение наших трудовых коллективов: считают ли они нужной борьбу с тунеядцами, алкоголиками, бездельниками? И вам ответят совершенно ясно, что эти люди должны работать, а не жить за счет общества.

КОРР. Излюбленная тема западных пропагандистов - наличие "политзаключенных" в СССР...

ВАСИЛЬЕВ. За убеждения, за образ мыслей у нас не судят. Заключение, как мера уголовной ответственности, предусматривается у нас только за действия, которые направлены против советского строя. Всякое государство должно защищать себя от тех, кто покушается на него, призывает к его подрыву или уничтожению, кто шпионит в пользу иностранных разведок. Эти действия по нашим законам квалифицируются как государственные преступления. Те, кто совершает их, отбывают наказание (таких у нас немногим более 200) и являются уголовными, а не политическими преступниками. На Западе хотят принципы своего законодательства навязать нам и, таким образом, говорить о наличии политических заключенных у нас.

Нам всегда надо иметь в виду, что буржуазные идеологи стремятся навязать нам взгляды и позиции, которые не вытекают из существа нашего общественного строя, нашей идеологии, нашего мышления, хотят вернуть нас к консервативным взглядам и концепциям. Кроме того, буржуазия мыслит в рамках права. И на почве своего мировоззрения, на почве своих юридических представлений она и стремится вступить с нами в бой. А вот те вопросы, которые для нас являются принципиальными и важными, - как обеспечить действительные социальные свободы для каждого гражданина, свободное пользование достижениями своего труда, культуры, медицины и т. д. - она не приемлет для борьбы, потому что ей невыгодно это.

КОРР. Как у нас реализуется свобода слова и свобода личности?

ВАСИЛЬЕВ. Что значит свобода? Неверно понимать ее как вседозволенность. Если каждый из нас будет делать все, что он хочет, то наступит хаос, никакой организации в обществе, никакого общего движения вперед не получится. Свобода не в том, чтобы встать поперек движения и кричать что вздумается. Это, я бы сказал, обывательское понимание свободы. Это штамп, который нам опять-таки пытаются навязать. И люди, которые имеют достаточный опыт общественной и производственной жизни, понимают это.

Когда человек хорошо знает свою профессию, понимает общие задачи, знает, как включить себя в это движение и творчески выразить себя, он свободен. А вот обыватель, который в глубине души мечтает переиграть окружающих, нажить свой, хоть какой-нибудь, капитал, стремится использовать этот штамп - что хочу, то и делаю. Мы против такой свободы, потому что она мешала бы жить другим людям. А свобода конструктивной критики у нас гарантируется.

Конечно, есть у нас еще недостатки. Но мы идем первыми по новому пути. Нам необходимо помнить ленинские слова о том, что в деле социалистического строительства нужно уметь кропотливо и последовательно делать свое дело. И тогда мы постепенно придем к воплощению великого принципа "свободное развитие каждого является условием свободного развития всех".

Смотрите также:

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество