aif.ru counter
28.07.2004 00:00
30

Южная Осетия - жертва разборок соседей

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 30 28/07/2004

"МЫ не хотим войны", - говорят обе стороны грузино-осетинского конфликта. При этом и грузинские, и осетинские военные спокойно копают окопы под пристальным наблюдением миротворческого поста в районе села Никози. Сами жители района говорят, что единственное, что может "объединять" самопровозглашенную республику Южная Осетия и Грузию, - это улица Сталина в городе Цхинвали и городок Гори в Грузии, где, собственно говоря, и родился "отец народов". Найти еще что-нибудь общее в зоне конфликта попытался наш корреспондент Павел ЕРЕМИН.

ЛАГЕРЬ добровольцев, прибывших воевать за независимость Южной Осетии, находился в интернате поселка Джава. В день моего приезда в интернат лагерь "работал" последний день. Добровольцы на 13 автобусах отправились в сторону Северной Осетии.

- Почему вы уезжаете? - спрашиваю у курящего крепкого парня, сидящего под деревом. Спустя несколько секунд выясняется, что его зовут Русик Мочучоев. Он из Владикавказа.

- Пока все спокойно и в нас нет необходимости, - говорит он и тут же виновато добавляет: - Но если придет пора, мы с Владика, как один, поднимемся на защиту братьев из Южной Осетии. Мы и в первую войну здесь были, и еще абхазским братьям подсобляли.

Только по приезде в Цхинвали узнаю, что добровольно прибывших в Джаву было чуть больше четырехсот человек, среди которых помимо осетин были терские казаки и абхазцы.

Жертвы геноцида

ПЕРВЫМ, кто встречал нас в Цхинвали, был Владимир Владимирович Путин, он укоризненно смотрел на нас с плаката "ВВП - наш президент". В это время таксист спрашивает меня о цели приезда. Отвечаю, что хочу пообщаться с ополченцами города. "У меня друг - ополченец", - говорит водитель, и мы тут же едем к нему в гости.

Ополченец Артур не очень похож на военного, скорее на преуспевающего бизнесмена средней руки. Но чтобы доказать принадлежность к защитникам Родины, он открывает багажник своей "десятки": "Вот смотри. Узнаешь?" Я быстро узнаю гранатомет с запасным выстрелом. "А вот еще", - на заднем сиденье машины лежит автомат Калашникова и камуфляж.

После близкого знакомства с вооружением цхинвальских отрядов самообороны мы едем на поминки брата другого ополченца, Шарифа. К моему удивлению, наш автомобиль останавливается около обыкновенной школы. "В первую войну грузины заняли высоты со стороны села Приси, где как раз и находится большое кладбище. Поэтому погибших хоронили прямо рядом со школой, - объясняет Шариф. Мы проходим через калитку, рядом с которой висит табличка "Жертвам грузинского геноцида". - У меня брат погиб, когда ему еще двадцати лет не было. Его и еще 14 человек, таких, как он, расстреляли в лесу грузины".

Каждый из собравшихся, перед тем как сказать слово о погибшем и выпить "за единение единой Осетии в составе России", выплескивает немного вина на памятник и продукты.

На центральном цхинвальском рынке всегда многолюдно и шумно. Именно здесь можно узнать все последние новости и слухи. Все покупки здесь можно делать только за рубли. На вопрос "откуда берется российская валюта?" торговцы наперебой начинают показывать российские паспорта.

- Мы граждане России и живем по русским законам, почти все жители прописаны во Владикавказе. Старики получают там пенсию, от 600 до 2000 рублей, кому сколько положено, - говорит торговец овощами Тимур Плиев и между делом предлагает мне купить помидоры, привезенные сюда из Западной Грузии. Он отдает их за 25 рублей и предусмотрительно помалкивает о том, что до конфликта они стоили всего 6.

Хозяйка войлочных изделий Дзерасса Хабилова рассказывает мне: "Я осетинка, до войны жившая в Тбилиси. Нас нигде не брали на работу, вынуждали сменить фамилию на грузинскую. Теперь мы живем здесь, а дочь с мужем-грузином - там".

Вечером в центре Цхинвали начинается концерт, собравший на театральной площади несколько сотен жителей.

Интересуюсь у компании ребят: что сегодня празднуют? Высокий парень в камуфляже отвечает: "Сегодня воскресенье, мы его всегда отмечаем". Ему в ответ где-то совсем рядом ухнули взрывы, которые тут же поддержали автоматные очереди. Привыкшие к выстрелам слушатели неохотно расходятся.

Виновата Россия?

С УТРА узнаю, что перестрелка велась недалеко от грузинского села Эредви в Южной Осетии, в котором, по слухам, уже успел побывать президент Грузии Михаил Саакашвили. Нашу машину в село не пропускают, поэтому дальше приходится идти пешком в сопровождении старшего офицера блокпоста. Мы спрашиваем у местных жителей: кто начал перестрелку? Толком никто не знает, начинается спор. Сначала - о том, кто стрелял, потом неожиданно - о женах Джамала, "дяди Димы", как его тут называют. Оказывается, этот старичок в сванской шапочке имеет двух жен: грузинку и осетинку, а свою пенсию он получает уже в лари (грузинские деньги. - Авт.).

К нашему спору о ночной стрельбе присоединяется женщина с хорошо поставленным голосом и осанкой. Марья Михайловна, в прошлом школьная учительница, начинает бойко докладывать нам международное положение села Эредви:

- Во всем, что здесь творится, виновата Россия. Здесь идет война не грузин и осетин, а война России и Грузии.

"Хочу домой"

ВЕЧЕРОМ того же дня я получил разрешение на интервью в цхинвальской тюрьме с тремя задержанными в зоне ответственности миротворцев - селе Ванати - грузинскими полицейскими: командиром отряда капитаном вневедомственной полиции МВД Грузии Михаилом Сурмавой и его заместителями - Гией Кобаладзе и Шалвой Дурглишвили. По международным соглашениям капитан Сурмава и его подчиненные не имели права находиться в этой деревне.

- Нас было всего 40 человек, которые получили приказ встать в селе Ванати и наблюдать за несанкционированной рубкой дров, - рассказывает Михаил Сурмава. - Нам предъявили обвинения в незаконном хранении оружия, участии в бандформированиях и в незаконном переходе границы.

- При вашем задержании была перестрелка?

- Нет. Никто не стрелял, потому что я отдал приказ своим подчиненным: "Не стрелять!" В конце концов, почему все время война должна идти?

- Правда ли, что вы попросили в Южной Осетии политического убежища?

- Не знаю, какие там ходят сплетни, что я не хочу ехать, что на меня завели уголовное дело, что нас убили давно. Но я все равно хочу домой, потому что я там родился и вырос.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество