aif.ru counter
62

Тени исчезают в полдень (09.03.2004)

На любой, даже самой крупной карте России до недавнего времени вы ни за что бы не нашли городов Снежинска, Сарова, Заречного, Кедрового, Трехгорного и еще 38 других. Тем не менее в течение полувека там жили, работали и умирали люди. Не последние люди - лучшие физики-ядерщики, химики и инженеры. Эти города - закрытые административно-территориальные образования, или ЗАТО, - города-призраки, где в советскую эпоху делали ядерное и химическое оружие массового уничтожения. Скоро они и вовсе исчезнут - на этот раз не только физически.

НА ЛЮБОЙ, даже самой крупной карте России до недавнего времени вы ни за что бы не нашли городов Снежинска, Сарова, Заречного, Кедрового, Трехгорного и еще 38 других. Тем не менее в течение полувека там жили, работали и умирали люди. Не последние люди - лучшие физики-ядерщики, химики и инженеры. Эти города - закрытые административно-территориальные образования, или ЗАТО, - города-призраки, где в советскую эпоху делали ядерное и химическое оружие массового уничтожения. Скоро они и вовсе исчезнут - на этот раз не только физически.

Крепостные призраки

СОБСТВЕННО, до перестройки (то есть конца холодной войны) ЗАТО были самыми коммунистически-счастливыми городами, а их жители - самыми благополучными советскими гражданами. Гонка вооружений росла, заказов у сверхсекретных предприятий было хоть отбавляй, а в ЗАТО строили новые детские сады, поликлиники, дома. Магазины ломились от фруктов и колбас - тогдашнего символа гастрономического благополучия, дороги были отличными, тротуары - чистыми, газоны - стрижеными, а оберегала это благополучие колючая проволока в три оборота. Ученые и их семьи оказались, по сути, крепостными - хоть и любимыми - советской оборонки. Заложники государственной тайны не могли даже летом к морю выехать - по крайней мере, без особого разрешения.

Потом заказы прекратились. Почти все девяностые стали настоящим кошмаром для ЗАТО: средств на их содержание у Минобороны и Минатома не стало. Ученые месяцами не получали зарплату, в долг питались в столовых. Ни о каком малом бизнесе речи не шло - в таких городах вообще не было покупателей... Конверсионные программы не имели особого успеха: какая конверсия на заводе по изготовлению уранового топлива?

Начало 90-х увенчалось чередой трагедий: рабочие, близкие к голодному обмороку, во время утилизации бомбы чуть не отправили под пресс ампулу с радиоактивным веществом и взрывчатку. В 1996-м физик-ядерщик Александр Захаров один проводил опыт (не хотел делиться с двумя коллегами гонораром в 12 долларов) и выронил оболочку, из-за чего произошло неконтролируемое ядерное деление, - ученый скончался в больнице через несколько дней.

Это не наша взрывчатка!

ПРАВИТЕЛЬСТВО просто вынуждено было спасать людей. В 1992 году вышел федеральный закон о ЗАТО, в котором, в частности, говорилось, что "все налоги и другие поступления с территории ЗАТО оставлять в доходной части бюджета ЗАТО". Проще говоря, у секретных городов отпала надобность делиться налогами со страной, а разрешалось использовать их на свое усмотрение. Но откуда было взяться деньгам? Налогоплательщиков хотели привлечь со стороны, но что толку? "Переезжать юридическим адресом" какой-то финансово благополучной компании в закрытый секретный город - себе дороже. Налаживать новое производство - с этим-то и в обычных городах России справиться не могли, инвестиции шли со вселенским скрипом...

В Москве объявил голодовку в своем офисе 64-летний Владимир Страхов, директор Института физики Земли РАН из-за того, что не мог выплатить зарплату своим сотрудникам. По той же причине в своем кабинете застрелился директор Российского федерального ядерного центра Снежинска профессор Владимир Нечай. Его сотрудники поговаривали о том, чтобы запереться с готовой ко взрыву бомбой в укрытии, пока Москва не станет платить. Претвори они свою угрозу в жизнь, вся Челябинская область, а то и весь Урал стали бы вторым Чернобылем.

Анекдот, ходивший в Снежинске еще в советские времена, был таков: в областном Челябинске произошел взрыв в городском троллейбусе. Заподозрили, что это дело рук ядерного центра. Областное руководство позвонило Георгию Ломинскому, тогдашнему директору: "Георгий Павлович, есть подозрение, что взрывчатка была из вашего института". - "А город цел?" - "Цел". - "Тогда это не наша взрывчатка..."

Второе дыхание

В КОНЦЕ концов Ельцин понял, что, раз у государства нет денег финансировать ЗАТО, пусть это сделает кто-то другой. И он подписывает закон о внесении изменений и дополнений в закон о ЗАТО. Теперь мэрии секретных городов могли сами устанавливать ставки налогов, а то и вовсе отменять их, если бизнесмены зарегистрируют свою компанию в ЗАТО.

Этот закон придумал не сам Борис Николаевич. Его приняла Государственная дума и утвердил Совет Федерации. В здравом уме и твердой памяти законодательно сделали ЗАТО офшорами. Другого выхода, чтобы спасти оборонные предприятия, людей да и государственную тайну, на тот момент просто не было.

Напомню, что институт офшоров благоденствует и процветает во всем мире. В США это Силиконовая долина (привет злостному налогонеплательщику, самому богатому человеку Земли Биллу Гейтсу от нашей Генпрокуратуры), штат Делавэр, в Англии - острова Джерси, Мэн, Британские Виргинские. Список можно продолжать.

Действительно, с лета 1998 года (а закон - такое совпадение! - был принят за 18 дней до дефолта) в ЗАТО "переехал" весь самый доходный бизнес - от газа и "нефтянки" до "алкоголиков" и "табачников". Секретные города снова расцвели, даже на "фундаментальные разработки" ядерных заводов нашлись деньги, хотя федералы как должны были ЗАТО, так и остались...

Теперь получить статус ЗАТО мечтали даже закрытые военные объекты. Когда затонул "Курск" и все телеканалы мира показали, в какой нищете и разрухе живут семьи подводников (вспомните знаменательные кадры подъезда дома капитана подлодки, куда вошел Путин), жители Видяева обратились к мурманским депутатам. Депутаты - к Г. Селезневу. Просили они "закрыть" Видяево, чтобы получать дотации и субсидии государства, а еще налоги зарегистрировавшихся (бы!) у них компаний.

Зато ЗАТО!

НЕПОНЯТНО, кто стал главным виновником "второго заката ЗАТО" - то ли чиновники администрации секретных городов, то ли наши финансовые ведомства. Последние подсчитали, что за 1999 год бюджет недосчитался из-за этих налоговых льгот 40 млрд. рублей, а в 2000-м - всех 60 млрд. Кстати, в 1997-м, когда курс доллара был в 3-4 раза ниже, эта сумма составила 5 млрд. А государство задолжало ЗАТО гораздо больше... Но тут, выражаясь народным языком, "жаба задушила": такие деньги - и мимо казны! Только мало кто помнит, что в те времена подоходный налог составлял не 13, а 35%...

"Подкачали" и чиновники. В ходе проверок Счетной палаты и других "компетентных организаций" выяснилось, что 10% от налогов шло в некие "внебюджетные фонды". Грубо говоря, этакая корпоративная взятка администрации ЗАТО. Но система везде работала так четко и отлаженно, льготные налоги платились так исправно, что Министерству по налогам и сборам аж до слез обидно было. Как тут не вспомнить "рацпредложение" Гавриила Попова об узаконивании 10%-ной взятки чиновникам!

В общем, идиллия длилась недолго - с 1999 года гайки стали закручивать, а налоговые льготы для ЗАТО - урезать. Так, по закону о бюджете на 2000 год администрации всех ЗАТО, за исключением двух, оказались лишены права предоставлять льготы, а к 1 января 2004 г. - и они.

Сказать, что секретные города в панике, - это значит не сказать ничего. Для уничтожения 42 городов и налаженного быта около двух миллионов людей понадобилось немного самокритики фискальных органов. Причем законы, которые придумали и утвердили Дума, Федеральное собрание и президент, они называют "лазейками". Но обвиняют в этом почему-то не федеральных чиновников, депутатов - тех, кто принимал закон, а бизнес, который им воспользовался.

Любопытно, так для кого пишутся законы?

Смотрите также:



Актуальные вопросы

  1. Как выбрать натуральный майонез?
  2. Что говорится в отчете США об аварии на Чернобыльской АЭС?
  3. Как хотят выявлять алкозависимых сотрудников?