aif.ru counter
165

Чечня: что делать?

44a. Специальный выпуск 29/10/2002

ДЛИТЕЛЬНОЕ сохранение нестабильности в Чеченской Республике связано не только со слабостью федеральной власти и "отмороженностью" полевых командиров. Основная причина в том, что федеральный центр в своей политике игнорирует особенности чеченского общества. Эти особенности малозначимы в период военных действий, но играют доминирующую роль при попытках перехода к политическому урегулированию и строительству мирной жизни.

О ЧЕМ идет речь? Фактически вот уже несколько лет федеральные власти взвалили на себя "цивилизаторское бремя": пытаются силой втиснуть социум дофеодальной эпохи в чуждые ему рамки демократии и "диктатуры закона". Неудивительно, что "косная традиция" пытается сопротивляться - пассивно или с оружием в руках.

Лучше всего особенности чеченского национального мировоззрения передает известная формула Шамиля: "У чеченцев нет зиндана для своих преступников и нет пьедестала для своих героев". (То есть чеченцы строго не судят своих соплеменников за преступления, но при этом никогда не признают над собой лидерства другого чеченца.) С прикладной точки зрения это означает, что институт президентства для Чечни неэффективен и даже опасен, поскольку является постоянным источником социально-политической нестабильности. Достаточно вспомнить, что относительная стабильность в Чечне разрушилась, когда Д. Завгаев стал первым чеченцем - лидером республики. Ряд тейпов отказал ему в поддержке. В итоге Завгаева сравнительно легко сверг Д. Дудаев. Как только Дудаев стал претендовать на единоличное правление, он получил активную оппозицию в республике. Аналогичная ситуация повторялась с З. Яндарбиевым и А. Масхадовым.

Кроме того, необходимо учитывать тот факт, что чеченское общество разделяет власть "внешнюю", формальную (государство), и власть "внутреннюю", неформальную, истинную (авторитет). При этом государственная власть всегда приходила в Чечню извне, была связана с принуждением и оставалась чужой и опасной для традиционного уклада жизни. Таким образом, решения любого формального лидера не будут иметь значения для чеченцев, если они не освящены согласием "истинных авторитетов".

Власть авторитетов

ОТСЮДА следует, что если федеральный центр настаивает на наличии в республике привычного для себя "высшего должностного лица", то он должен принять ряд условий. "Лицо" должно быть либо коллегиальным (по типу дагестанского Госсовета), либо разделенным на "административную" и "народную" власть. То есть параллельно необходимо сформировать авторитетный орган народного представительства (пусть с символическими с точки зрения формального права полномочиями). Он будет "освящать" все действия и принимаемые законы своим согласием и тем самым - легитимизировать существование и деятельность официальных органов государственной власти. Как известно, ни один тейп не доверит представителю другого тейпа выражать его интересы. Но решение, принятое коллегиально авторитетными людьми, поддержат и выполнят все.

Разрабатывая процедуры формирования "коллегиального главы", целесообразно разделять горные и равнинные районы Чечни. Для горных более приемлем механизм прямого делегирования своих представителей, для равнинных - возможен механизм свободных выборов.

Безусловно, можно игнорировать эти и иные особенности национального мировоззрения и психологии жителей республики. Но тогда мир и стабильность окажутся очень ненадежными. В отличие от федеральной власти идеологи чеченской независимости всегда учитывали особенности общественного менталитета. Например, З. Яндарбиев нередко говорил, что огонь войны с Россией, столкновения чеченцев между собой "содействуют становлению гражданского общества", поскольку разрушают тейпово-клановую структуру и систему традиционных общественных отношений.

Выход из тупика

ИТАК, органы государственной власти республики должны строиться по стандарту, определенному федеральным законодательством. Но их появление в Чеченской Республике должно быть символически "освящено" согласием органа народного представительства. Например, путем предварительного одобрения проектов новой Конституции ЧР и законов о выборах президента и парламента ЧР. Тогда деятельность и решения президента, парламента и правительства Чечни будут "законны" не только для федерального центра, но и для чеченского общества. По должности в Народное собрание должны впоследствии входить президент, депутаты парламента и члены правительства республики.

На переходном этапе становления системы органов власти в Чечне орган народного представительства играет "учредительную" роль. В республике начинают функционировать "одобренные" им органы государственной власти. А орган народного представительства существует как механизм мирного разрешения внутренних противоречий ("политический буфер", "народное вече"). Он может давать согласие на внесение изменений и дополнений в Конституцию ЧР, одобрять кандидатов на пост президента республики, выражать недоверие президенту Чечни, инициировать согласительные процедуры и т. п. Кроме того, этот орган активизируется в кризисных или "судьбоносных" ситуациях.

Переходный период

ОДНАКО реализовать предлагаемую модель можно будет лишь после сложнейшего перехода из стадии войны к миру. И все больше предпосылок к тому, что, скорее всего, придется использовать сценарий, условно называемый "межтаджикским урегулированием".

Уже очевидно, что в Чечне за фасадом контртеррористической операции готов к взрыву вулкан гражданской войны. С Кадыровым уже не получится так, как с Д. Завгаевым. Отмахнуться от него и просто начать переговоры с Масхадовым (или другими "авторитетными" лидерами боевиков), выведя федеральные силы из республики, не получится. Там разгорится кровавый гражданский конфликт. Поэтому федеральному центру за стол переговоров надо будет усаживать и представителей боевиков, и представителей Кадырова. Не один на один, а вместе, под эгидой представителей Президента России. Обсуждать там и варианты коалиционного правительства, и будущее Чечни. Пока это еще можно пытаться делать на базе и в рамках российской Конституции, при сохранении территориальной целостности страны. Быть может, это станет и прототипом того самого органа народного представительства Чечни. И первыми его шагами, возможно, станет подготовка к проведению референдума по тексту Конституции Чечни и законов о выборах высших и местных органов государственной власти республики.

Опрос "АиФ": Как нам поступить с Чечней?

Руслан ХАСБУЛАТОВ, бывший председатель Верховного Совета:

- ДЛЯ НАЧАЛА надо ввести в Чечню международных наблюдателей и при их посредничестве провести переговоры - между воюющей стороной, представителями страдающего населения и российскими властями. При этом я против вывода войск - на их место придут отряды боевиков, которые будут преследовать всех - чиновников, милиционеров и др., кто сотрудничал с властью.

Чечне нужен особый статус международной автономии, при котором она получит очень большую самостоятельность, но по целому ряду вопросов останется в сфере законодательства РФ. Это единое гражданство, денежная система, отсутствие госграниц - никакого бетонного забора.

Элла ПАМФИЛОВА, председатель Комиссии по правам человека при Президенте РФ:

- НЕДОПУСТИМО, чтобы политические решения в Чечне принимались под давлением бандитов. С другой стороны, наверное, нужно сократить численность вооруженных сил в Чечне. Армейские подразделения неэффективны в борьбе с диверсантами, а своим присутствием создают только напряженность у местного населения. Нужно проводить демократические преобразования: принимать конституцию, определять выборную систему, чтобы сами чеченцы активнее участвовали в управлении.

Виктор МАСЛОВ, губернатор Смоленской области, генерал-майор ФСБ:

- МЫ РЕШИЛИ, что контртеррористическая операция решит все проблемы, и расслабились. Но силовых акций недостаточно. Чеченцы сами стали заложниками международных террористов, которые используют народ Чечни в своих целях. Там надо говорить с простыми людьми, менять их отношение к тем, кто продолжает лить кровь.

Асламбек АСЛАХАНОВ, депутат Госдумы от Чечни:

- МАСХАДОВА все еще поддерживает достаточно много чеченцев. С его представителями мы обсуждали возможные соглашения по выходу из кризиса - приемлемые для России и не унизительные для Масхадова. Пункт о территориальной целостности России его представитель одобрил. Теперь, после событий в Москве, нужно продолжать переговоры, потому что политическое урегулирование - единственный выход из ситуации.

Вячеслав НИКОНОВ, президент фонда "Политика":

- ПОПЫТКА дать фактическую независимость Чечне уже была. Кончилось это нападением на Дагестан, взрывами домов в Москве. На самом деле Чечне не нужна свобода. И Дудаев и Масхадов хотели независимости не от России, а от российской Конституции, российских налогов, таможни и милиции.

На то, чтобы отделить Чечню по-серьезному, у нас не хватит денег. По скромным оценкам, оборудовать более или менее непроницаемую границу вокруг республики стоит 10 млрд. долл. Опять же встает вопрос: где проводить границу? Население северных районов Чечни против отделения от России. Если же делать границу по Тереку, то отделившиеся чеченцы будут стараться отвоевать назад северные территории. Конечно, хорошо было бы отпустить Чечню и забыть о ней, как о кошмарном сне. Но пока это невозможно.

Смотрите также:

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы