Сапог гостеприимства. Италия против санкций и потери туристов из РФ

Дарья Клименко / АиФ

Вот уже 10 лет как Италия — её страсть, начиная с самой первой поездки вдоль всего «сапожка», подаренной мамой к окончанию школы, и заканчивая сегодняшним днём, когда эта страна стала для Дарьи работой. Италия и итальянцы, неизвестные уголки страны и то, за чем туда стоит ехать, — в её рассказе специально для «АиФ».

   
   

— Для моей Италии у меня есть три слова. Возрождение. История. Красота, — начинает она.

Живая история

Я имею в виду Возрождение — не только как искусство, но и возрождение, рождение заново самого себя. Ведь, когда приезжаешь в Италию, становишься буквально другим человеком. Итальянцы делятся с тобой особой энергией. Им ничего не стоит сказать: «Какая ты красивая! Белла!». Такого количества комплиментов вы не услышите дома. Во-вторых — атмосфера живой истории, в которую погружаешься, проваливаешься, истории, которую можно потрогать, стоит только оказаться под итальянским небом. И наконец, красота. Не та, что бросается в глаза, а та, которую мы, например, даже не замечаем, та повседневная красота, которая есть в обыденных вещах, та, которую итальянцы ищут и находят во всём. Например, мой друг однажды за завтраком поразил меня своим восклицанием: «Ты только посмотри на эти помидоры! Какой цвет! Понюхай! Какой запах! Ведь они только с грядки! И они прелестны!». Этому стоит учиться...

Моя Италия — та, что выходит за рамки стереотипов. Ведь как воспринимается страна у нас? Когда в университете я писала диплом на тему образа Италии в российской печати, можно было сказать, что мы имели дело с «итальянским мифом»: основными словами для характеристики образа Италии были мафия, Берлускони, пицца, итальянские бренды... Сейчас этот образ намного богаче. Берлускони сошёл со сцены, появились другие персонажи. А русские стали больше узна­вать об Италии: что там много маленьких семейных компаний, которые производят разнообразную продукцию, узнали, что кроме пиццы и макарон есть ещё и оливковое масло, сыры, разные виды мяса (бистекка фьорентина — огромный кусок говядины особого приготовления, котолетта миланезе — которая вовсе не котлета, как может показаться, а кусок мяса на косточке...), множество разных видов пасты (таль­ятелли, папарделли, фузилли и т. д.). В Год культуры Италии в России в 2011 г. россияне узнали, что в Италии есть не только искусство Возрождения и барокко, но и современное искусство, например, так называемое «бедное искусство» («арте повера»). Да, мафию никто не отменял, о ней по-прежнему пишут, но туристы уже знают, что на улицах в Италии её не видно...

Фото: АиФ / Дарья Клименко

Лёгкость бытия

Русские и итальянцы очень похожи, особенно в своём отношении к жизни. Сами италь­янцы часто говорят, что для них характерно «искусство приспосабливаться» к обстоятельствам. Думаю, для русских это не чуждое качество. Или вот ещё пример: если у нас есть выражение «пустить на авось», то итальянским аналогом здесь может быть выражение «Фрегатене» (fregatene) — «Да забей! Не бери в голову!».

Итальянцы так же госте­приимны, как и мы. В Италии мало сетевых гостиниц — они в основном семейные: мама стоит за стойкой, сын стелит бельё, а утром они вдвоём готовят тебе завтрак... В отличие от других европейских народов в Италии рады, если вы знаете хотя бы два слова на их родном языке. Скажите «бонджорно» и «чао» — и вы уже завоевали сердце итальянца.

Официальная позиция Италии сейчас: мы русских очень любим, никакие санкции Европейского союза не повлияют на обычного туриста. Мне кажется, будь Италия не в Шенгенской зоне, она давно бы и вовсе отменила визы для россиян. Но и так очень многое сделано для того, чтобы упростить получение визы: сокращён срок её получения до 72 часов, чаще выдаются долгосрочные визы: от 1 года до 5 лет визы выдаются теперь по всей России. У Италии уже 23 визовых центра, а недавно визовый центр открылся во Владивостоке. Поэтому неудивительно, что в прошлом году Италию посетили 1 200 000 туристов и треть всех виз, которые страна выдаёт по всему миру, выдаются именно в России.

   
   

Почему русским нравится Италия? Потому что, сколько сюда ни приезжай, каждый раз можно открыть что-то новое. Так, на севере, в Червинье, снег лежит круглый год, и даже летом здесь можно кататься на лыжах. В Италии есть целебные термы во многих регионах, некоторые сохранились со времён Римской эпохи. Помимо известных по фильму Тарковского «Ностальгия» Баньо Виньоли в Тоскане они есть и в Венето, на Сицилии, в Лацио, под Римом, в Кампании, на острове Искья и др. В Италию едут и за эногастрономическим или агритуризмом. Например, в Абруццо можно посетить маленькие семейные сыроварни: там покажут, как сыр готовится и вызревает. Приведу в пример городок Сканно: здесь делают сыр бригантаччо из сырого молока и выдержанный в отсутствие воздуха пастуший сыр пекорино с ароматом трав и пастбищ. Такие сыры зачастую не продают в магазинах, их можно купить прямо у хозяев.

Фото: АиФ / Дарья Клименко

Италия известна и энологиче­ским туризмом — экскурсиями с дегустацией по винодельням. Там научат, как нужно правильно пить вино, вдыхать его аромат, как определять послевкусие. Для меня в своё время стало открытием, что в итальянской культуре за обедом общепринят бокал вина. А дижестивом после принятия пищи идёт что-то покрепче, например, лимонный ликёр Лимончелло или десертное Вин Санто, «святое вино», которое подаётся с кантуччи, сухариками с орехами. И никого это не приводит в состояние опьянения, больше того, по закону в Италии можно садиться в автомобиль с до 0,5 промилле алкоголя в крови.

Ну и, конечно, в Италию нужно ехать за её историей. Здесь есть и целые города, занесённые в реестр ЮНЕСКО, — например, Венеция, Виченца, исторический центр Сиены, Неаполя, Флоренции и т. д., природные памятники, как, например, Амальфийское побережье в Кампании или Доломитовые Альпы в Венето. И большинство из таких объектов находятся за пределами крупных городов. Впрочем, и они остаются неисследованными. Мало кому из моих знакомых нравится Милан, а я его искренне люблю, наверное, потому, что пожила здесь какое-то время и успела понять этот город. Здесь же не только шопинг, но и бесподобный Дуомо, Ла Скала, стены зам­ка Сфорцеско, напоминающие кремлёвские в Москве, а ещё «Тайная вечеря», на посещение которой нужно записываться за 3 месяца. Здесь есть и дворянские поместья, и прекрасное монументальное кладбище с семейными склепами (тоже штрих культуры и отношения итальянцев к красоте, перенесение её в загробный мир), и квартал художников Брера, чем-то напоминающий наш Арбат. А в Венеции кроме центра с каналами, битком набитого туристами, есть и очень интересные окраины, где живут сами венецианцы, например, на островах. Там размеренная, спокойная жизнь, тихий оазис. Об этом редко говорят в путеводителях...

Карусель медведя

Мой любимый итальянский город — Флоренция. Если перейти на другую сторону реки Арно от исторического центра и подняться наверх по дорожке, идущей от моста Понте Веккьо, можно выйти к домику Чайковского. Здесь есть табличка: «На этой вилле в 1878 г. проживал и творил Пётр Ильич Чайковский, где от бескрайних русских равнин и нежных тосканских холмов претворил в жизнь бессмерт­ные гармонии обоих краёв». Композитор любил Флоренцию, ей он посвятил в 1890 г. секстет «Воспоминание о Флоренции», здесь же написал в эскизах своё любимое детище — оперу «Пиковая дама». Во Флоренции силён «русский след». Здесь были Достоевский, Бродский, Тарковский. Недалеко от центра города стоит памятник Демидовым, которые помогли восстановить множество исторических объектов.

Фото: АиФ / Дарья Клименко

А сев на автобус и поднявшись в горы, можно оказаться во Фьезоле, откуда открывается фантастический вид на всю Флоренцию и где находится античный амфитеатр, в котором летом устраивают спектакли.

В Тоскане есть не слишком известный городок Пистойя, интересный своей традицией: начиная c XIII в. 25 июля пистойцы проводят соревнования под названием «Палио», или «Карусель медведя». Каждый из четырёх районов города — «рионе», которые именуются по названиям диких животных (белый олень, дракон, грифон, золотой лев), покупает очень хорошую лошадь и нанимает профессионального наездника. К нему приставляется охрана, чтобы его не могли подкупить. Лошадь охраняют в последние дни перед соревнованием — чтобы ей чего-нибудь не вкололи, её благословляют в церкви... И на главной городской площади, засыпанной песком, начинается соревнование, главная цель которого — чтобы наездник, наряженный в средневековые одежды, на скаку поразил крутящуюся фигурку медведя. Район, занявший второе место, покрывается позором. Победители могут на следующий день даже обмотать этот район туалетной бумагой! Подобное соревнование проводится и в Сиене. А во Флоренции есть тоже своя историческая традиция — футбол без правил, для участия в котором в давние времена выпускали из тюрем заключённых, чтобы те бились до последней капли крови.

Фото: АиФ / Дарья Клименко

В регионе Венето я бы отметила город Конельяно. В Венето делают просекко — игристое вино (итальянцы очень обижаются, когда его пытаются сравнивать с шампанским). Здесь родился художник Возрождения Чима де Конельяно: он оставил после себя множество изображений Мадонны. Его музей в этом городе несомненно, стоит посетить.

В Лигурии в душу мне запали Чинкве-Терре, буквально — «5 земель», соединённых пешеходным маршрутом протяжённо­стью около 12 километров. Для этих мест, как и вообще для Лигурии, характерны сказочные города с цветными домиками, спускающиеся со склонов гор к морю, и как там живут люди — большая загадка для всех тури­стов. Регион часто претерпевает наводнения, зимой волны здесь буквально заливают близлежащие кафе и магазины.

Регион Апулия известен соотечественникам по городу Бари, в котором находится православный храм Святого Николая. Но Апулия этим не ограничивается. В городке Альберобелло есть домики, которые называются «трулли», как будто построенные для гномов. Круглые, как грибочки, с белым основанием и серокаменными конусообразными крышами, с магическими символами-оберегами на крышах. Там есть трулль-храм, гостиницы-трулли, образцовый трулль-музей...

А в регионе Базиликата, который туроператоры редко включают в свои пакеты, тоже есть удивительные дома. В поразившем меня городе под названием каменная Матера. Здесь все дома вырублены в скале, это дома-пещеры, помещения без перегородок, с хлевом и печкой, и ведь представить только, люди здесь жили вплоть до 60-х годов 20 века! Фильм «Страсти Христовы» снимался в Матере, и с тех пор на одной из гор здесь остались стоять три креста.

На Сицилии есть место, где особенно любят русских. Это Мессина, где в начале XX в. произошло землетрясение, во время которого проплывавшие мимо русские моряки высадились в городе и спасли множе­ство людей. В Мессине есть своя религиозная традиция. В августе празднуется день Мадонны дель маре, морской Мадонны, покровительницы моряков. В городе хранится высоченная 10-тонная фигура Мадонны, которую сначала пускают по волнам, а потом везут к центру города, и жители и все желающие присоединяются к этой процессии.

Наверняка ни в одном путеводителе нет сицилийского городка Монтальбано. Он находится в горах, поэтому возникает ощущение, что до звёзд — руку протяни. Летом там проходит карнавал. Жителям выдаются средневековые костюмы (я, например, была в красном бархатном платье знатной дамы) — и все идут процессией по городу, держась за руки, парами, причём организаторы пристально следят за тем, чтобы отсутствовали признаки времени — часы, фотоаппараты. Потом начинается само празднество: музыканты, факиры, игры с огнём, гастрономические удовольствия...

А в Неаполе стоит посетить катакомбы. Ещё римляне по­строили сеть акведуков, протянувшихся на 400 км. Раньше можно было спуститься в водопровод в Неаполе, а выйти в Помпеях. Но, когда Рим пал, вода загрязнилась, и жители стали использовать водопровод как свалку. А во время войны поняли, что можно использовать и как убежище. О катакомбах знали только жители Неаполя и при опасности налёта спускались в этот второй, подземный город.

...Николай Бердяев писал: «Италией лечим мы раны нашей души, истерзанной русской больной совестью, вечной русской ответственностью за судьбу мира, за всех и за всё». Он говорил о творческой тоске «по вольной избыточности сил, по солнечной радостности, по самоценной красоте». Настали времена, когда эту тоску можно погасить, воочию прикоснувшись к возрождению, истории и красоте. И пусть у каждого они будут свои.