В приличном обществе Анкориджа начала 80-х годов Роберта Хансена знали как человека, способного на два подвига: испечь идеальный яблочный пирог и подстрелить самого прыткого оленя. Маленький, невзрачный, с легким заиканием и очками в роговой оправе — тип, который спокойно проживает свои «серые будни» и на которого не обернется ни одна женщина. И в этом была главная ошибка местных дам, решивших, что этот пекарь-кондитер безопаснее черствого круассана.
Семьянин с двойным дном
Роберт Хансен был не просто владельцем пекарни, он был столпом местного сообщества. У него была жена, двое детей и статус чемпиона по охоте. Стены его дома украшали головы трофейных лосей и медведей. Соседи считали его занудой, но занудой полезным. Никто и представить не мог, что пока остывали приготовленные им булочки, в своем частном самолете Piper Super Cub Роберт перевозил в лесную глушь совсем иную «дичь».
Для жителей Аляски он был Бобби, а для проституток и стриптизерш из злачных районов — последним, кого они видели в этой жизни.
Кстати, прозвище «Мясник-пекарь» (Butcher Baker) появилось у него с легкой руки журналистов. Слово «мясник» в криминальной хронике часто применяется к убийцам, которые проявляют особую жестокость или относятся к жертвам как к материалу. Поскольку Хансен устраивал настоящую «охоту» на женщин в лесах, выслеживая их с карабином, это слово приклеилось к нему как характеристика его хищной натуры.
Личный тир в долине реки Кник
Метод Хансена заставил содрогнуться даже бывалых следователей ФБР. Он не просто убивал, он играл. Схема работала как часы: Хансен заманивал девушек, и чаще всего танцовщиц из баров, в свой автомобиль, угрожая оружием, увозил их в аэропорт, а оттуда на частном самолете — в дебри долины реки Кник.
Там, вдали от цивилизации, «тихий пекарь» превращался в первобытного хищника. Он держал жертв на цепи в охотничьем домике, подвергал их сексуальному насилию, а затем — в этом заключался его особый садистский «шик» — выпускал их в лес, якобы давая шанс убежать и выжить. Хансен даже предоставлял несчастным небольшую фору, и только после этого начинал игру, которую называл честным поединком.
Вооруженный охотничьим ножом и полуавтоматическим карабином Ruger Mini-14, он выслеживал их по следу, словно убегающих лосей. Шансов у женщин не было: безлюдная густая тайга Аляски стала для них ловушкой, а «Бобби» знал здесь каждый куст. Тела он зарывал там же, в неглубоких могилах, будучи абсолютно уверенным, что суровая природа надежно спрячет следы его досуга.
Ошибка в рецепте идеального убийства
Как это часто бывает с самопровозглашенными «сверхлюдьми», Хансена подвела самоуверенность. В 1983 году его очередной «трофей», 17-летняя Синди Полсон, сумела совершить невозможное. Пока пекарь возился с самолетом, готовясь к очередному полету в один конец, девушка, скованная наручниками, умудрилась сбежать и выскочить на дорогу.
Когда Синди задыхаясь рассказывала о «человеке-пекаре» и его самолете, полиция лишь лениво перекладывала бумажки. «Послушайте, крошка, — вероятно, думали копы, — вы обвиняете уважаемого бизнесмена, у которого алиби подтверждено самой женой».
Хансену верили на слово, ведь он был «своим парнем», а Синди — всего лишь девчонкой с сомнительной репутацией. Однако настойчивость детектива Глена Флотэ и привлечение профилировщиков из ФБР заставили следствие заглянуть за прилавок пекарни чуть глубже.
Трофеи маньяка
При обыске в доме Хансена за обшивкой стен и в тайниках полицейские нашли не только украшения жертв, но и — самое жуткое — авиационную карту штата. На ней мелкими крестиками были отмечены более двадцати точек. Это был личный атлас смерти Роберта, его бухгалтерская книга по учету «удачных охот».
Под тяжестью улик пекарь «поплыл». Он признался в убийстве 17 женщин, хотя следствие подозревало, что их было не менее 21. Тела 12 криминалисты сумели отыскать в замерзшей земле.
В суде Роберт даже не раскаивался, а лишь с заиканием уточнял детали, словно делился рецептом слоеного теста.
Конец охотничьего сезона
В 1984 году Роберт Хансен был приговорен к 461 году тюремного заключения плюс пожизненный срок. Никаких досрочных освобождений — только бетонные стены вместо бескрайних лесов Аляски. «Мясник-пекарь» скончался в августе 2014 года в возрасте 75 лет в тюремном госпитале, оставив после себя лишь дурную славу и несколько белых пятен на карте, где до сих пор не найдены останки его жертв.
Но и по сей день история Хансена — это еще одно горькое напоминание: зло не обязательно носит маску монстра, оно может облачиться в фартук булочника и доброжелательно улыбаться вам каждое утро, предлагая свежий крендель.
Как сказал один из участников судебного процесса, который лично знал маньяка: «Он был обычным парнем, пока не брал в руки ключи от самолета». И именно эта обыденность делает его историю по-настоящему леденящей кровь. И да, Хансен не просто убивал — он коллекционировал свои победы с педантичностью бухгалтера. Среди изъятых улик значились не только личные вещи девушек, вроде дешевых колец или водительских удостоверений, но и его главное сокровище: охотничье снаряжение, которое он содержал в идеальной чистоте.
В мире Роберта между убийством стриптизерши и добычей медведя не было никакой моральной разницы. Это был чистый азарт выслеживания.
Тень «Мерзлой земли»
Кстати, если вы смотрели триллер режиссера Скотта Уокера «Мерзлая земля», где Николас Кейдж исполняет роль того самого детектива, который поверил выжившей жертве и разоблачил серийника, то наверняка помните и ледяной взгляд актера Джона Кьюсака, сыгравшего маньяка.
По свидетельствм современников, в реальности Хансен выглядел более безобидно: прыщавый, сутулый, вечно бормочущий что-то под нос. Именно этот контраст между внешностью «жертвы школьных издевательств» (ведь Хансена действительно травили в юности из-за дефектов речи и кожи) и жестокостью палача сделал его дело эталонным для учебников криминалистики. Он десятилетиями копил обиду на женщин, которые его отвергали, и выплеснул её в самой извращенной форме, которую только можно представить.
Сейчас Аляска старается забыть своего «знаменитого соседа», но поисковые отряды иногда находят в труднодоступных местах штата останки, которые могут принадлежать жертвам Хансена. Многие семьи так и не получили тел своих дочерей для захоронения — крестики на карте «пекаря» не всегда давали точные координаты в условиях постоянно меняющегося ландшафта и разливов рек.